Украденная у дракона - Олеся Рияко

То ли ее чудом отступившая болезнь все еще давала о себе знать, то ли груз случившегося до головокружения давил на плечи, держа ее на грани между сознанием и беспамятством… Ведь не слишком ли быстро мир Кассандры встал с ног на голову?

Беглянка, похищенная драконья невеста, а теперь, что же выходит? Заложница мстительного лорда?

Девушке срочно требовались ответы, чтобы обрести наконец твердую почву под ногами, но сестрам Нэймана дать ей их было не под силу, а сам виновник половины ее бед будто специально отказывался показываться Кассандре на глаза.

Эллин и Рэйна были очень любезны, восприняв свою нежданную гостью будто родную, хотя, она, быть может, ничем и не заслужила такого обращения. Рассказав правду о Диане без утайки, они пожелали показать ей свой замок, без сомнения богатый… когда-то. А ныне находившийся на пути увядания, ведь все здесь, от стен, до мебели кричало о былом величии и скором разорении его владельцев.

— Чем живут ваши земли? — Все же решилась спросить девушка, озадаченная таким состоянием замка.

— Продажа соли, добыча драгоценных камней…

— И еще разведение лошадей! — С удовольствием добавила Рэйна, перебив сестру. — В наших землях, на разнотравье растут самые сильные и выносливые кони! Да, пусть не столь грациозные, как те, которых разводят на южных землях, а все же наши куда полезнее людям и в бою, и в поле.

— Но как же тогда… так случилось… — Так и не решившись продолжить, девушка смутилась и предпочла замолчать.

Но Эллин все поняла и без слов. Ответила, с печальной улыбкой:

— Матушка Селин за лишний грош душу продаст. С тех пор как отца не стало, не стало и прибыли… все так же рабочие в шахтах долбят камень и обрабатывают жилы, конюшие разводят и продают лошадей, крестьяне сеют поля или выпаривают морскую соль, да только вся прибыль идет не на процветание наших земель, а в карман матушки.

— Уж не знаем где она все прячет, да на что ей столько, а только ничего доказать мы не можем.

— Да и некому! Вот, если бы Нэйман вернулся и взялся за свое дело… но ведь он отказался.

— Отказался? — Поразилась Кассандра. — Но как же лорд может вот так просто отказаться от своих земель? Нет, продать… пусть даже вернуть королю! Но отказаться?

— Все из-за Дианы. — Пожала плечами Эллин.

— Да, все всегда из-за нее. — Вздохнула Рэйна. — Они с Нэйманом были близнецами, понимаешь? Не разлей вода. Это мы с Эллин были им сестрами, а они словно две половинки одного человека. Отец рассказывал, что в детстве у них даже был свой язык. Мы не помним, были слишком маленькими. Когда же Диана умерла, Эллин было только двенадцать, а мне и того меньше… В день, ее смерти, — добавила Рэйна, понизив голос до шепота, — Нэйман был сам не свой! А ночью его самого поймали на крыше — он бродил во сне, наверно, как и она хотел…

— Рэйна! Не болтай глупостей!

— Глупости, глупости… — проворчала девушка в ответ. — Только тебе ума не достает правду глупостями называть.

— Что ты там опять себе под нос мямлишь? — Возмутилась Эллин, получив в ответ вредную гримасу и высунутый язык, как рукой снявшие все напряжение Кассандры и заставившие ее смеяться.

Вот только все веселье мигом улетучилось, когда в конце коридора показалась знакомая худосочная фигура дамы в черном.

Мачеха молча смерила девушек недовольным взглядом и поманила за собой, шагнув за одну из тяжелых дверей, утопленных в стену.

— Кажется вы приглашены на ужин, миледи! — Улыбнулась Эллин, игриво присев перед Кассандрой в изящном реверансе.