Свободный - Лина Мур

В семь за собранной спортивной сумкой заходит шофёр, это значит, что Дуглас идёт в спортзал. После него он вернётся, примет душ и будет опять искать недочёты в приготовлении стейка. Но я не говорил, что являюсь поваром от Бога. Я просто готовлю из того, что есть. Да и то нечасто.

И всё же, как бы я ни старался вести себя так, словно ничего не произошло, но волнуюсь. Прокрутив в голове минувшие события, радуюсь тому, что одержал хоть и небольшую, но победу. Я отстоял себя. Ужасно, конечно, что я показываю свой страх Дугласу. Мне стыдно за это, и никакое лечение здесь не поможет. Смотрю прямо страху в пасть.

В который раз протираю стол, осматриваю приборы и меняю их на более чистые, как мне кажется. Стою по стойке «смирно», ожидая, когда он придёт. Я не позволю себе допустить новую ошибку.

***

– Добрый вечер, мистер Бейкер. Ваш ужин готов. Стейк прожарки «Медиум». Картофель. Соус из томатов. И на десерт ягодное парфе, – выпаливаю я.

Дуглас даже не смотрит на меня. Проходит мимо, хлопая дверью.

Замечательно. Вчера он сразу сел ужинать. Сегодня, видимо, пребывает в плохом настроении. А когда оно у него было другим?

Если честно, то я уже сомневаюсь, так ли не прав был Эдди. Что-то мне не нравится ни ночь за окном, ни аура в этой квартире, ни сам Дуглас Бейкер, ни то, как он ведёт себя с людьми. Но я же уверял, что знаю, на что шёл, так? Так. Вот я тряпка.

Прождав пятнадцать минут, направляюсь к спальне Дугласа и стучу в дверь.

– Сэр, вы будете ужинать? Мясо уже остыло, и я боюсь, что…

Замолкаю, когда дверь распахивается перед носом.

– Ужин готов, – тихо повторяю, смотря в полные ярости глаза. Что снова не так-то?

– Твои жареные подошвы я жрать не собираюсь. Пошёл на хер.

Дверь хлопает. Озадаченно смотрю на неё. Дверь опять открывается через секунду.

– Ты меня бесишь, – выплёвывает Дуглас, вновь хлопая дверью.

– Эм…

Я даже не знаю, как реагировать. Почему мне смешно? Хрюкаю и кашляю, прочищая горло.

– Ты в порядке? – интересуюсь я.

Дверь открывается.

– А я, блять, выгляжу так, как будто в порядке? – рычит он.

– Ну, если хочешь честно, то выглядишь ты так постоянно, поэтому не могу ответить на данный вопрос корректно, чтобы не задеть твоих чувств. Ужин уже готов, и сегодня я старался. Я, правда, извиняюсь, что так получилось днём, и я…

– Блять, какой же ты нудный. Блевать тянет. – Толкая меня плечом, Дуглас идёт в сторону кухни и останавливается, упирая руки в бёдра. Он переоделся в штаны и футболку, но его агрессия никуда не делась. Я рассчитывал, что костюм виной этому, увы, сам Дуглас.

– Хочу другой стол. Жёлтый.

От его слов мои брови удивлённо ползут вверх.

– Жёлтый? – переспрашиваю, подходя к нему ближе.

– Жёлтый. Горчичный или ещё какие там у вас, геев, есть цвета «голубой» радуги. – Бросает на меня презрительный взгляд.

– Вообще-то, у нас, геев, цвета такие же, как у вас, натуралов. Не все геи помешаны на одежде, внешнем виде и эпиляции. Мы такие же, как вы…

– Конечно. Член в заднице – это очень похоже на что-то обыденное и повседневное. И как это у вас происходит? Эй ты, голубозадый, не хочешь на ужин член в жопе? Нет, он был на обед, но я не откажусь взять его приборами на ужин и положить в рот в виде десерта, – кривляется он.

Я внимательнее вглядываюсь в мимику Дугласа, и меня пробирает от хохота. Смеюсь, качая головой. Боже, он может быть нормальным. Иногда. Но, чёрт возьми, я ему не так противен, как казалось ранее.

