Беременна поневоле - Айрин Лакс

Покровский говорил спокойно, будто договаривался о покупке нового автомобиля.

— Нет.

— Я ожидал такого ответа. Рекомендую подумать.

— Рекомендуешь или угрожаешь?

— Мне не надо тебе угрожать, Алёна. У тебя просто нет выбора. Я не позволю тебе сделать аборт. Так или иначе.

— Добровольно принудительно? — уточнила я.

— Я предлагаю тебе сделку. Выгодную сделку, — подчеркнул Арсений. — После того, как родишь и отдашь мне ребёнка, ты ни в чём не будешь нуждаться. Жильё, деньги… Я могу даже подарить тебе хороший действующий бизнес, к которому тебе не нужно будет прикладывать и пальца для управления.

— Ты как золотая антилопа, Покровский. Ты не берёшь в расчёт одного — мои чувства. Я ненавижу и презираю тебя всеми фибрами своей души. Рассыпаясь денежными обещаниями, ты убеждаешь меня во мнении, что я не ошиблась на твой счёт.

Мужчина усмехнулся, приблизившись ко мне:

— Мы добрались до разговоров о чувствах? С тобой интересно, Алёна. Жаль, что наше знакомство получилось таким неоднозначным. Ты не тушуешься, хотя, несомненно, думаешь, что должна опасаться меня.

Покровский неожиданно провёл кончиками пальцев по моей щеке. Я отвела лицо, но его пальцы уже прочертили горячую дорожку до самого подбородка.

— Не пачкай меня, — процедила я сквозь зубы.

— Не пачкать? — сердито сверкнул глазами. — То есть я — моральный урод, пачкающий тебя грязью? Хорошо... Тогда ответь мне на вопрос, святая Тереза. Всего один, идёт?

— Всего один вопрос — и потом я свободна?

— Если ты убедишь меня.

Я рассмеялась.

— Тебе нравится играть в бога?

— Мне нравится играть в слова. С тобой. Вопрос будет неприятным, сразу предупреждаю. Итак. Вернёмся в памятную для нас двоих ночь. Я был пьян и накачан под завязку, когда пришёл в клуб. Но и ты, Тереза, была невменяемая. Выпивка. Наркотики… — Покровский усмехнулся. — Кокаин.

— Бред!

— Дорожки кокса на столе говорят сами за себя. А ты даже не кричала и  не отбивалась, Лежала подо мной, как полумёртвая муха, потому что была пьяна не меньше меня. Так? — Покровский впился ледяным взглядом мне в лицо. Утвердительно кивнул. — Так. Отсюда возникает вопрос. Ты действительно хорошая девочка? Потому что хорошие девочки не нажираются до скотского состояния, Алёна.

Я перевела дыхание. Говорить о том, что меня кто-то похитил, я не стала. Это выглядело бы как оправдание. Я не хотела оправдываться перед этим наглым мужчиной.

— Двойные стандарты, Покровский. По-твоему, если девушка пьяна, это достаточный повод для того, чтобы изнасиловать её?

— Что ты делала в том клубе? — напористо спросил Покровский.

— А что делают в клубах? Расслабляются.

— Ты кого-то ждала?

— Даже если ждала, то явно не тебя! Я ответила на твой вопрос?

— И да, и нет. А теперь подумай, сколько моральных уродов бегают за жертвой насилия, чтобы извиниться? Много? Или это ничего не стоит, Алёна?

Я не знала, что ответить на эти слова. Покровский был в чём-то прав. Я была раздосадована, что начала смотреть в сторону Покровского немного иначе. Этого не должно быть…

— Алён, как бы ни мусолили с тобой тему прошлого, оно не изменится. Есть факты. Они таковы — у  тебя куча проблем и нежеланный ребёнок от меня. Я могу изменить твою жизнь к лучшему и забрать ненужного ребёнка.

— Боже, Покровский! Зачем ты прицепился ко мне? Посмотри на себя! Хочешь ребёнка? Свистни на улице! Устрой кастинг среди девушек, подходящих под твои запросы. Оставь меня в покое. Я не хочу вынашивать ребёнка от тебя. Не хочу. Мне не нужен этот крошечный эмбрион, прижившийся даже вопреки принятым таблеткам! — я уже почти кричала.

— Не эмбрион. Ребёнок, Алён. Моя невеста была беременна, когда погибла. Я перепутал её с тобой и в ту же ночь узнал, что Мила мертва. Ты хотела предотвратить наступление беременности. У тебя ничего не вышло, — он чеканил слова, как автомат, не обращая внимания на мои доводы. — И не выйдет. Понимаешь, к чему я веду?

— Это просто набор предложений, Покровский.

— Нет. Это всё одна цепочка. Знак сверху, что пора что-то менять в своей жизни! — Покровский помолчал и внезапно перевёл разговор в другое русло. — Ты будешь завтракать?

— Кусок в горло не лезет.

— Знаешь, у меня почему-то тоже.

Покровский небрежно швырнул несколько крупных купюр.

— Давай выйдем на улицу?

На этот раз я успела схватить свою одежду быстрее, чем Покровский смог вмешаться. Было бы неплохо ускользнуть, но уверена, что убежать не получится.

Я по ту сторону баррикад. И я совершенно одна. Если буду брыкаться, Покровский просто может дать команду своим людям.

Обо мне мало кто будет беспокоиться. Не Витёк же… Тот, наоборот, обрадуется, что квартира целиком и полностью в его распоряжении.

Подруга? Не смешно.