Девочка шейха - Леона Хард

Он потрогал мягкий живот, лобок, раздвинул складки между ног. Он все изучил с наблюдательностью великого ученого, получившего объект исследования. Он вытворял, что хотел с моим телом. Бесстыдно, безжалостно изучал самыми грубыми методами мое тело. Дьяволу в человеческом облике нравилось безумие между нами. Это наполняло его особым восторгом. Его дыхание сбивалось, когда я издавала звук, пусть и от боли или в знак протеста, а его большие ладони обжигали мою кожу.

Мое лицо и щеки алели, но не от похоти, а от унижения, ведь врагу не нужна моя страсть в ответ и от этого грязно. Плохо. Ощущение неправильности происходящего медленно наполняло меня до краев. Сейчас не страсть, а что-то больное руководило мужчиной, после чего оставалось грязным отпечатком на моей коже. Было мерзко и противно от того, как он обращался со мной. Держа грубо за руки и ноги, он уродовал своей силой мою кожу.

Он не целовал мое тело и губы, как раньше. Считал, что я не достойна ласки или проявления нежности.

—Ненавижу!— бессильно рычала или скорее хрипло шептала сквозь тряпку во рту. Но его не трогали мои эмоции, потому что в его глазах — прозрачное стекло без эмоций. Колючий холод на месте былой огненной страсти или жажды. Равнодушие к моим страданиям.

Просто его кровь хотела мою кровь.

Его тело хотело мое.

В какой-то момент я уже привыкла к опасности и к тому что член терся по моим складочкам и пульсирующему набухшему узелку, поэтому внутренне была расслаблена и прекратила сжимать мышцы лона. Но в тот момент прогадала. Головка скользнула в тесное лоно и следом весь член вошел. Я запоздало сжалась, но член настолько глубоко проник, что стало невыносимо. Нестерпимо. Ни секунды промедления. Ворвался и зажал бедрами меня в одном положении. Я замычала громко, а мучитель вероятно наслаждался моим возгласом и эхом в коридоре, будто такова и была цель. Дать всем понять, кто мой владелец, несмотря на мнимые клятвы и мое замужество.

А потом он начал меня растягивать изнутри, входил в мою плоть заново. Полностью вынимал головку. Приставлял к лону и вновь таранил, каждый раз заставляя меня извиваться, сжимать алые простыни над головой и кусать тряпку во рту.

Член менял угол входа, специально насильно растягивал мое лоно. Раз уж я не захотела в свое время любви и нежной страсти, когда он дарил мне экстазы, теперь действия во время секса механические, глубокие.

А затем любовник набрал скорость.

Это было бесконечно…долго…на четвереньках, на спине, прислоненной к стене.

Возмездие

POV Лиля

Вскоре я ощущала одно сплошное вторжение. Мое тело послушно дергалось от сильных толчков. Особенно грудь от ударов бесстыдно колыхалась, а ягодицы горели от шлепков.

Я, наверное, никогда не забуду, не вытравлю это ощущение члена внутри. Не забуду хлюпающих мокрых звуков в местах соединения наших тел и ощущения семени на всем теле. В особенности на животе, жирные мазки на бедрах, капли на губах. От нещадных толчков горело лоно, а вскоре мое тело под воздействием силы наполовину сдвинулось с кровати, а руки, поднятые наверх, только усиливали постепенное скатывание на пол. А Бонифацию чихать было на мое удобство и то, что от его шлепков я почти лежала головой на полу, а спина неестественно изогнута. Ему главное, что мои раскрытые ноги лежали на кровати и предоставляли доступ к вожделенному соитию.

И когда он нарастил темп, моя голова окончательно коснулась пола, так что кровь прилила к глазам, а следом проступили слезы. Мерзкие, унизительные слезы от бессилия.

В этот раз он кончил очень бурно, держа меня за бедра, бешено пульсировал в растянутом, натертом до боли лоне. Несмотря на долгие мучения, Артур всего третий раз кончал, держался всегда до последнего, чтобы подольше не покидать мое тело.

Я раскрыла глаза, чувствуя секундное затишье и думая, когда Бонифаций успокоится, но на секунду в кровавой тьме на полу блеснул меч и отвлек меня. Оружие совсем рядом, казалось проведи рукой и дотронешься кончиками пальцев. Осмыслив увиденное, сделала вывод, что это Рафаэль вытащил меч из раны и бросил на пол, рискую умереть от потери крови. А я ведь действительно давно не слышала и не видела Рафаэля, поскольку он лежал с другого бока. Как его здоровье?

Какая-то внутренняя сила закружилась во мне, взяла в жесткий плен. От ее мощи я задохнулась, и как марионетка, управляемая за ниточками невидимом духом ярости или мщения, нащупала желанный меч, даже не рассматривая вариант развития событий в случае промаха. Было все равно. Последствия не важны.

А вот теперь настал мой эсктааааааз! Ощущая в мокром, ноющем лоне семя, которое сегодня уже до краев меня пропитало и пометило, как собственность, и по-прежнему чувствуя мужчину глубоко в себе, я подняла корпус с пола и двумя скрещенными руками, держа тяжеленный меч, вонзила его в Артура. Чуть левее сердца под ключицей пронзила теплое большое тело.

В момент удара на моем лице появилась сумасшедшая улыбка, которую я не смогла скрыть и подарила Артуру. Но раздосадованно отметила, что мужчина почти не удивился, лишь вздрогнул, но не подал виду о боли или ярости.

По моей крови разлился сладкий коктейль удовольствия, вызвавший непрошенную улыбку и теплое ощущение между ног и во всем теле. Я не смела об этом мечтать. Дьявол, как же я хотела выплеснуть на него свой гнев, ярость, боль за свою землю! Отомстить ему. Я должна была это сделать! Должна была рано или поздно! Моя кровь постоянно отталкивала его. Не давала испытывать к нему приятные эмоции, которые иногда кипели во мне и смущали. А сейчас кровь наслаждалась выражением лица мужчины, мечом отца в ключице врага, понимая, что, если меч у Артура, значит тот забрал у родителя ценой его жизни.

—Это тебе за мою землю, Зверь!

—Ах, ты коварная сучка! Ты зрячая!— его глаза полыхнули еще большим огнем. Пожаром. Совсем дикостью. Но он не зол, наоборот — в голосе еще больше возбуждения.— Ты думаешь, меня это остановит?

Жаль промахнулась и не попала в сердце. То ли Артур понял слишком рано мою задумку и увел тело в сторону, то ли я по-глупому не стала пронзать черное, безжалостное сердце. Нанесла несерьезную рану в ключицу.

Враг покинул мое тело, но лишь для того, чтобы вытащить меч и посмотреть на рану в ключице. Это время позволило мне сдвинуть ноги между собой, а одну из них согнуть в колене и поднять резко вверх. Получился не очень сильный удар по самому главному месту мужчинуы, жаль замах маленький, но и его хватило, чтобы зверь зарычал от боли, теперь уже не от возбуждения.

Вот теперь на мужском лице появилась настоящая угроза (оскал) и стало понятно, что шутки закончились. Убьет! Убьет!

Я рванула с кровати, запутавшись в балдахине, едва не упала и не потеряла драгоценные секунды на побег. Платье выплюнула изо рта, с трудом им же прикрыла бесстыдство и бедра, по которым стекало семя.

—Я позову на помощь!— босыми стопами побежала через Рафаэля, по дороге оглядев потное от мук лицо мужа и его прикрытые веки. С облегчением заметила, как его грудная клетка при этом едва-едва колебалась.