Я беременна, мальчики! - Вероника Касс

Ева

Он уходит, и я прислоняюсь к стене, гулко дыша. Щеки пылают огнем, а в груди настоящий пожар. Я не понимаю себя, я не понимаю его. Прикладываю руки к лицу, пытаясь восстановить дыхание.

Зачем? Зачем я написала ему?

Правда ли хотела помощи или просто желала увидеть спустя столько времени? Хотела кое-что понять, но в итоге еще больше запуталась.

Я не замечаю, как пролетает время и приезжает Мирон. Он скидывает смс, что ждет меня внизу, а я хочу закрыться на три замка и остаться дома. Провожу по губам на которых до сих пор горит поцелуй Кира, это сумасшествие, от которого нужно избавиться.

К черту Кирилла. Он не тот кто мне нужен. Совершенно. Он, как змей искуситель, лишь путает мои мысли и заставляет сомневаться в собственных чувствах.

— Привет, — я растягиваю губы в улыбке, садясь в машину.

— Привет, — приглушенно здоровается Мир и тут же заводит автомобиль.

Весь путь до его дома мы молчим. Парень странно напряжен, а я волнуюсь, еще сильнее, чем перед экзаменами. Ноги подрагивают, а кончики пальцев на руках замерзли.

— Ева… — хрипло говорит Мир, останавливая машину.

Я понимаю, что это вопрос, возможно последний шанс уйти. Опять провожу пальчиками по губам, не осознано. Ловлю на себе горящий взгляд Мирона и решаюсь.

— Пошли, — голос пропадает и у меня получается полушепот.

Мирон гулко сглатывает, сжимает челюсти, а затем кивает и выходит из машины. Не может же он тоже волноваться? Это же бред какой-то.

Когда мы заходим с ним в квартиру мне хочется спросить где Кир. Я тут же себя одергиваю, злюсь за это. Я не должна думать о нем. Не должна. О ком угодно, но не о Кире.

— Поцелуй меня.

Мирон замирает, он весь словно подтягивается, его мышцы каменеют, спина напрягается, парень медленно поворачивается и я тону в его взгляде. Он настолько темный, что почти сливается с расширенными зрачками, Мирон делает медленный шаг обратно ко мне, а затем резко хватает меня и тянет на себя. Он целует меня, и я окончательно теряюсь в происходящем.

Его алчные и теплые губы со вкусом ментола, требовательно пьют мои стоны, язык Мирона проталкивается в мой рот и я прижимаюсь к парню ещё теснее. Обнимаю его за мощные, крепкие плечи, уже ничего не соображая.

Я понимаю, что это Мирон, те же широкие ладони, поглаживающие мою поясницу и перебирающие волосы, тот же напор, что и вчера в подъезде. Я все все это понимаю, издаю стон, потираясь об его эрекцию и никуда не могу деться от мысли, что Мир целуется в точности так же как и Кир.

Разве такое вообще возможно?

Разве возможно, одинаково растворяться в двух разных, пусть и одинаковых внешне, мужчинах?

Я чувствую себя безумно порочной, но не хочу останавливаться. Нет-нет, только не сейчас.

Провожу ладонью по груди парня, добираюсь до края футболки и забираюсь рукой под нее. Гладкая кожа обжигает, я провожу подушечками пальцев по его рельефному торсу, очерчивая каждый кубик, потом спускаюсь и расстегиваю пуговицу на его джинсах. Понятия не имею, как у меня получается с первого раза сделать это одной рукой, но мужчина ручит и тут же, подхватывая меня за ягодицы, несет наверх. Мое платье задирается, и Мир гладит меня по оголенной коже над чулками.

На втором этаже, Мир словно медлит какое-то время, замирает на мгновение, стоя в коридоре. Но мне это мгновение кажется настоящей вечностью, внутри все горит, потому что я хочу опять попробовать на вкус его ментоловые мягкие губы, его дразнящий язык. Я хочу содрать с нас одежду, чтобы лучше ощущать тепло мужской кожи.

Я легонько прикусываю его за плечо, он шипит и все же несет меня в свою комнату.

Мир тормозит у входа и я, понимая зачем, произношу.

— Не надо, не включай пожалуйста.

— Я хочу видеть тебя Ева, — он опускает меня на пол, берет мое лицо в ладони и напряженно смотрит мне в глаза, — кажется я сдохну если не возьму тебя, это сумасшествие, какое-то, — запальчиво шепчет Мир, так напоминая мне Кира.

Господи боже. Да когда же это прекратится?!

— Я хочу, чтобы тебе было хорошо, малышка. Видеть твое совершенное тело, гладить твою кожу и наблюдать за тем как ты вздрагиваешь от моих прикосновений, испытывая наслаждение.

Я хочу спросить, откуда он знает, что мое тело совершенно, я его таким не считаю, я жутко стесняюсь, не понимая, когда Мир мог видеть меня. Но потом вспоминаю о той ночи и мне становится горько.

— Не надо, пожалуйста, — повторяю и невесомо касаюсь губами его скулы.

Парень медленно кивает, всматривается в меня, а я проваливаюсь в бездну. Его взгляд пьяный, сумасшедший и такой притягательный, он манящий и завораживающий. Я как бабочка лечу, только не на свет, а на тьму в его взгляде. И мне уже не страшно в нем утонуть, потому что это и так уже случилось.

Я задыхаюсь… задыхаюсь без его ментоловых губ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мир набрасывается на мой рот жалящими поцелуями, а я тяну его футболку вверх, попутно проводя ладонями по мощной, рельефной спине.

Через считанные мгновения я уже совершенно голая лежу на его кровати и вздрагиваю от сладких поцелуев, осыпающих мое тело. Мир втягивает в рот мой напряженный сосок, проводит по ареоле дразнящим языком, а я хочу раствориться. Хочу навсегда остаться в этом мгновении, чтобы не осознавать и не принимать ужасного. Я объединила их в своей голове.

Я хочу обоих, я отвратительная женщина, но мне так хорошо. Как же мне хорошо.

Чувствуя мягкие губы на своем животе и представляю, что это Кир. Мне хочется от него такой же нежности, затем парень разводит мои ноги и неторопливо ведет влажным языком по моему лону и я хочу, чтобы теперь он стал тем диким Миром, который чуть не взял меня в подъезде.