Беременна поневоле - Айрин Лакс

— Кто такой Кирилл? — повторил, едва понимая смысл того, о чём спрашивала Алёна.

В голове красным пульсировало кретинское имя «Кирилл».

Било набатом.

Кирилл. Кирилл. Кирилл.

Какой, на хуй, Кирилл? Откуда он нарисовался?

Алёна поджала пухлые губы, сердито взглянув на меня. Отошла подальше, опёршись о перила крыльца локтями.

— Кирилл — мой бывший парень.

Автоматически я шагнул следом за Алёной.

Меня к ней тянуло непреодолимо сильно. Застыл чернильной кляксой позади.

В свежем воздухе явно звучали нотки парфюма — всё-таки пользуется моим подарком. Он невероятно шёл ей — такой же мягкий, женственный и в то же время сильный, как моя Бабочка. Или всё-таки, блядь, Колючка?

Потому что спокойным тоном заявила о каком-то парне. Но не было же никого! Она была девственницей!

Я склонился над светлыми волосами и натянул шарф, сползший назад.

— Спасибо, Арсений. Я, наверное, зайду в дом…

— Поговорить не хочешь?

Я встал рядом, опершись спиной. Теперь мог видеть лицо девушки. Пытливо заглядывал в него, ища следы лжи.

Не верил её словам о парне. Алёна сказала так, чтобы вывести меня из себя. Назло. Нет никакого парня.

Возможно, она просто разговаривала с подругой и знала, что я рядом. Специально выдумала фальшивого Кирилла.

В моей голове теснились мысли — одна другой сумасброднее.

Нет никакого Кирилла — и точка.

— О чём? — спросила Алёна.

— Например, о том, кто такой Кирилл? — повторил, пытаясь держать чувства в узде.

Хоть мысленно подвёл черту: Кирилла нет, но всё равно бесился.

Алёна вздохнула и внезапно протянула руку к моему пальто, застёгивая его.

— Обо мне печёшься, а сам ходишь раздетым.

— Из нас двоих беременная ты, а не я, — возразил, застыв на месте, наблюдая за тонкими женскими пальчиками.

Лучше бы они так проворно скользили по вороту рубахи, дёргая его остервенело, и ловко вытаскивали пуговицы из прорезей, раздевая меня. Усилием воли прогнал жаркое марево видения.

— И?

— Повторяю в очередной раз. Кирилл — бывший парень, — отодвинулась от меня на метр.

— У тебя не было парня, — упрямо возразил. — Я был первым.

— И что? До секса у нас не дошло, — чуть покраснела, отводя взгляд.

— Совсем не дошло? Он импотент? — усмехнулся.

Алёна возмущённо посмотрела на меня.

— Нет. Не импотент.

— Тогда почему дело не дошло до секса? — спросил я, чувствуя себя глупцом.

— У тебя странные взгляды на жизнь, Арсений. По-твоему, если парень и девушка начинают встречаться, всё сразу начинается с секса?

Я вспомнил разговор с Алёной после нашего бракосочетания. Провернул в голове факты и подвёл итог:

— Берегла себя для того самого, единственного и неповторимого? Один раз и на всю жизнь? Так, что ли?

— Я рада, что тебе смешно, Арсений. У тебя явно нет светлых иллюзий на счёт отношений и секса! — резко ответила Алёна.

— Иллюзий, Бабочка. Вот именно, иллюзий нет. К тому же это так естественно — быть ближе к тому, кто тебе нравится, влечёт, занимает мысли. Разве нет?

— Я не стану обсуждать с тобой этот вопрос. Потому что все мои иллюзии и розовые мечты ты растоптал. Все, до единой. О первом разе с любимым мужчиной, о браке, о материнстве! Есть только деньги и интересы власть имущих. Больше ничего.

— Если твой парень стал бывшим до того, как мы с тобой пересеклись, то он явно был не так хорош. Попросту говоря, недостоин стать твоим первым мужчиной!

Алёна рассмеялась.

—  Зря смеёшься, Колючка. Судьба, знаешь ли, иногда выкидывает странные фокусы.

— Ты, что ли, посланец Судьбы, Арсений Покровский? Думаешь, ты оказался более достойным мужчиной? — фыркнула Алёна.

— Почему бы и нет?

Алёна смерила меня медленным, изучающим взглядом. Пожалуй, самым долгим из всех взглядов, что она меня награждала.

Я почувствовал себя экспонатом на устроенном ей аукционе. Шутка в том, что не уверен — дорогим или просто дешёвой безделушкой.

— Ты циничный, порочный, самовлюблённый и нахальный.

— Циничный? Насколько?

— Возможно, не такой циничный, как твой старший брат… — стушевалась Алёна.

— И?

— И вроде бы совесть у тебя имеется… — нехотя добавила Алёна.

— И?..

— Арсений, нахваливай себя сам. У тебя это прекрасно получается! Я пойду в дом…

Алёна резко отошла, но не успела дойти до двери. Перехватил девушку, сжимая плечи пальцами.

— Почему бы не признаться, что я и вполовину не так плох, как ты подумала обо мне в самом начале? Чего ты боишься?..

Алёна побледнела, упрямо сжав губы.

— Я меняюсь, Бабочка. Действительно, меняюсь. Неужели не заметно?

— Чего ты хочешь от меня, Покровский? — опять проигнорировала вопрос, задав свой в ответ.

— Ты игнорируешь неудобные вопросы. Твоя любимая привычка, — усмехнулся. — Ладно. Припудри носик перед встречей с бывшим парнем! — выплюнул эти слова. — Но одна ты не поедешь. С водителем! Понятно?

— Спасибо. Отпусти меня, я пойду пудрить носик и переодеваться.

— Будешь прихорашиваться? — скрипнул зубами.

— Буду. Или это запрещено? — безмятежно спросила Алёна.

— Нет, — заставил себя разжать пальцы.

Потом схватил её за запястье и поднёс повыше, демонстрируя обручальное кольцо, надетое на безымянный палец.

— Но вот это останется при тебе, Покровская Алёна.

Не успела Алёна согласиться с моими словами, как я продолжил свою тираду, понимая, что меня уже несёт. Тормоза слетают, не справляясь.

— Не смей снимать обручальное кольцо. Или я плюну на свои обещания и запру тебя в доме!

— Последняя угроза была явно лишней.

Алёна отошла от меня и перед тем, как хлопнуть дверью, бросила через плечо:

— Не обманывайся на свой счёт, Арсений. Ты не меняешься…

* * *

Не вестись на эту провокацию.

Сел в гостиной, подтянув к себе ноутбук. Пытался вникнуть в смысл письма, но слова расползались на отдельные бессмысленные буквы.

— Меня отвезёт Дмитрий?

Я захлопнул ноутбук, отбросив его в сторону. Посмотрел на время — прошло полтора часа. В никуда.