Жесткое принуждение - Лили Рокс

– Тебе нравится, как мы тебя воспитываем? У Андрея, смотрю, не получилось, как следует тебя воспитать. Не умеешь ты выбирать мужчин.

В голове мысли пришли в движение… Андрей? Серьезно? Это по его вине я тут вишу вместо груши? Но, погодите-ка… ненавидящий голос сказал, что я не умею выбирать мужчин, а значит Андрей не в курсе происходящего. Но что это дает? Кто-то мстит ему таким образом? В чем смысл?

Мои мысли прервала фраза садиста:

– Меняй ремень на кошку с когтями.

Все, приплыли. Меня начало трясти. Кошка с когтями. Я знаю, что это такое… Это плеть с вплетенными в ее концы металлическими загнутыми пластинками. Я начала биться, чтобы освободиться из оков, я знаю, что это напрасно, но страх выдавал хорошую порцию адреналина и заряжал силой. Это ни к чему не привело. Я почувствовала, как взлетела вверх, теперь я потеряла опору под ногами и просто висела на руках под потолком. Удар. Я слышу свой голос словно со стороны, это был тяжелый вой, я просто громко и протяжно завывала от боли.

Эти пластины рвали кожу, а кровь текла по телу. Удары были такие же размеренные, с одинаковой силой. Я чувствовала, как кожа рвется под когтями. Да, ремень был действительно мягкой игрушкой. В процессе я несколько раз теряла сознание.

Но меня быстро возвращали назад в ад ледяным душем или нашатырным спиртом. Садизм продолжался. Я уже не могла даже кричать, я просто молила бога о том, чтобы это кончилось, чтоб я потеряла сознание насовсем, только бы не ощущать больше эту дикую боль. Я хотела навечно уснуть и больше не просыпаться, каждая секунда была проклятым адом на земле. Слезы текли рекой, перемешиваясь со слюной и кровью. Вместо тела была одна сплошная боль. Сквозь затуманенный разум я услышала доктора:

– Если продолжать так и дальше, то она не протянет долго.

На что садист ухмыльнулся:

– Что, жалко стало? Да? Или ты захотел трахнуть ее? Конечно, я все понимаю: молодое тело, красивое личико. Ну ничего, все смогут поиметь ее, но только после того, как я изуродую ее милую мордашку!

– А ты хочешь трахать мясо? Ведь таким темпом она им станет совсем скоро, – не унимался доктор.

– Я подготавливаю ее как раз для того, чтобы всем было приятно ее пользовать, она станет покорной и будет выполнять любые приказы!

Доктор не унимался:

– Ты же говорил, что не хочешь, чтоб она быстро сдохла от боли.

– Да, ты прав, я не хочу, чтоб она сдохла быстро. Ведь это только начало.

Начало? Серьезно? Меня тут в фарш кромсают и это только начало? Все, приплыли, я точно труп. Этот садюга меня прикончит, а что ему еще делать? Урод сумасшедший.

Меня прекратили наконец-то бить, и я почувствовала, как меня опускают на пол.

Грохот цепей и я ногами ощущаю холодный пол. Но они меня не слушаются и просто подгибаются. Цепи все так же грохочут, я опускают на холодный пол на колени. Меня резко хватают за волосы и вынимают кляп изо рта.

Наконец-то я судорожно хватаю ртом долгожданный воздух. Но это было не долго, мне снова разжали рот и на затылке защелкнули замки. Теперь у меня во рту было металлическое кольцо.

Слышу звук молнии и в мой рот пытаются затолкать огромный член, который чисто физиологически не поместился бы в рот человеку.

Боже, нет, только не это. Я пытаюсь сжать зубы, но это, ни к чему не приводит, зубы упираются в плотный металл. Садист еще крепче перехватил мою голову и с еще большим остервенением толкает член мне в глотку. Я начинаю давиться, мне нечем дышать. И тут раздается сиплый голос садиста:

– Бей ее кошкой.

