Пылкий любовник - Сьюзен Джонсон

Когда он проснулся, Венера еще спала. Время было раннее, за рекой только-только разгоралась заря, окрашивая в золотисто-розовый цвет стайку легких облаков. Джек взял полотенце и, стараясь не шуметь, вышел из комнаты, решив, что купание будет сейчас в самую пору – избавит по крайней мере от дурацких мыслей.

Действительно, помогло. После того как он, изо всех сил подгоняя себя, заплыл на середину реки, наступило что-то вроде отрезвления. Охватывавшая тело прохладная немота воды смыла ночные наваждения. Он опять был тем самым Джеком Фицджеймсом, которым себе нравился. А женщина в его постели… Да, в ней было что-то необычное, порой его неодолимо тянуло к ней. Но нельзя делать из этого трагедию всей жизни. Кто знает, вспомнят ли они друг о друге через месяц?

Потом он приготовил завтрак, так как зверски проголодался, к тому же любил заниматься стряпней на природе, где все хотелось делать неспешно, с удовольствием.

Когда Джек с подносом в руках вошел в спальню, Венера открыла глаза и, потягиваясь, улыбнулась.

– Решил предложить вам завтрак и тысячу извинений за вчерашнее. – Он поставил поднос на столик рядом с изголовьем. – Могу сказать, что был пьян и вел себя как свинья…

– Вы вовсе не были пьяны, маркиз. – Венера глянула на него удивленно. – Просто по привычке делали все, как вам хотелось…

– Но этот осел Гротен…

– Знаете что, забудем об этом, – сказала она, снимая салфетку с подноса. – Ужасно хочется есть!

– Что-то вы подозрительно миролюбивы с, утра.

Джек отступил на шаг и, сложив на груди руки, посмотрел на Венеру, словно видел в первый раз или пытался разглядеть в ней что-то новое.

– О! Вы, оказывается, замечательный кулинар!

Венера с аппетитом принялась за завтрак. А маркиз смотрел на нее, стараясь не замечать ее обнаженного тела, и пытался представить, что завтра, послезавтра… никогда больше ее здесь не будет. И вдруг ощутил, как тело начинают покалывать нетерпеливые иголочки.

А Венера совсем не обращала на него внимания, с удовольствием поглощая завтрак. Если в ее поведении был расчет, то расчет поистине тонкий, дьявольский.

– А вы не собираетесь поесть? – спросила она, словно вспомнив, что он еще в комнате.

– Спасибо, я уже завтракал. Кроме того, успел искупаться и побриться.

– Что-то вы с утра какой-то официальный! Не бойтесь, под кроватью не прячется священник… Извините, это я так шучу.

– Да нет, ничего, – отозвался Джек, чувствуя, как от ее бесхитростного желания развеселить его напряжение куда-то уходит. – Просто мысли всякие… Вы, кажется, очень точно чувствуете настроение других…

– В отличие от ваших прежних возлюбленных? – Венера лукаво взглянула на него. – Которым от вас, насколько понимаю, ничего, кроме титула и денег, не требовалось? Не об этом ли мысли?

– Вы имеете в виду, что если бы у меня не было ни копейки, то ни одна из этих дам и внимания на меня не обратила бы?..

Она несколько секунд молчала, тщательно размешивая сахар в чашке.

– Маркиз, я не маленькая и прекрасно все понимаю. Что делать, именно так устроено наше общество… Хотя, может, именно вы – исключение из правила. На мой взгляд, в вас можно влюбиться, даже зная, что у вас нет ни гроша. – Венера проказливо улыбнулась, отставляя чашку. Бретелька лифа словно сама собой соскользнула с плеча. – Только не лопните от гордости! Мне лично не нравятся спесивые мужчины.

– Тогда я буду сама скромность.

Джек тоже улыбнулся, чувствуя, как неподъемная холодная глыба, залегшая в груди, тает от ее слов.

– Ох! Вот этого вам, к сожалению, не дано. Но ваше самомнение при желании можно направить в полезное русло… Вы захватили с собой эти резиновые штучки?

Для Джека это оказалось абсолютной неожиданностью. Но он быстро справился с собой.

– А если я скажу «нет»?

– Тогда… тогда вам придется прямо сейчас бежать за ними в ближайшую аптеку.

Джек хитровато улыбнулся и покачал головой: – Все предусмотрено. Есть достаточный запас, хватит надолго…

– А вы что, думаете держать меня здесь до осени?

Она, конечно, шутила. Но что-то в ее вполне невинных словах насторожило Джека.