Сердце льва - Агата Яд

– Давай, – согласился Леон, чувствуя, как урчит живот от волшебного зёрнышка мудрого Кааха.

– Да ты проголодался, – усмехнулась мадам Кристель. – Пойдём, перекусишь, а то если ляжешь спать на голодный желудок, то приснится кошмар.

– Да я уже встретил сегодня настоящий ужас, – добродушно проворчал лев, усаживаясь за стол.

– Опять гиены расшалились? – сочувственно спросила мадам Кристель, поставив перед ним глиняный горшочек с мясом и овощами.

– Нет, заяц! – многозначительно промолвил лев.

– А он красивый? – улыбнулась хозяйка, наливая ему в стакан холодную воду.

Леон чуть язык себе не прикусил от неожиданного вопроса, заставшего его врасплох. Он нахмурился, припоминая языкастого зайца, миленькое личико, кудряшки и губки, чёрт возьми, соблазнительные алые губки.

– Да, – шумно выдохнул лев.

– Значит, вы с ним подружитесь, – зевнула мадам Кристель.

Леон не стал ничего отвечать, быстро прикончил горшочек с мясом, а потом отправился спать. Старик-питон сладко дрых, прикрывшись тонким одеялом. Лев, стараясь ступать бесшумно, приблизился к своей кровати у окна и только собрался прилечь, как услышал за спиной насмешливый голос мудрого Кааха.

– Ну что, встретил своего истинного?

– Нет, – печально вздохнул лев и устало рухнул на постель, взбив руками подушку.

– Вообще, никого сегодня не встретил? – удивился старик-питон.

– Ни одного достойного омеги, – сонно отозвался Леон. – Только заяц один мимо пробегал…

Эмильен

Утро началось с раздражающего пения птиц. Эмильен накрылся одеялом с головой, но радостные вопли крылатой твари всё равно лезли в уши. Омега поднялся, обругал птицу последними словами и поплёлся в душ. Он открутил кран, сверху хлынула холодная вода.

– А-а! – завопил Эмильен и отпрыгнул в сторону. – Да что за наказание такое?!

Омега сунул руку под воду, но та теплее не стала.

– Я здесь умру! – Эмильен намочил полотенце и принялся обтираться, проклиная всю саванну.

– Зайчонок! – послышался крик дядюшки.

– Ну, вот зачем он меня так называет?! – разозлился омега.

– Иди завтракать! – крикнул ему дядя Пьер.

Наскоро умывшись и покончив с душем, точнее, с мокрым полотенцем, Эмильен оделся и поторопился к альфе. Омега не понаслышке знал, какие кабаны прожорливые. Ещё немного, и он попросту останется без завтрака. Когда Эмильен ворвался на кухню, дядя Пьер уже успел умять половину сковородки.

– Мне оставь, – пробурчал омега и схватил вилку.

– Надо сходить на рынок за продуктами, – дядя Пьер подтолкнул пальцем исписанный кривым почерком листик.

– Но я же тут ничего не знаю! – возмутился Эмильен, он совсем иначе представлял себе работу в баре.

– У нас одна улица, не заблудишься, – хохотнул кабан. – Ну, если хочешь, то можешь остаться и выдраить бар перед открытием.

Омега схватил листик и фыркнул:

– Конечно, схожу! Тут же всего одна улица, а если заблужусь, то попрошу кого-нибудь меня спасти.

– И постарайся ни с кем не ругаться, – попросил дядя Пьер. – Мне вчера было очень стыдно из-за тебя перед Леоном. Ты не забыл, что надо перед ним извиниться?

– Да помню, – отозвался Эмильен, доедая яичницу с беконом. – Как увижу, так сразу бухнусь на колени и стану вымаливать прощение.

Кабан крякнул, но не стал больше ничего говорить ему. Эмильен выпил чашку чая, взял ключи от грузовичка и отправился покорять местный рынок.

Леон

Лев проснулся и потянулся, издав громкий рык.

– Доброе утро, – старик-питон тут же присел на край его кровати. – Как спалось?

– Отлично, – улыбнулся Леон и собрался подняться, но мудрый Каах властно положил ладонь на его грудь. – Что не так?

– Я вот тут ночью подумал… – загадочно улыбнулся старик-питон. – Надо тебе съесть ещё одно волшебное зёрнышко.

Леон вытаращил глаза на Кааха, мгновение обдумывал его слова, а затем замотал головой, отказываясь от такого щедрого предложения.

– Лёвушка, надо закрепить магический эффект, – нравоучительно произнёс старик.

– Хватит с меня этой сраной магии, – запротестовал Леон.

– Но процесс же пошёл, – ухмыльнулся Каах. – Ты вот вчера зайку встретил красивого.

– Лопоухого и лохматого, – проворчал лев, вспомнив наглеца, который чуть с ума его не свёл.

– А вчера ты о нём хорошо говорил, – улыбнулся старик-питон. – Давай ещё одно зёрнышко, а? Уважь меня, Лёвушка!

Каах раскрыл перед его носом свою ладонь, на которой лежало неаппетитное зёрнышко, которое воняло хуже прежнего.

– Да не поможет мне это уже, – фыркнул лев и тряхнул гривой.

– Ради меня, – мудрый Каах подсунул ему зёрнышко ко рту.

Леон с несчастным видом принял подарок, проглотил его и сморщился, будто литр микстуры за один присест выпил.

– Ну, и гадость! – недовольно рыкнул лев.

– После завтрака пойдём на рынок, – довольно ухмыльнулся старик-питон.

– Мне домой надо, – Лев кивнул на свою посылку. – Надо джип чинить, пока гиены его по саванне не растащили.

– На рынок, – повелительно произнёс мудрый Каах. – Тебе же надо себя показать, омежки сами набросятся, поверь моему слову.

– Ладно, – нехотя согласился Леон.

Мадам Кристель накормила их сытным завтраком и выпроводила из гостиницы, и они с важным видом двинулись на рынок. Путь их пролегал мимо закрытого бара дядюшки Пьера Мишо.

– Надо бы заглянуть к кабану, – задумчиво проговорил Каах.

– Не хочу, – дёрнул плечом Леон. – У него там заяц наглый поселился.

– Это, которого ты вчера встретил? – оживился старик-питон.

– Да, – печально вздохнул лев. – Наглый, языкастый…

– И красивый, – закончил за него мудрый Каах.

– Чего? – изумился Леон, не ожидавший такого подвоха от друга.

– Не переживай, – подмигнул ему старик-питон. – Я никому не скажу, что ты считаешь омежку красивым.

Лев смутился и поспешно отвернулся от друга, испытывая дикую неловкость. На самом деле ему хотелось заглянуть в бар к кабану и поглазеть на наглеца, пропустить бокальчик виски, а уж потом возвращаться в своё логово. «И надо бы заставить зайку извиниться, – добродушно подумал Леон, мысленно представив, как омежка нахмурит свои бровки и надует пухлые губки. – Всё-таки он хорошенький»!

– О чём задумался? – старик-питон толкнул его локтем вбок.

– Да так, – пожал плечами Леон, будто и думал вовсе.