Практически одновременно с фразой меня пронзает сильнейшая боль в спине. Я кричу, но член садиста прерывает мои крики. Он вогнал его уже по самые яйца. Он с остервенением начинает трахать меня в рот. Я давлюсь, пытаюсь кашлять, но он не дает мне даже вздохнуть.

На секунду он вытаскивает член, я пытаюсь отдышаться, но не могу, тут же у меня вырывается крик от очередного удара по спине кошкой. Но и крик садист глушит загнанным обратно членом. Я не знаю, сколько это уже продолжается, у меня иссякают силы. Я чувствую, что на спине нет живого места, там фарш. И чего он добивается? Слышу глухой голос садиста:

– Продезинфицируй.

Удары прекратились, ощущаю сильный запах спирта и то, как на меня что-то льют. Аааааааа …. Острая боль во всем моем теле, я пытаюсь изогнуться, вырваться из его хватки, ору животным криком, но садист кончает мне в рот и наконец-то хватка становится слабее.

Чудом я умудрилась вырваться, пожертвовав приличным клоком волос. Да пофиг, вырастут, вся боль заглушается ранами, которые залили спиртом. А садист с ехидным смехом растирает сперму по моему рту. Меня наконец-то вырвало, и я отрубилась без сил. Темнота, спасительная темнота.

Карусель, карусель, крутится быстрей. Какие-то вспышки и грохот. Сознание медленно возвращается. И я понимаю что меня опять поднимают на цепях к потолку. Рот свело от металлического фиксатора, глаза все так же завязаны. Боже, хватит, пожалуйста, убейте. Но нет, они этого не сделают, им нужно что-то другое… но что?

Ледяные руки схватили сосок и выкрутили с нечеловеческой силой, попутно оттягивая его. Опять запах спирта и раздирающая боль – сосок пронзил металл. Не успела я опомниться, как второй сосок постигла та же участь. В это же время меня начало трясти. Холодные руки вцепились в мой клитор. Я начала дергаться и извиваться, я уже не думала, что это поможет, просто тело инстинктивно работало независимо от меня.

– Нет! Нет! Нет! Не надо – я кричала, насколько мне позволяло кольцо во рту. Я молила его не делать этого, но наружу вырывалось лишь мычание. Его голос, как я его ненавижу!

– А ну-ка хватит дергаться! А-то я тебе грудь отчекрыжу! Хочешь этого? А ведь, правда, зачем тебе теперь грудь? Теперь ты моя нижняя, ты моя рабыня, я могу делать с тобой все, что только захочу. Ладно, я это сделаю позже. Сейчас мы поиграем с иголочками. Тебе же нравится эта игра? Помнишь, как вы с Андреем занимались любовью?

Ай, опять Андрей. Почему он говорит о моем бывшем муже? Да кто же этот садист? Как он может быть связан с Андреем? И почему он меня истязает? Что я ему сделала, чтобы он так на меня обозлился? Игры в иголочки… о чем он?

Пока эти мысли проскакивали в моей голове, мою промежность уже искупали в спирте. Аааа, как меня бесит этот спирт! Сколько у них его еще в запасе? Над ухом разносится шепот садиста:

– Сейчас я тебе сделаю прокол, горизонтальный. Я проколю твой клитор и введу иглу в твой мочеиспускательный канал. Тебе обязательно придется это по нраву!

Адская боль. Это сложно описать. Наверное я умерла и попала в ад. Может быть, я что-то сделала в этой жизни не так.

Потом снова порка. Я хочу отключиться, но не могу. Они ввели мне какую-то дрянь, она притупляет сознание, но не помогает притуплять боль. Почему я оказалась в этом месте? Пытаюсь вспомнить, но удается с большим трудом. Одна мысль: виновата Надя. Все из-за нее. Но я точно знаю, она меня не подставляла. Я уверена, что она сейчас тоже в беде и нуждается в помощи.