В объятьях дракона - Надежда Волгина

– Какой красавчик! – проводила Уила взглядом Дарола.

Тот занял место за столом напротив, и Айра сразу же принялась ловить на себе его взгляды. Он даже поднял кубок, жестом показывая, что пьет за нее и улыбаясь при этом довольно соблазнительно. Только вот, думала Айра все равно не о нем. Глядя на Дарола, она вспоминала своего спасителя и не могла избавиться от сожаления, что нет того сегодня на праздновании. Должно быть, он все же воин.

– Да. Симпатичный, – скромно отозвалась Айра, не глядя на восторженную Уилу. Подобные восторги она находила неуместными. И они же привлекали к ним нездоровое внимание других девушек за столом.

После танца неожиданно проснулся аппетит, и Айра с удовольствием уделила все свое внимание какому-то замысловатому мясному блюду под румяной сырной корочкой. Но не тут-то было – Уила не желала последовать ее примеру.

– Тебе он понравился? – заглянула ей подруга в глаза.

– Не больше, чем любой другой симпатичный мужчина. Керн сегодня тоже мило выглядит.

– Вот именно, что мило, – вздохнула Уила. – Он еще мальчишка, хоть и очень милый, ты права. – А твой… кавалер настоящий мужчина, – воздела она глаза к небу. – Статный, сильный…

– И не мой, – перебила ее Айра. – То, что мы с ним танцевали, ни о чем не говорит.

Как же Уила не поймет, что развивать и дальше этот разговор Айра не хочет. Вот же упертая.

– Странно все, – задумчиво проговорила Айра, желая сменить разговор. – Кто-то сражается, тогда как другие празднуют.

– Что же тут странного? Таковы традиции драконьей долины, – беспечно пожала подруга плечами. – Не нами придуманы, не нам их и менять.

– Как-то это неправильно. Вот и деревья жалко, – оглянулась она и посмотрела на горстку пепла на том месте, где раньше красовалось деревце.

Каково же было удивление Айры, когда заметила тонкий зеленый стебелек, едва выглядывающий из пепла.

– Так быстро проросло? – пробормотала, все еще не веря.

– А я тебе что говорила. Не пройдет и семь лун, как тут будет стоять новое дерево, еще краше старого, – пояснила Уила. – Так что, не о чем горевать. Лучше глянь-ка…

Последние слова Уила проговорила с нескрываемым лукавством. И вскоре Айра поняла, почему. К их столу снова направлялся Дарол. И пока он шел, у Айры была возможность рассмотреть его получше и повнимательнее.

Волосы у Дарола были довольно светлые, чем-то напоминали цвет залежалой соломы. При этом, на лице немного пугающе чернели глаза. Пугал, скорее, не их непроницаемый цвет даже, а взгляд. Вот и губы дракона вроде улыбались, но глаз улыбка не затрагивала. Отчего-то в голову закралась мысль, что мужчина этот может быть очень опасным, что не следует никому злить его.

– Подаришь мне еще один танец? – поинтересовался Дарол, когда приблизился к столу.

Айра и хотела бы отказать, но не решилась. Да и Уила вмешалась.

– Конечно, не откажется! – подтолкнула она ее, обворожительно улыбаясь Даролу. – Веселись, подруга. Когда еще такая возможность выдастся, – шепнула ей на ухо.

После второго танца последовал и третий, и четвертый… Айра умудрилась протанцевать весь вечер. И все время ее приглашал Дарол. Под конец вечера ее уже плохо держали ноги. В сон клонило ужасно, в чем она и вынуждена была признаться Уиле.

– Пойду я на мукомольню.

– Так рано? Останься еще немного. Пропустишь фейерверк…

– Больше не могу, сил нет, – вздохнула Айра. – А фейерверком полюбуюсь издалека, – хотя, к тому времени она, скорее всего, будет уже крепко спать.

И не особо хотелось возвращаться в пустой дом на окраине долины, но и находиться среди такого шума, который к ночи нарастал все сильнее, она больше не могла. Да и завтра ей рано вставать.

Не успела Айра покинуть поляну, оставляя шум веселья за спиной, как ее догнал Дарол.

– Я провожу тебя, – сказал он таким тоном, что спорить Айра не решилась.

Какое-то время они шли молча. Шум празднования становился все тише, пока не превратился в приятный шелест. Поле темнело, чем немного пугало. И лишь огромная круглая луна освещала им путь. Сегодня полнолуние, – подумалось Айре. – Время всякой нечисти. Интересно, связаны ли у драконов такие ночи с чем-то особенным? Есть ли какие поверья, как у них в народе?

– Почему ты работаешь на мукомольне? – заговорил Дарол.

Айра радовалась, что шел он на небольшом расстоянии от нее и за руку взять не пытался. От него немного пахло вином, но пьяным он не выглядел. Даже напротив – казался очень задумчивым.

– Я не знаю. Так распорядился хозяин долины.

На это Дарол ничего не ответил и снова на какое-то время замолчал.

– А как ты попала сюда?

Этот вопрос заставил Уилу вздрогнуть. Сразу же голову напомнили воспоминания, которые обычно она гнала от себя.

– Меня выбрали, – тихо отозвалась, вновь представляя себя в той лодке, посреди бушующего драконьего озера.

– Для чего?

– Этого я не знаю, – пожала она плечами.

– Мне сказали, что тебя выставляли на аукционе, где купил тебя Непобедимый. Это правда?

– Правда.

– Так ты неугодная?.. – протянул он. – Но кому же ты не угодила?

– Не спрашивай меня об этом, – повернулась к Даролу Айра, подмечая, как блестят в ночи его глаза. – Я правда ничего не знаю.

Неугодная. Сколько же неприятного кроется в этом слове. Так называют тех, кто совершил что-то плохое. Что же она такого сделала? И кому?

– Я узнаю, – отозвался Дарол и снова замолчал.

Вскоре они дошли до кромки поля, где и начиналась мукомольня.

– Спокойной ночи, – остановилась Айра у калитки и повернулась к Даролу. – Благодарю, что проводил, – улыбнулась.

– Да было бы за что! – тряхнул он головой.

А потом вдруг наклонился и прижался своими губами к губам Айры. От неожиданности она и сообразить ничего не успела, да и поцелуй был мимолетным. Только вот, она не разрешала этому дракону целовать себя.

– Айра, – позвал ее Дарол, пока она собиралась с мыслями. – Кто ты?

Она смотрела на него во все глаза и не понимала, что он от нее хочет. К чему этот странный вопрос? И как на него можно ответить? И не пытается ли он отвлечь ее, чтобы избежать праведного выговора. Ведь губы Айры все еще горели от поцелуя.

– Человек, – ответила она и распахнула калитку.

– У людей глаза не светятся по ночам, – понеслось ей в спину. – И я не прощаюсь с тобой надолго.