Тонкая преграда - Терин Рем

Амали

Пока жужжал очиститель, я раздумывала над тем, как мне вести себя с Реем. Он мне нравился, но ещё не настолько сильно, как Сэт. Своему сероволосому искусителю я верила безоговорочно, хотя знала его ненамного лучше, чем остальных своих хм… мужей. Почему так, я не могла объяснить, но и портить зарождающиеся отношения с Тарком и Рейлином не хотела. Как же всё сложно!

После очистки я надела свою удобную пижаму. Простые серые шортики и майка были сделаны из мягкой эластичной ткани и не стесняли движений, да и выглядел комплект немного скромнее того атласного и шёлкового безобразия, что приобрели мне мужчины.

– Ложись. Я скоро, – сказал Рей, набирая кому-то сообщение на своём коммуникаторе. Он уже переоделся в тонкие домашние штаны и сидел на кровати спиной ко мне.

Нырнув под одеяло, я натянула его почти до подбородка и, вопреки своим действиям, ждала Рейлина. Глупо? Наверное, да, но я не знала, как себя вести с этим внезапнообретённым мужем. Он быстро закончил свои дела и придвинулся ко мне, притягивая меня в свои объятия. Через тонкую ткань его штанов я чувствовала возбуждение мужчины и невольно напряглась. Не то, чтобы мне это было неприятно, но я не была уверена, что хотела его сейчас.

– Ты напряжена. Тебе не нравится, что я тебя обнимаю? – спросил Рей.

– Нет, приятно. Просто я пока не хочу, – сказала я, заливаясь краской стыда. Как-то туго у меня ещё с разговорами о сексе.

– Я и не собирался тебя принуждать. Это из-за того, что ты чувствуешь моё возбуждение? – спокойно спросил Рей, осторожно поглаживая меня по спине. В ответ я кивнула, пряча лицо на груди мужчины. – Я всегда тебя хочу. Не могу держать в объятиях и не желать, но ни я, ни Сэт, ни Тарк никогда не сделаем того, что ты не хочешь. Ты веришь мне? – спросил Рейлин, поднимая моё лицо ладонями.

– Верю, – честно сказала я.

Угрозы я и так ни от одного из них не чувствовала. Может, смущалась и нервничала из-за новизны чувств, но все же доверяла. Хотя признание Рея мне польстило. Приятно знать, что я желанна, как и осознание того, что ради моего спокойствия сильный мужчина готов терпеть своё возбуждение.

Расслабившись в его руках, я стала откровенно хулиганить: сначала я просто гладила грудь мужчины, наслаждаясь бархатистой нежностью его кожи, потом моя ладошка сместилась на мускулистый живот. Я обводила пальцем кубики пресса, как бы невзначай кружила лёгкими касаниями вокруг ямочки пупка, а потом, млея от низкого мужского стона, нырнула одним пальчиком под эластичную резинку штанов, как будто заигравшись.

– Нравится меня дразнить? – тяжело дыша, спросил Рей. В этом вопросе не было упрёка. Мужчина мягко улыбался, с нежностью глядя на меня.

– А тебе? Нравится? – лукаво прищурившись, спросила я, опустив руку немного ниже, чтобы сжать рукой доказательство того, что моё самоуправство мужчине доставляет удовольствие.

– Амали, – прохрипел Рей, красиво выгибаясь навстречу моему касанию.

Всё-таки я превращаюсь в сексуально озабоченную девицу. Отзывчивость скупого на эмоции Рея меня завела: я чувствовала, как между ног стало горячо и влажно, как внизу живота скручивается болезненная пустота.

– Ты не ответил, Рей, – напомнила я, накрывая губами маленький мужской сосок.

– С ума схожу по тебе, моя девочка. Делай, что пожелаешь, я твой, – сипло сказал Рей, вздрагивая от каждого движения моего языка на крошечной чувствительной горошине.

– А чего хочешь ты, Рейлин? – продолжала я дразнить брюнета, ожидая, что он перехватит инициативу, но мужчина не спешил облегчать мне задачу.

– Поцелуй. Поцелуй меня, Амали, – попросил он.

Я знала, что если поцелую его в губы, то мы сорвёмся, но, как настоящая женщина, я уже не знала: хочу ли я продолжить эту игру, или получить поскорее удовлетворение. Всё-таки изучить пределы допустимого с Реем мне оказалось интересней, чем перейти к более активным действиям, поэтому я наклонилась и поцеловала его в пульсирующую от возбуждения плоть, прикрытую тонкой тканью штанов.

– Ами! – вскрикнул Рей, дёргаясь подо мной.

– Я просто выполнила твою просьбу, – делая большие невинные глаза, сказала я.

– Ты все мои просьбы выполнишь? – шумно дыша, спросил Рей, бросая мне вызов дерзким взглядом карих глаз.

– Я послушная, – продолжала я играть в невинную дурочку.

Рей что-то прошипел на своём языке, а потом всё же сказал:

– Делай то, что хочешь ты сама.

– Всё, что пожелаю? А ты будешь смирно лежать? – заводясь от одной этой мысли спросила я.

– Да, – с некоторой опаской сказал Рей.

Может быть, я бы и не решилась продолжать это вопиющее безобразие, но эта крупица сомнения сильного мужчины, лежащего подо мной, сорвала мне все ограничения, буквально сводя с ума.

– Хорошо, – выдохнула я, мысленно прикидывая, как лишить его остатков терпения.

Было кое-что, что я пока не решалась с ними попробовать, и этот пробел я захотела восполнить.

Мягкая ткань штанов легко скользнула вниз, а Рей выгнул бёдра, помогая мне избавить его от одежды.

– Ты обещал не двигаться, – напомнила я, устраиваясь между мускулистых мужских ног.

– Ты уверена, что хочешь? – хрипло спросил Рей, глядя мне в глаза.

В ответ я провокационно улыбнулась и облизала губы, прежде чем наклонилась, касаясь языком головки члена.

Ничего неприятного в этом не было: нежная плоть под моим языком была гладкой, тёплой и пульсировала в такт биения сердца Рейлина, а вот реакция мужчины на такое простое действие меня удивила. Он что-то невнятно бормотал, метался по кровати и громко стонал, провоцируя меня на более активные действия. Я сжимала губами, лизала, гладила каменный от напряжения член, заводясь от выражения мучительного блаженства на лице Рея.

– Не могу больше, – прохрипел он, мягко отстраняя меня от себя, чтобы через секунду опрокинуть меня на спину.

Моя бедная пижамка трещала, когда Рей дрожащими руками срывал её с меня. Длинные пальцы мужчины скользнули во влажную глубину моего лона, проверяя мою готовность его принять, а потом Рейлин сорвался.

Одним толчком он заполнил всю меня, сразу срываясь в быстрый дикий ритм, но я этого и хотела. Сильно, жёстко, но одуряюще сладко. Мы сходили с ума, как пара животных двигаясь навстречу друг другу. Жалящие своей несдержанностью поцелуи, после которых наверняка останутся следы на коже. Громкие стоны и влажные шлепки сопровождали нашу страсть, пока я не задрожала, срываясь в ослепительное наслаждение. Рей догнал меня с хриплым вскриком.

– Прости меня, Ами. Я сделал тебе больно? – спросил Рей, едва немного восстановил дыхание.

– Нет. Мне хорошо. Ты же это почувствовал, да? – пребывая в сладкой неге, ответила я.