Невеста брата - Алиса Нокс

Влад

Поднимаясь с постели, в спешке набрасываю на себя халат и понимаю, что с каждым днём в жизни прибавляется проблем.

В некоторых я виноват сам, другие же возникли независимо от моего желания, точнее, нежелания этим заниматься.

Я привык следовать заповедям моего до скрежета зубов рационального отца, и не париться о том, что изменить не могу. Но, кажется, сейчас, тяжесть неприятностей и дел, требующих моего срочного вмешательства, достигает критической точки.

И хотя я сказал Олегу, что буду спать после работы, я не сомкнул глаз вплоть до его телефонного звонка. Лежал, думал, как мне придётся знакомить двух людей, которые являются для меня самыми близкими и любимыми. Олега я знаю целую вечность, мы с ним и братья, и друзья, и любовники, хотя, конечно, такие отношения даже осознаются с трудом. С Майей мы общаемся всего ничего, но я уже своей повседневности без неё не представляю.

Трогательная, но сильная, покладистая, но с характером...

Иногда мысли о них не дают мне работать, набрасываются, как стая шакалов, на сознание и заставляют остановиться, отвлечься.

Но пока меня волнует другое, мой сводный брат где-то там внизу лежит с разбитой головой.

Я хватаю телефон, чтобы позвонить в скорую, но решаю самому оценить ущерб, а уж потом выбрать, в чьи руки передавать Олега. Скорее всего, отвезу его в травматологию на машине.

Взяв с тумбочки ключи, я быстро натягиваю на ноги спортивные штаны, запрыгиваю в кроссовки и вылетаю из квартиры.

Кабинка лифта едет предсказуемо медленно, я жду её, постукивая пальцами по металлической планке.

Я не такой, как Олег, не проявляю эмоций на людях, хотя сейчас испытываю острую жажду зарядить кулаком в стену, несмотря на последствия. Несмотря на кровь, на надобность оплатить ущерб и объясниться с консьержем, как минимум. Ненавижу, когда вредят дорогим мне людям, глотку перегрызу за Олега и Майю.

Наконец, створки лифта разъезжаются, я жму на кнопку первого этажа.

Кто же всё-таки напал на Олега?

Мысль, что он кому-то перешёл дорогу, не задерживается у меня в мозгу. Он только приехал в Москву.

Выйдя на первом этаже, быстрым шагом прохожу ресепшен и жестом даю понять охраннику, что всё в порядке. С Петром Степановичем мы частенько ведём формальные беседы, но если честно, он, как и любой человек, чьей работой является слежка за другими, меня настораживает. Я не хочу, чтобы он владел любой информацией о моей семье, которую теоретически можно использовать.

- Олег? - зову я, открывая дверь на улицу, и почти сразу вижу его в десяти метрах от себя.

Эти грабители, что, совсем тупые, нападать на человека под камерами наблюдения? Ими весь фасад напичкан, думаю, найти уродов не составит труда. Я подхожу ближе и склоняюсь над ним.

- Эй, ты как?

Олег сидит, вытирает кровь из носа, которая никак не остановится. Он закидывает голову назад, но я опускаю подбородок.

- Не надо, - возражаю я.

И даже не успеваю объяснить, почему.

Не успеваю сказать, что кровь по задней стенке носоглотки стечет вниз и обеспечит его таким прекрасным побочным эффектом травмы как рвота. Он отталкивает меня с агрессивным «отвали».

- Ты чего?

- Ничего, не трогай меня.

- Не трогать? Продолжишь героически кровью истекать на крыльце моего дома? Как драматично.

Я молча хватаю его за руку, заставляю посмотреть на меня, крепко удерживая пальцами за щёки. Хотя я и не врач, но от мамы знаю много полезного, например, что даже при лёгком сотрясении человека желательно отправить к медикам на проверку.

Я включаю фонарик на смартфоне и подношу к лицу Олега. Он снова взбрыкивает.

- Да что такое, Олег? - раздражённо спрашиваю я. - Объясни, блядь, нормально.

Мы не виделись несколько месяцев, а я уже мечтаю заковать его в наручники в воспитательных целях.

- Посидим-поговорим на асфальте?

- Если ты так хочешь, - зло бросаю я.

Вот умеет человек доставать, а?

Беру его за руку, вторую ладонь кладу на рёбра, помогаю встать. Олег тихо матерится, я не возражаю, веду к автомобилю.

- Влад, - зовёт он меня спустя полминуты.

- Да, Олежек?

- Ты что-то о меня скрываешь?

Я толкаю пассажирскую дверцу и замираю. Меня неожиданно прошибает холодный пот. Укол ядовитой паники. Он не так должен узнать о Майе. Не так и не в таком месте. Но кто мог ему сказать?!

Я ото всех держал помолвку в тайне.

- О чём ты?

Я поворачиваюсь к Олегу, по моему лицу невозможно ничего прочитать, и показательно хмурюсь.

- Скрываешь.

Ответить я не успеваю, Олег отключается, как по щелчку, повисая у меня на руках.

Я кое-как укладываю его на сидение, возвращаюсь за чемоданами и швыряю их в багажник, завожу мотор и давлю на педаль до упора, резко стартуя. В голове у меня крутится адрес той клиники, где меня в прошлом году латали после неудачного похода в лес, и я концентрируюсь на этом, чтобы держать себя в руках.