– Я сказал что-то, блять, такое смешное, что ты сейчас разорвёшься на грёбаную пыльцу? – зло шипит он.

– Да, но не волнуйся, я не доставлю тебе проблем. Я состою из крови и плоти. Так что пыльца тебе не светит, – я забываюсь. Какое-то странное состояние лёгкости подталкивает меня, и я хлопаю Дугласа по плечу, словно старого друга. Он переводит взгляд на меня. Сначала напуганный, а затем настолько устрашающий, что хочется бежать отсюда со всех ног.

– Оу, прости… я… ужин. Мясо остывает, – тушуясь, опускаю голову и отхожу от Дугласа.

– Ты меня тронул, – цедит он.

– Прости, так вышло. Обычно я… как бы с друзьями так. Забылся я. На секунду увидел в тебе человека. Подобное больше не повторится. Я потом приберу, как ты закончишь… то есть, вы. Сэр или мистер Бейкер? Как мне лучше обращаться к тебе? Я могу… нет, Дуглас, наверное, нельзя. Но ты вроде бы не…

– Тьяго, мать твою, свали с глаз моих.

– Без проблем.

Через минуту меня уже нет в кухне. Закрываю дверь в свою спальню и жмурюсь. Вот идиот. Но мне понравилась шутка Дугласа и то, что он всё же помнит, что я гей. Ну и, может быть, я немного перестал его бояться. Определённо со мной что-то не так… или с ним… или с этим миром. Остановлюсь на последнем.

Сажусь на кровать и достаю свой мобильный. Вижу сообщение от Бёрдса с вопросом: «Что случилось с тобой?». Эдди уже обо всём ему доложил. И Бёрдс предлагает встретиться через три дня, когда вернётся из поездки домой. Откладываю мобильный, не зная, стоит ли отвечать. Наверное, я был груб с Эдди и сказал то, что не стоило. Но я тоже учусь. Сколько бы мне лет ни было, я буду учиться жить, как и любой человек. Я хочу стать лучше и сильнее. Хочу быть достойным счастья и свободы. Хочу, чтобы судьбы стала мягче ко мне и пожалела меня.

Поднимаю голову, когда раздаётся брань Дугласа, и слышу, как что-то бьётся. Тарелка, думаю.

Нет, судьба жалеть меня не собирается.

Ну что ему снова не понравилось? Сам виноват, что еда остыла. Не надо было ерундой страдать и играть с дверью. Странный он такой, этот Дуглас Бейкер. Порой он похож на человека, но всегда на что-то зол. Почему? Откуда столько ярости на жизнь? У него всё есть. Деньги. Власть. Сила. Ум. Смекалка. Да его достоинства можно перечислять очень долго. Он идеальный натурал для женщин и может дать им всё, но его минусы очень озадачивают меня. Ладно ругань. А вот агрессия – это уже опасно. Конечно, у него нервная работа, и там много проблем, с которыми он сталкивается ежедневно, но ведь у каждого человека есть проблемы, и дома нужно расслабляться. Дуглас, наоборот, на работе как будто более или менее сдерживает себя, а сюда приходит воевать. Но против кого? Неужели, я для него враг? Вряд ли. Тогда в чём его проблема?

Подхожу к двери и прислушиваюсь. Вроде бы всё тихо, и можно выходить.

Открывая дверь, выглядываю. Цокаю, замечая валяющуюся на полу разбитую тарелку и мясо. Соус он тоже разлил. Какой потрясающий педант! Псих!

Тяжело вздыхая, собираю осколки и, поворачиваясь, замечаю свет в гостиной. Дуглас сидит на диване, читая что-то в ноутбуке, а рядом стоит бокал с виски. Вот ещё пристрастия к алкоголю добавить ко всем его грешкам не хватало. Но я молча мою пол, выбрасываю испорченную еду, хотя сам с удовольствием съел бы стейк. Я проголодался и не знаю, заслужил ли еду сегодня. Честно, я, вообще, опасаюсь сделать лишнее движение.