Две полоски - Лина Филимонова

Стоять вот так, в распахнутом халате, с дровосеком наголо, было немного странно. Я никогда не стеснялся своей наготы, но в этот момент чувствовал себя примерно как на осмотре у венеролога. Казалась, Аленка сейчас наденет перчатки, возьмет в руку какой-нибудь страшный инструмент и... вставит в бедного дровосека!

Обычно девушки смотрят на моего друга совсем не так!

- Сними халат! - снова произнесла Аленка.

Ладно. Сниму. Я сдернул его с плеч, халат упал на пол. Аленка уставилась… ну да, на татуировку.  Куда еще.

- Подойди поближе.

Неужели она… Может, и не надо никаких объяснений? Может, мы сейчас просто скрепим наш союз зажигательным трахом?

О, да! Я за! А дровосек тем более.

Он резко вскочил, дернувшись вперед и нацелившись прямо на Аленку. А как не вскочить, когда рядом соблазнительные губы Аленки, ее выпирающая под рубашкой грудь… и еще столько всего аппетитного, скрытого под одеждой!

Я стоял перед Аленкой голый,  с торчащим вверх и готовым на все членом, а Аленка… Она просто смотрела. На член, на татуировку.

А потом подняла глаза на меня.

- Это был ты, - выдала она.

Я кивнул.

- Дорогая, у нас будет ребенок! - ляпнул я.

И глупо хихикнул. Не смог удержаться от этой фразы!

И тут началось.

Аленка вскочила, схватила с тумбочки стакан, швырнула в меня. Я отбил его рукой, стакан полетел в стену, разлетелся на мелкие осколки.

- Алена, ты что?

- Ты! - вскрикнула она и швырнула в меня подушкой.

- Отойди оттуда, порежешься!

Я боялся за Аленку. Ей вредно так волноваться. И опасно ходить босыми ногами рядом с осколками.

Но… мне тоже опасно рядом с ней находиться! Потому что она схватила бронзовую лампу в виде обнаженной девушки. Дернула ее так, что вилка с треском вылетела из розетки. И пошла на меня с этой лампой.

- Ты все это время надо мной издевался! - кричала она.

- Нет! Даже не думал! Я просто…

- Ты сразу меня узнал!

- Да! И я удивился, что ты меня не узнала.

- Почему ты не сказал?

Мы дошли до двери, я продолжал пятится, вышел в коридор, схватился за перила лестницы.

- Почему ты мне не сказал?

Аленка замахнулась на меня лампой.

А ведь она ударит. Она сейчас в ярости и не думает, что делает. Аленка махнула лампой, я еле увернулся. Блин! Она всерьез хочет меня покалечить!

Я рванул вниз по лестнице. Аленка, потрясая лампой,  за мной.

- Я хотел сказать! Но не знал как.

- Ну да, это так сложно. Сказать: это был я!

Я забежал на  кухню. Зря я это сделал. Тут ножи, вилки, а где-то даже есть топорик для рубки мяса. Хорошо, что Аленка не знает, где.

- Сначала я думал: ты прикалываешься, - продолжал объясняться я. - Потом решил, что завоевать тебя снова будет забавно.

- Ах, забавно!

Аленка бросила лампу. Схватила из вазы на столе яблоко, швырнула в меня. Потом еще одно, и еще. Я еле успевал уворачиваться. Слышал, как за спиной что-то со звоном падало, но не оборачивался.

- Я сходила с ума, не знала, как жить дальше… А тебе было забавно!

- Я не знал, что ты беременна!

Яблоки кончились. Аленка огляделась. В центре кухонного “острова”, вокруг которого мы бегали, торчала подставка для ножей. Естественно, с ножами. Аленка потянулась к ней. Я тоже.

В последнюю секунду я успел выхватить подставку из-под ее руки.

- Алена, давай спокойно поговорим…

- Ты давно знаешь, что я беременна!

- Я думал, у тебя есть парень!

- С чего это?

- Я не знал, что это мой ребенок.

Я медленно подходил к Аленке, обходя стол. Вроде бы, у нее под рукой больше нет ничего опасного. Сейчас я схвачу ее в объятия, поцелую… И все объясню еще раз. Пока что она меня не слышит. У нее сейчас пелена гнева перед глазами. И я ее понимаю. Сам бы разозлился на ее месте.

- Ты думал, я шлюха, да? Такого ты обо мнения?

Я почти рядом. Еще шаг - и Аленка будет в моих объятиях.

И тут она выдвинула ящик, рядом с которым стояла. Черт! Там огромные и очень острые кухонные ножницы. Я снова попятился назад.

Потом мы еще немного побегали по всему дому. Я, голый, с болтающимся членом и поджатыми яйцами, и Аленка с разными колюще-режущими предметами в руках.

Я пытался говорить, она меня не слушала.

В конце концов она устала. Собственно, на это я и надеялся. Алека плюхнулась на диван, отбросив в сторону чугунную статуэтку. Блин, оказывается, у меня дома масса опасных для жизни предметов!

Я сел в метре от Аленки. Она обхватила голову руками, поставив локти на колени. Сидела, смотрела в одну точку.

Я подвинулся поближе. Она никак не среагировала. Тогда я сел совсем рядом и осторожно обнял ее за плечи.

Аленка не пошевелилась, все так же сидела и смотрела в одну точку.

Я гладил ее по спине, тихонько говорил:

- Все будет хорошо. Очень хорошо. Я очень рад, что мы, наконец, объяснились. Пусть  это прошло не так, как планировалось…

Плечи Аленки под моей рукой задрожали. Она всхлипнула. Закрыла лицо руками.

Я обнял ее крепче, прижал к себе. Она продолжала всхлипывать, уткнувшись в мою голую грудь. Да, одеться я так и не успел. Не до того было.

- Ты засранец, - выдала Аленка.

- Да, да, - успокаивающе кивал я.

- И гад.

Аленка продолжала обильно смачивать меня слезами.

- Я тот еще гад, - согласился я. - И засранец, это ты верно заметила. Но теперь я твой засранец.

Кажется, она понемногу успокаивается.

Наконец-то!

***

Мирон

- Твоя мама знает, - внезапно выдала Аленка после того, как окончательно перестала всхлипывать.

Пришлось кивнуть.

Аленка отстранилась от меня. Посмотрела на поникшего грустного дровосека. Отодвинулась.

- Я оденусь, - понял намек я.

Встал, пошел за халатом. По дороге слышал голос Аленки:

- Расспрашивала меня о моих генах. Подходящие ли у меня родственники. Хороший ли генетический материал.

- Я ей не говорил! - начал защищаться я. - Просто сглупил. Повез тебя в ту же клинику, где наблюдается моя семья. Там и выболтали.

Я уже вернулся, завернувшись в халат.