Питбуль для училки - Галина Чередий

– Так вы дом смотреть, или как? – уточнил Лопухин и, как ему казалось, незаметно нащупал рукоять специально, видно, спрятанного под ветошью у калитки топора.

– Или как, Валерий Владимирович, – не стал вилять я. – Меня зовут Михаил Константинович Корнилов, и я по поводу вашей дочери Елены.

– Ленка… – мужчина изменился в лице, побледнев, как стена. – Неужто ирод ее… Не успели…

– Вот дебил! – обругал я сам себя, заметив, как он покачнулся, и подналег плечом, вышибая хлипкую калитку.

Нет, ну башкой же нужно опять думать начинать, Корнилов, бля! Человек в возрасте, и так перенес нападение ублюдков, плюс все время о дочери переживает, что в лапах мужа-отморозка, а ты тут весь из себя такой официальным тоном со своей рожей фээсбэшной протокольной «я по поводу вашей дочери»! Что подумал он!

– Валерий Владимирович, спокойно! – гаркнул, подхватывая его, провел на заплетающихся ногах по дорожке и усадил на лавку у стены дома. – С Леной все в порядке! Слышите? Не хорошо, но в порядке, и я здесь, чтобы хорошо как раз стало.

– Оставьте нас в покое! – тут же из дверей с воинственным видом выскочила с лопатой наперевес худенькая немолодая женщина. А вот у нас и Лопухина Людмила Викторовна. – Что вам надо, зверям опять?!

– Прошу прощения за такое неуклюжее появление, Людмила Викторовна! – отступил я, выставляя руки с открытыми ладонями перед собой в извечном «я пришел без оружия и с миром» жесте. – Я повел себя бестактно, не приняв во внимание ваше и без того нервозное состояние. Больше не повторится.

– Вы кто такой и зачем к нам? – продолжила хмуриться и встряхивать перед собой в подрагивающих руках свое оружие женщина.

Так в этот раз конкретно и без обиняков.

– Я – Михаил Корнилов. Близкий друг, – ага, обзовем это так, – вашей дочери и пришел к вам просить помочь мне дать ей возможность избавиться от ее мужа.

– Близкий друг? – насупился Валерий Владимирович строго. – А не по твоей ли вине, близкий якобы друг, дочь моя с синяками приезжала, и Сергей так озверел? Задурил, небось, Ленке голову, ишь, красавец выискался, а она, наивная, и поплыла, за то и от мужа получила?

– Валера! – всхлипнула Людмила Викторовна. – Что же ты… Он же говорит, что помочь!

– Так конечно теперь помогать надо, когда до такого скотства дошло! И если не полез бы, то и по сию пору все нормально было бы у Ленки с Серегой. Шастают вон такие, семьи разваливают, а потом людям хоть на край света беги, чтобы кровиночку свою спасти.

– Мне бы не хотелось делать этот разговор общедоступным, – кивнул я на соседский забор. – Если вам легче считать, что моя вина в том, что ваша дочь в браке несчастлива, то пусть так и будет. Сейчас и вы, и я поставлены перед фактом: она и ее сын в опасности.

– Ее сын! – горько усмехнулся мужчина. – Тоже мне… друг, имени не знаешь. Помогать он явился! Сначала испоганил все, а теперь… Без тебя поможем!

– Валера! Хватит! Человек же с добром!

– Добрые люди мужних жен не тягают по…

– А ну хватит! Лена у нас не такая! Было бы ладно у них с Сергеем, она бы ни за что…

– Ишь ты, ладно! А жизнь тебе что, вечный праздник, да с горки все гладко катится? У всех и разлад, и мало ли что бывает, но если никто не влезет, то все и утихомириться…

– Он. Ее. Бил! – вдруг тихо, но по-настоящему яростно отчеканила Людмила Викторовна.

– В дом пошли, – мигом сдувшись, велел Валерий Владимирович и тяжело поднялся, демонстративно отказавшись опереться на мою руку.

– Чаю, Михаил Константинович? – предложила хозяйка, пока я обводил взглядом помещение с кучей коробок.

– Не стоит, – качнул я головой. – Правильно ли я понимаю, что вы планируете переезд?

– А ты, как погляжу, из органов, сразу давай вопросы задавать, – проворчал пожилой мужчина, заработав упрекающий взгляд жены. – Да что? С чего это мы должны все ему выкладывать? Явился не запылился, два слова сказал, а я верь?

– Да, Михаил Константинович, – махнула на мужа рукой Людмила Викторовна. – Мы продаем дом и собираемся переехать. Если вы действительно друг Лены, то объяснять вам почему не надо.

– Вы же понимаете, что это не выход? – не стал я ходить кругами. – Крупенину не понадобится слишком много усилий для того, чтобы выяснить ваше новое место жительства, учитывая общий уровень продажности во всех госструктурах.

Побег у подобных этому отморозку тварей только азарт охотничий разжигает и является подтверждением бессилия и беззащитности жертв.

– А что, сидеть и ждать, пока этот скот бессердечный Ленку нашу растопчет или вовсе убьет? – вскинулся Валерий Владимирович. – Когда внука морально искалечит? В кого он ребенка превратит? Не пойдет! Уедем и дочку с внуком заберем, а этот найдет или нет – посмотрим.

При всем уважении, но план «Лена уезжает» мне не подходит. Нам с ней не подходит.

– Нет, сидеть я вам ни в коем разе не предлагаю и приехал сюда как раз с предложением уехать. Но не в никуда, а в один замечательный санаторий. Для начала на месяц. И даже путевки привез. – Ну да, и доки на другие имена, на которые эти путевки оформлены.

– Да ты рехнулся, юноша? У меня с дочкой такое, а я прохлаждаться поеду куда?! – гневно вскинулся мужчина.

– Я бы не давал этому определение «прохлаждаться». Вы развяжите петлю на шее Елены. Лишите Крупенина рычага воздействия для ее запугивания и удержания. Остальное сделаю уже я. Сомневаюсь, что в вашем возрасте морально очень легко продать все и сорваться с места и все только для того, чтобы продолжать испытывать ежедневный страх.

– Да гори оно все! У тебя дети есть, Корнилов? Нет! Иначе бы и мысли не было легко там или тяжело!

Ладно, зайдем с другого бока.

– А каково будет Лене знать, что вам пришлось сорваться с обжитого места, мыкаться и бояться?

– А что ты предлагаешь?

– Позвольте мне все решить. Просто поезжайте, куда я предложил.

– Ишь ты, решальщик! А как не выйдет у тебя ничего, а мы, считай, Ленку с Федькой бросим на произвол судьбы?

– У меня выйдет.

– С чего взял? У Сергея вон целая кодла дружков, – упорствовал Лопухин.

– Я тоже в это ввязываюсь не один. Именно поэтому могу гарантировать, что как бы ни пошло, а вашу дочь не оставят в беде. Единственное, чего не могу гарантировать на все сто процентов, – это полную неприкосновенность дома и его содержимого. Поэтому предлагаю в течение этого дня вам закончить сборы всех ценных вещей. Мы вывезем их на ответственное хранение на время вашего отсутствия. В доме будут круглосуточно дежурить парни из нашего охранного агентства. Но вы же понимаете, если последуют некие силовые действия или же попытка просто отомстить, то определенные разрушения неизбежны.

– Да будь оно все неладно! – махнула руками Людмила Викторовна. – Хоть все побейте, поломайте, спалите, были бы мои кровиночки целы.