Между ними - Дина Демич

— Юля, это «да»? — рычу я в нетерпении. — Твой ответ «да».

— Да, — выдыхает малышка. — Да, Саша.

Ставлю ее на край дивана на колени спиной к себе, она руками упирается в стену, оттопыривая попку. Такая понятливая девочка.

— Только громко не стони, — наматываю её волосы на кулак и оттягиваю к себе, чтобы прошептать на ушко. — Ты ведь не хочешь разбудить Кирилла?

Она отрицательно машет головой, смотря через плечо.

— Ах, — я одним толчком вхожу в нее до упора, вырывая сладкий стон с девичьих губ.

Тело выгибается дугой, через несколько мгновений она сама насаживается на член, шепча мое имя. Ласкаю твердые камушки сосков и она всхлипывает, словно плачет. Но я знаю, что это не так.

— Еще… еще… быстрее, ох-х-х… Что ты со мной делаешь, Саша?

— Что я делаю с тобой, а, детка? — оставляю на её плече, ключице розоватые укусы, которые впоследствии превратятся в красные отметины.

— С ума меня сводишь.

— Нет, с ума меня свела ты, когда сбежала, а я лишь тебя сейчас трахаю. Обещай мне больше не сбегать, Юля, обещаешь?

— Да… да-а-а… обещаю, — направляет мою руку вниз, а сама подставляет шею для поцелуев.

— У тебя будут засосы, — предупреждаю малышку, двигая пальцами по кругу пульсирующего комочка плоти.

— Пу-у-усть… ещё-ё-ё, — требует моя ненасытная девочка, приятно сжимая член своими стеночками от зарождавшегося в ней оргазма.

Отпускаю волосы, поворачиваю лицо к себе и впиваюсь в губы ловя громкий крик страсти. Её тело извивается и дрожит подо мной. Несколько ударов бедрами, я выхожу и кончаю в кулак, не запачкав мою крошку.

Хочу увезти конфетку подальше, поговорить с ней, рассказать о том, что я чувствую. Но не здесь, не в присутствии Кира. А с походами в душ дело реально затянется.

— Подожди меня здесь, маленькая, — укладываю девушку на диван. — Я сейчас.

Заскакиваю в ванную на пару минут, потом нахожу вещи Юли по квартире, отношу ей. Одеваюсь в спешке сам, в первые попавшиеся под руку джинсы и футболку. Девушку перехватываю на пути в душ.

— Куда собралась?

— Мне надо искупаться.

— Нет времени, поехали.

— Алекс, мне элементарно надо умыться и нанести макияж, я в таком виде никуда не поеду, — начинает возмущаться она.

— Умывайся, накрасишься в машине, — нависаю над ней.

— Но, Алекс…

— Юля, у тебя полминуты и ни секундой больше, время пошло, — я серьёзен как никогда.

— Хорошо, хорошо, но ты вообще мне кофе обещал, — ворчит девушка себе под нос, уходя.

— Обещал, значит будет тебе кофе, — сгребаю её в объятия, целуя макушку. — Ты и без краски очень красивая, конфетка. А еще сладкая и очень вкусная.

— Правда?

— Да, все иди, — шлепаю по попке, направляя в сторону двери. — У тебя тридцать секунд.

— Ты все время смотришь на меня, — улыбается Юля глядя в зеркало, нанося блеск на губы.

А я действительно смотрю. Глаз невозможно оторвать, то и дело перевожу их с дороги на нее. Хотел поговорить с ней, вытрясти, что их связывает с Киром, но уже передумал. Что было, то было. Отвезу её сначала в кофейню поговорим о нас, а потом в какое-нибудь романтичное место прогуляться. Она будет моей, только моей.

На очередном перекрестке наклоняюсь чтобы поцеловать манящие, пухлые губки и Юлька отвечает мне с таким же напором. Мы словно поглощаем друг друга, пьем одно сбившееся дыхание на двоих.

— Мы так никуда не доедем, — слышу я шёпот своей девочки, а также слышу звук клаксона от стоящего авто сзади и глухие удары по рулю.

Твою дивизию, ранее утро, улицы почти пустые, суббота, половина народу не спешит на работу, вот какого ему просто меня не объехать и пиз… ехать дальше. Что впрочем он и делает через несколько секунд. А я не могу оторваться от девушки, провожу подушечкой пальца по щеке, убираю локон волос, упавший ей на глаза. Она ластится к моей руке как кошечка, целует ладонь коротко и порывисто и так преданно смотрит в глаза. С большим усилием перевожу взгляд на трассу, на светофоре еще горит зеленый и я начинаю выдвигаться.

Скрежет металла стрелой врывается в мой мозг, я просто не успеваю среагировать. Юля начинает кричать, оглушая меня. Авто, которое врезается в мой капот по инерции протаскивает джип еще несколько метров. И как бы я не выкручивал руль, машину все равно ведет и кружит, и с управлением я не справляюсь. Мы во что-то врезаемся и останавливаемся.

Меня подбрасывает, но ремень безопасности делает свое дело, и я не вылетаю из машины. Когда я прихожу в себя понимаю, что сработала моя подушка. В голове раздается нешуточный гул, хватаюсь за неё, пытаясь потрясти, но делаю только хуже. Головная боль усиливается и перед глазами все плывет. Через силу поворачиваю голову к Юле и понимаю, что её подушка не сработала. Она без сознания, на виске кровь. От этого зрелища все функции приходят в норму, сходит пелена как будто на меня ведро холодной воды вылили. Судорожно отстегиваю ремень и тянусь к ней. Я впервые в своей жизни чувствую страх. Страх потерять ее. Аккуратно обследую ее на наличие переломов или чего-то еще. Я врач у меня должен быть трезвый взгляд на ситуацию и никакой паники. Но что-то не выходит. Мне хочется затрясти ее и заорать что б она услышала меня и очнулась.

- Юля, девочка моя. Очнись. Ты слышишь меня?

Глажу ее по щеке. А у самого ком стоит на груди. Это девочка намного дороже мне чем я думал. Не могу представить, что со мной будет если с ней что-то случится.

Вокруг места аварии начинают подтягиваться люди, кто-то стучит в окно. Открываю дверь.

— Помощь нужна?

— Скорую, вызовите скорую, — язык заплетается, словно я выпил огромную дозу алкоголя.

Юля не приходит в себя. Через какое-то время отдаленно слышу звуки сирены скорой помощи, наконец-то. Вскоре у её двери показывается врач. Он без слов кому-то машет.

— Мужчина, с вами все в порядке?

— А? Да, да со мной все хорошо. Ей помогите.

— Дверь заклинило, — он дергает пару раз, но та не поддается.

— Сейчас.

Опираюсь руками и со всей силы выбиваю ногой лобовое стекло.

К нам подбегают ребята и я помогаю им вытащить Юлю из машины. Ее кладут на каталку и везут к скорой. Я неотрывно наблюдаю за ней и иду рядом.

— Подождите здесь.

— Я врач, я могу помочь.

— Хорошо, странно оглядывая меня, дает добро этот недомедик.

Он дает понюхать ей нашатырь, и она наконец приходит в себя.

— Малышка, ты как?

— Голова болит, что произошло? — пытается встать, но я кладу ее обратно.