Друг твоего отца. Телохранитель для принцессы - Джас Риччи

Маргарита

Проснулась от какого-то странного крика за окном. Орал петух, что ли? Какой петух в городе, где я?

Осознание догоняет как только открываю глаза. Точно, я же больше не в городе, я в долбанном селе, скрываюсь от неведомой опасности, которая мне грозит. Какой не знаю. Зачем не знаю. Весело быть мной.

Петух снова орет, и мой мозг закипает. Я подскакиваю к окну и резко дергаю ручку на себя, но окно не поддается, зато ручка остается в моей руке. Это халупа какая-то а не дом. Куда я попала? За что жизнь так со мной?

У меня ответов нет, но знаю того, кто ответит. И вылетаю из своей комнаты на поиски его. Он за все ответит, хочет он этого или нет!

Матвея нахожу в комнате в другом конце коридора. Я зла и не сильно рассматриваю убранство, хотя тут определенно есть на что посмотреть. Дом нуждается во внимании, но в целом тут довольно уютно, и настолько стильно, насколько это возможно в данном стиле.

В комнату врываюсь без стука, обнаруживаю мужчину крепко спящим на кровати. Подлетаю к нему и толкаю в бок, но не успеваю и рта открыть, как события развиваются вообще не по моему плану. Я оказываюсь на полу, под его сильным телом, он крепко удерживает меня и приставляет к моему горлу что-то опасно холодное.

— Да кто ты такой? — с моих губ срывается почти писк.

А мужчина матерится, встает с меня и убирает нож под подушку. Под подушку. Нож. Самое место же ему там.

Я все еще лежу на полу, держусь за свою шею с того момента, как он ее отпустил.

— Какого черта тебе надо в моей комнате? Жить надоело?

— Судя по всему. Ты ко всем такой гостеприимный или только мне повезло?

— Никто не открывает в мою комнату дверь с ноги. И ты не будешь, уясни это сразу.

— Ты набросился на меня с ножом. Ты нормальный вообще?!

— Ненормальный. Уходи.

Матвей подходит к двери и широко распахивает её, указывая мне направление. Даже не помогает мне встать. Дикарье неотесанное.

Встаю на ноги и проношусь мимо него, бешеная как фурия. Разговаривать нормально его не учили. Никто не открывает дверь с ноги, ишь какая цаца. А я хочу и буду. Сам притащил меня сюда, пусть наслаждается.

Выхожу на улицу, чтоб осмотреться и понять, в какую дыру попала. Сразу замираю и злюсь. Потому что в этой дыре чертовски красиво. У дома деревья и цветы, дорожки из камня, искусственный водоем чуть поодаль и еще какие-то постройки. Из одной из которых вдруг выходит женщина. В возрасте, миловидная, ухоженная. Только вот какого черта? Он же говорил, что здесь никого не будет. Врал? В чем еще он мне врал?

— Маргаритка, проснулась уже? Пойдем ко мне, я как раз сырники испекла, позавтракаешь.

Я помимо воли посмотрела за свою спину, чтоб убедиться, что она точно обращается ко мне. Хотя я слышала, что она назвала мое имя. Просто не привыкла, чтоб со мной так разговаривали. Так… по доброму.

Я молча киваю и подхожу к женщине.

— Ты такая красотка. Твой папа говорил, что ты красавица, но я не могла представить, что настолько, — добродушно улыбается женщина, на которую я смотрю как на приведение.

— Вы знали папу? — задаю первым делом именно этот вопрос.

— Да, — кивает с какой-то грустью, — он так старался. Так хотел выкарабкаться ради тебя. Когда температура поднялась, бредил, повторял только твое имя. Постоянно звал и просил у Матвея тебя защитить.

Она говорит все это, а я ушам своим не верю. Не могу поверить. Потому что сама я от него редко слово ласковое слышала. А тут и красавица, и звал в бреду. Это похоже на какую-то сказку все.

— Как он оказался здесь?

— Матвей нашел его в лесу. Принес без сознания, выхаживать начал. Сложно было все, ему в больницу нужно было, но он боялся. Говорил, что там найдут и завершат начатое, а ему нужно сперва тебя обезопасить.

Слышу это уже от второго человека и не могу поверить. В груди какое-то опустошение и горечь. Ступор накрывает, а слов и слез выдавить из себя не могу. Женщина, кажется, понимает это и продолжает свой рассказ.

— Мы послушали, подчинились его просьбе, и старались своими силами. Матвей проводил почти все время с твоим отцом. В какой-то момент он даже пошел на улучшение, силы появились. Они с Матвеем решали какие-то свои дела. А потом болезнь снова взяла свое. Он понимал, что не может вернуться, пока не станет на ноги. Но на ноги он так и не стал…

— А позвонить дочери была не судьба?

— И сказать что? — слышу насмешливый голос из-за спины. — Привет, я жив, вот мои координаты. Приезжайте и добивайте!

— Матвей, — качает головой женщина и махает на него рукой. — Вы, мужчины, рассуждаете, опираясь на логику. Женщины — на эмоции. Девочка грустила по своему папе, это естественно.

— Угу. Видел я, как грустила. Залила слезами весь танцпол в клубе.

Я разворачиваюсь и прожигаю его презрительным взглядом.

— Ты следил за мной?

Он не отвечает, садится за стол и берет сырник, на которые его вообще не звали.

— Вкуснотища, — хвалит женщину, — Елена, волшебница. Каждый раз выше всех похвал.

— Ты нас не представил, — нахмурив брови, бросаю Матвею.

— А сама ты маленькая и беспомощная и имя узнать не можешь? — поднимает бесстрастный взгляд на меня. — Это Елена Петровна, владелица усадьбы.

— Очень приятно, моя девочка, — я вдруг оказываюсь в объятиях женщины и едва не ахаю от удивления. Она так добра ко мне, что это пугает. И я помимо воли жду подвоха после такого бескорыстного хорошего отношения.

А добрые руки женщины тем временем усаживают меня за стол, к Матвею.

— Пейте чай, болтайте, а я выйду к Петру Ивановичу, план дел на день составим.

— А Петр Иванович это? — смотрю на нее.

— Это наш старый конюх. Раньше мы здесь породистых лошадок разводили, потом гостей принимали, свадьбы и праздники отмечали, жизнь кипела. Зато теперь у нас тихая гавань.

Женщина улыбается, ставит передо мной ароматную чашку чая, и оставляет нас наедине.

— Только ты, я и старый пес, значит?

Мужчина усмехается одним уголком губ и пожимает плечами без капли раскаяния.

— Сказал бы, до утра болтовня бы не умолкла. Теперь сама все увидишь.

— Ну уж нет. На месте уже, готова слушать. Что еще я должна знать?

— Слушайся меня и все будет пучком — вот единсвенное, что ты должна знать.

Ерничает опять. Как бесит.

— Здесь безопасно, я поняла. Что за пределами усадьбы?

— Лес, автомагистраль, река, озеро, поля, небольшая деревня и бар.