Наедине с Боссом - Ирина Давыдова

Тихо прикрыв дверь, прошел вглубь и замер, смотря на выглядывающую из-под одеяла руку. Она была слегка синяя, а в вену вколота игла капельницы.

Это же неправильно все. Не с ней такое должно было случиться. Не с ней! Да лучше бы меня траванули, лучше бы я подыхал, чем она с иглой в руке и с потерей нашего крохи!

— Уйдешь? — услышал хриплый голос, полный боли и отчаяния.

— Что? — признаться, я думал она спит.

— Ты уйдешь теперь? — тот же голос, только кажется, моя девочка сейчас расплачется. Дрожит она. — Теперь тебя не держит ребенок.

— Тебе врач сказал?

— Врач. Мы вернулись к тому, с чего начинали.

— Мия, ты о чем?

Я обошел кровать и рухнул на колени около своей любимой. В глазах… разочарование и боль. Ее лицо не то, что прежде. Сейчас в нем не было света.

— Я больше не беременна. Ты можешь быть свободен.

Она прикрыла глаза и плотно сжала губы, а мне захотелось схватить ее за плечи и встряхнуть. Но я понимал, что этим действием причиню ей вред и боль. Еще не хватало, чтобы швы разошлись.

— Что ты несешь? Глупая моя. Я не брошу тебя, я не собираюсь уходить. Я люблю тебя и буду любить всегда.

— Никита. Никиииита. А помнишь, врачи меня предупреждали, что под присмотром все равно лучше. Что маленький риск потери малыша есть. А я не послушала. Помнишь? Я убила нашего ребенка. Я его убила. Я виновата, я была не внимательна и глупа.

— Не мели херни! Ты не виновата!

Внутри все бурлило от того, что Мия обвинила себя в смерти нашего ребенка. Как она вообще может думать, что это по ее вине малыш не увидит белый свет? Да она же его так ждала! Бл*дь! Как тяжело.

— Ты не виновата, даже не смей думать об этом, поняла, Мими? И я никуда не собираюсь сваливать. Ты моя женщина, и я буду рядом. Я всегда буду рядом. Запомни.

— Я так его люблю, Никит. Так люблю.

— Я тоже, моя девочка. Я тоже люблю нашего сына. Я просто прошу тебя об одном: пойми правильно, что теперь он наш ангелок. И ты ни в чем не виновата.

Мия медленно открыла глаза, наполненные слезами, и, облизнув пересохшие губы, тихо прошептала:

— Прости меня, прости, что я не уберегла его.

— Ты прости, что я был не настолько внимателен, как следовало.

Взяв ее холодные пальчики в руку, я склонился и прошелся по ним губами. Хотелось забрать всю ее боль себе и в ответ подарить ласку и тепло. Но я понимал, что как бы я не отвлекал Мию, она все равно будет думать о нашем сыне, и самое ужасное в этом — винить себя.

За то, что Мими считает себя виноватой, я еще больше ненавижу настоящего виновника. И уничтожу его, когда придет время. Я обязательно его найду, чего бы мне это не стоило. А пока я не готов сообщать малышке о том, что в ее крови нашли яд. И я благодарен врачу, что он не выдал всю информацию своей пациентке. Уверен, узнай она правду, ей было бы гораздо хуже. Ведь убили нашу кровиночку. И паршиво то, что убийца на свободе.

— Хочется спать, — прошептала Мия, легонько пошевелив пальчиками.

— Я буду рядом. Здесь или за дверью. Ты веришь мне?

— Поцелуй меня.

За такую просьбу я готов отдать все свои богатства. Приподнявшись, навис над Мией и нежно коснулся ее пересохших губ в легком поцелуе. Сначала просто поцеловал, а затем мазнул по ним языком, желая придать мягкости и тепла. Желая оживить свою девочку и придать ей сил. Сухие губки слегка разомкнулись и с ее выдохом, я ощутил жар на своих губах.

— Я переживу это… только с тобой.

— Мы семья.

И уже через минуту она уснула. Я поцеловал ее еще несколько раз, поправил волосы, выпавшие из медицинской шапочки, и, вдохнув любимый запах, отошел на пол шага.

— Я все для тебя сделаю, ты только держись. Я найду врага, найду и убью.

Сердце постоянно сжималось от боли, а за грудной клеткой горело огнем. Милая хрупкая девочка, брошенная ублюдком Левченко и подавленная его словами. Она тогда думала, что ее мир рухнул, что жизнь потеряла смысл и новый день, казалось, больше никогда не наступит. Но в ее жизнь ворвался я — гребанный мудак, причинивший столько боли и подаривший надежды на что-то новое. Виноват в ее теперешних страданиях только я. У нее не может быть врагов, потому что, когда Снежинская появилась в моей жизни, она была абсолютно одна, без единой живой души рядом. Ей просто некому мстить, да и за что? За что ей мстить, когда она сама осталась на улице, без гроша и документов, без единой вещи. Это точно был кто-то из моего окружения. И я бы на его месте просто бежал с этой планеты.



Оставив Мию отдыхать, я вышел из реанимации, собираясь поговорить с врачом.

Сейчас для меня было очень важно, чтобы Мия поверила в меня и не прогнала. Вместе нам будет легче, вместе мы справимся с утратой, и я помогу ей поверить, что у нас еще обязательно все будет хорошо.

— Как она, сынок? — стоило прикрыть дверь, мама тут же подбежала ко мне.

— Винит себя.

— Ты что, ей не сказал? Про яд.

— Нет. Это еще больше ранит ее.

— Возможно, ты прав. Ей и так слишком больно.

— Мам, она не заслужила этого. Она хорошая и никогда плохого никому не желала.

— Я верю, я верю, сынок. Мы обязательно найдем виновника.

— Я это так просто не оставлю. Если надо, я все деньги потрачу, я бизнес продам, но найду эту мразь.

— Только я прошу тебя, не горячись, дорогой.

— Я постараюсь. Но не обещаю. Где отец?

— Домой поехал, я отправила его немного отдохнуть. Потом ты поедешь.

— Я никуда не поеду! — строго отчеканил я, смерив маму недовольны взглядом.

— Никит…

— Нет! Пока она здесь, я ни ногой отсюда. Прости, мам, мне надо врача найти.

Поцеловав маму в щеку, я прошел к дежурной медсестре. Узнал, где найти врача, и как только она набрала его и уточнила в кабинете ли он, я сразу же пошел к нему.

— Можно? — постучав в дверь, открыл ее и заглянул внутрь.

— Проходите, — жестом пригласил пройти мужчина, и я сразу же уселся в кресло, напротив.

— Извините, я даже не узнал Вашего имени.

— Не мудрено. Даже обижаться не на что. Тимофей Дмитриевич.

— Хорошо. Тимофей Дмитриевич, как моя невеста? Как ее состояние? Чем я могу помочь? — я хотел знать все, лишь бы хоть как-то помочь любимой, которая, я надеялся, спала сейчас спокойным сном.

— Ее состояние средне-стабильное, но лишние волнения ни к чему. Сами понимаете, даже говорить ничего не буду. Но эмоционально она подорвана, конечно, и… все в ваших руках. Для организма и желудка я пропишу лекарства на дом, но пока что ей придется у нас понаблюдаться, прийти немного в себя. Все же это не просто пищевое отравление.