Любимая серая мышка - Анна Яфор

Благодушного настроения, правда, хватает ненадолго: уже на следующем перекрестке машину ведет и заносит, так что мне с трудом удается удержать руль и не впечататься в ближайший столб. А когда останавливаюсь и выхожу посмотреть, в чем дело, понимаю, что умудрился пробить колесо. В довершение свалившихся неприятностей у меня не оказывается запаски: только вчера оставил ее в гараже. Освобождал багажник, чтобы довезти технику в офис, да так и не вернул на место. И телефон сдох: отвлекшись на любовные утехи с собственной секретаршей, я и не подумал проверить уровень заряда.

Все это сводит на нет и без того шаткую радость от успешной сделки. Ругаю себя за такую недальновидность, понимая, что застрял надолго. Без телефона, с пробитым колесом, на другом конце города. И все потому, что поддался неуемным чувствам. Пошел на поводу у соблазнительной малышки, вместо того чтобы осадить и ее, и себя.

Искать шиномонтаж приходится пешком и наугад, благо, в нескольких кварталах обнаруживается то, что мне нужно. Хорошо, что это не случилось где-то за городом, там точно бы не оказалось круглосуточной помощи. А так спустя полтора часа я отправляюсь в обратный путь. Злой и жутко уставший.

Добравшись, наконец, в первом часу ночи до дома, ставлю телефон на зарядку. И когда он оживает, озадаченно смотрю на вереницу пропущенных от Антона Нащекина – старого приятеля и, по совместительству, директора охранного агентства, обслуживающего мою фирму.

– Леш, ты куда пропал? Весь вечер дозвониться до тебя не могу. Там ЧП в офисе.

Почему-то сразу приходит на ум оставленная в кабинете полураздетая девчонка, так неожиданно лишившая меня покоя. Все-таки зря уехал? Что могло случиться? Но после слов Антона напрягаюсь еще сильнее.

– Кто-то влез к вам в отдел кадров. И в рабочий компьютер. В общем, подъезжай в отделение, будем разбираться.

Озадаченно смотрю на уже потухший экран телефона, понимая, что о сне и отдыхе придется забыть. Потом со вздохом поднимаюсь и направляюсь к двери, борясь с подступающим негодованием. Кому и зачем понадобилось ночью копаться в компьютере кадрового отдела?

Маша

Забиваюсь в угол и закрываю глаза. Зажмуриваюсь покрепче. Щипаю запястье, давя ногтями на кожу, так что наверняка остается след. Надо проснуться. Это точно сон. Сон, который нужно прекратить как можно скорее.

В нос бьет удушливый запах пота, алкоголя и чего-то еще, не менее отвратительного. Я не понимаю, почему в моем кошмарном сне запахи настолько отчетливые. Почему слишком осязаемо присутствие чужих людей за спиной. Так близко, что чувствую их дыхание. Слышу пошлые шутки и злой смех.

– Тебя-то за что сюда упекли, а, крошка? – чьи-то цепкие пальцы обхватывают руку повыше локтя. – Мороженое из магазина сперла?

Морщусь, пытаясь освободиться. Мне даже обернуться страшно. Столкнуться лицом к лицу с этими не очень трезвыми и явно недобрыми людьми. С женщиной, решившей со мной заговорить.

До сих пор не понимаю, как это случилось! Моя идея казалась такой правильной. У нас ничего не вышло в ресторане. А то, что произошло сегодня в кабинете, заставило окончательно потерять голову. То, чего я боялась накануне, стало таким вожделенным.

Я нисколечко не преувеличивала в тех словах, которые написала Лавроненко. Действительно хотела еще. Алексею удалось очень быстро расправиться с моими страхами. Распалить, раздразнить. Подарить невероятное наслаждение.

Только мне-то было хорошо, фантастически хорошо, а он снова остался ни с чем. Из-за того дурацкого звонка все отложилось на неопределенный срок.

Я предполагала, какой эффект должно было произвести мое сообщение. Лавроненко не мог меня не хотеть. Не после того, что произошло. Не мог не жаждать повторения и продолжения.

А еще я помнила то, что он сам сказал перед тем, как уйти. О том, что надо было увезти меня домой. Туда, где никто не помешает. Где не будет никого, кроме нас двоих, и мы сможем полностью отдаться тому желанию, которое переполняет обоих.

Поэтому и решила сделать то, что не успел сам Алексей. Идея выглядела просто идеальной, но была всего лишь одна проблема. У меня не оказалось его адреса.

Конечно, я могла бы спросить у кого-то из коллектива или обратиться к Капитолине Сергеевне. Но тогда непременно понадобилось бы объяснять что-то или врать, придумывая причину. А я этого не хотела. Все должно было остаться только нашим. Без лишних глаз, без любопытных свидетелей.

Так мне и пришло в голову заглянуть в рабочий компьютер, где хранились все данные о сотрудниках компании. И о ее начальнике, в том числе.

Ведь задержалась дольше всех, проторчав в офисе после того, как остальные разошлись. Всего-то и надо было отвлечь охранника и осторожно снять со стенда ключ от кабинета отдела кадров. И вернуться на нужный этаж через запасной вход по пожарной лестнице.

Я тогда не особенно задумалась, как буду возвращать ключ на место. Не сомневалась, что никаких проблем не возникнет. В крайнем случае, просто положу на стол охраны.

Ну откуда могла знать, что кабинет оставляют на сигнализации? Это же не бухгалтерия, где хранится сейф с деньгами. Что там особенного, что надо прятать так тщательно?

Я даже компьютер не успела включить. Только зашла, оглядевшись, села за стол, переводя дыхание: волнения все же не удалось избежать. А когда нажала кнопку на системном блоке, в коридоре послышались быстрые шаги. И дверь распахнулась раньше, чем успела хоть что-то предпринять.

В кабинет ворвались два огромных мужика в черном и бросились ко мне. А потом…

То, что случилось потом, хотелось навсегда забыть. Выкинуть из памяти, как страшный сон. Вот только проснуться никак не получалось, как бы я ни щипала себя и ни старалась с помощью боли вырваться из оков этого кошмара…

За спиной снова раздается гогот, и я ежусь, обнимая себя руками. Здесь холодно, плюс нервы уже попросту не выдерживают. Я такое только в фильмах видела. И понятия не имею, как быть дальше. Ждать адвоката? Так он не придет, потому что ни у меня, ни у родителей нет таких знакомых.

Да и не знает никто, что я здесь. Перед тем, как отправиться за адресом шефа, снова попросила Ларку меня прикрыть. Отправила сообщение папе, что переночую у нее. Так что до завтрашнего дня моим отсутствием вообще никто не обеспокоится. Лариса думает, что я с Лавроненко, а родители считают, что провожу время с лучшей подругой.

А тот единственный звонок, который вроде как полагается задержанным, даже не знаю, у кого просить. С тех пор, как меня затолкнули в эту жуткую клетку, сюда никто не подходит. Не кричать же, нарываясь на еще большие неприятности!

Слезы срываются сами собой, я сползаю по стенке, опускаясь на корточки, и прячу лицо в коленях. Закрываю ладонями уши, чтобы не слышать нецензурную брань. Почему, почему этот страшный сон никак не заканчивается?

– Серая, на выход! Долго тебя звать?! – неожиданно врывается в сознание окрик мужчины в форме.