Порочный ангел - Аля Кьют

В самолете по пути в Москву было на удивление весело. Наверно, салон этого джета кто-то удачно проклял радостью. Или же это Казаевы задавали тон легкому общению, шуткам, смеху. Они летели с нами, не уединялись в спальне в этот раз. Я снова смеялась над грубоватым юмором Артура и язвительной Айзой, снова обсуждала с Андреем и Славой Монтепульчано, а с Викой местное вино и даже советовалась со Стасей по поводу своей потенциальной модельной карьеры. Не хватало Глеба. Очень. Но его друзья были классные, и это помогло мне не расклеиться.

Думаю, он специально не поехал провожать всех в аэропорт. Чтобы мне не хотелось долго целовать его на прощание при всех. И особенно при Лике.

Она, к слову, единственная, кто сторонился остальных, сидела в стороне весь полет, дулась. Наверно, я так же выглядела по пути в Италию. Ну и глупо.

— Лик, ты в порядке? — спросила я у нее, чувствуя странное беспокойство за так называемую родственницу.

— В полном, — пренебрежительно фыркнула она.

Я больше не беспокоилась о ней. Когда мы сели во Внуково, пришлось прощаться с Казаевыми. Они летели дальше в Татарстан.

— Слушай, я в Москве буду в декабре обязательно. Ты идешь со мной в СПА на весь день. Это не обсуждается, Лесь. И советую уже подать на визу в Штаты. Ты ведь с нами летишь, — наставляла меня Айза, крепко обнимая.

— Боже, нет. Как? Не сходи с ума, Ай, — пыталась я отделаться, но не очень усердно.

В разговор вступил Артур.

— Глеб приедет, все решит и с визой и со Штатами. Так что готовься только в СПА.

Я засмеялась, пряча за весельем смущение.

— К этому я всегда готова.

Едва мы расстались, я совсем загрустила, но почти сразу у меня зазвонил телефон. Я думала, Глеб, но оказалось мама.

— Леся, детка, вы сели? Все хорошо?

— Да, мам. Отлично.

— Ох, чудесно, а то я волновалась. Джеты конечно, надежные, но сама понимаешь. Я отправила за вами с Ликой Егора, приезжайте в гости, все расскажете.

Наверно, это было мое спасение. Если бы я поехала домой, то точно начала бы сходить с ума от тоски и обязательно набрала бы Москвина. А у мамы все же можно отвлечься. На работу мне завтра. Заночую у них и поеду в Москву утром вместе с Виктором. Это ближе и удобнее, чем на электричке.

Лика сначала скептически отнеслась к идее поехать к родителям, но, подумав, все же села на заднее сидение машины. Мне совсем не хотелось вдыхать отравленные пары, которые она старательно источала, поэтому я забралась вперед, рядом с Егором.

Мы болтали всю дорогу, и я даже вспомнила, что он очень приятный парень. Хотя Глебу проигрывал по всем фронтам.

Проклятье Глеба Москвина не отпускало меня и дома.

Едва мы въехали в поселок, где жили родители, я стала крутить головой, пытаясь понять, какой из этих домов принадлежит моему демону. Выбрала простой, но стильный таунхаус в один этаж. Надо будет уточнить у мамы. Аккуратно, разумеется.

Мама и Виктор встретили нас очень тепло. Даже кислая физиономия Лики не портила семейной радости. Мама все спрашивала и спрашивала, а я никак не могла перестать восхищаться Тосканой, виллой Глеба, самолетом. Болтовня вообще не в моих привычках, но сейчас из меня буквально выкипали впечатления от поездки. А вот Лика, которая вообще никогда не замолкала, сидела тихая и все еще обиженная на все и всех. Я старалась игнорировать ее молчаливый протест. Родители — тоже.

Дело дошло и до просмотра фоток.

— Это Монтепульчано, — рассказывала я, увлеченная воспоминаниям и воскрешённым восторгом того дня. — А потом мы гуляли по долине.

- Мы, — хмыкнула Лика, кажется, впервые подавая голос после перелета. — Ты и Москвин. Мы как раз поехали домой.

— О, правда? — тут же зацепилась за ее слова мама. — Вы с Глебом гуляли вдвоем. Это чудесно. Он нам много рассказывал об Италии. Уверена, лучшего гида найти нельзя. Боже, как же красиво, Леся. Невероятно. Витя, нам тоже нужно в Тоскану. Обязательно. Не зимой, конечно, но весенний твой отпуск…

Я снова не удержалась и припомнила:

— Да, весной цветут маки. Глеб говорил, что очень красиво.