Узы ненависти - Тата Кит

— Хорошо, — вложила свою руку в его тёплую ладонь.

Мы вышли из комнаты, держась за руки, но уже на лестнице я поняла, что это лишнее и высвободила ладонь из мягкого захвата Яра.

— Всё хорошо, — сказал шёпотом мужчина и заговорчески подмигнул мне.

Молча спустились по широкой лестнице в светлый вестибюль. Не задавая лишних вопросов, следовала за Яром, боясь отстать от него.

Внутренний интерьер особняка не просто говорил, а кричал о том, что здесь живёт мужчина. Хозяин. Сдержанные матовые цвета: серый, белый, чёрный, коричневый. Преобладание дерева и металла, резких линий. Минимализм во всём — ни безделушек на полочках, ни цветных подушек на большом диване в гостиной. Ничего, что может выбиваться или противоречить царящей здесь мужественности и сдержанности.

Яр завёл меня в узкий тёмный коридор. Страх и волнение подкатили к горлу, грозясь сорваться девичьим криком. Мы зашли в просторную светлую кухню, в которой царил потрясающий запах выпечки и кофе. У большого островка в центре кухни стоял коренастый мужчина лет тридцати пяти. В чёрной, обтягивающей его широкие плечи футболке, поверх которой был надет белоснежный поварской фартук. Короткие рукава футболки демонстрировали руки, которые были забиты цветными татуировками. Тёмные волосы мужчины были собраны в маленький хвост на макушке, виски выбриты, взгляд карих глаз был серьёзным и сосредоточен на ноже, которым он в данный момент разделывал мясо. Невольно сглотнула вязкую слюну и попыталась спрятаться за спиной Яра, подальше от внимания цепких глаз этого мясника.

— Жорик, покорми нашу гостью, — обратился к мужчине Яр, который, наконец, обратил на нас внимание.

— Дарья, доброе утро, — мясник улыбнулся мне широкой белозубой улыбкой. Обошёл стол и подошёл ко мне, протянув руку для пожатия. — Рад, что вас выпустили. А то приходилось питаться исключительно слухами о вашей красоте.

— Здравствуйте, — робко пожала протянутую мне руку и снова отошла в сторону, пытаясь частично спрятаться за спиной Яра.

— Меня зовут Георгий, но предпочитаю, чтобы меня называли Жорж…

— Хорош везде пихать своё пидарастическое имя, — раздался за спиной голос мужчины, которого я видела лишь однажды за дверью своей комнаты. — Жорик и всё. Не хочешь быть Жориком, значит, будешь Гогой.

— Когда-нибудь я отрежу тебе язык своим самым острым ножом, — повертев перед носом мужчины лезвием, Жорик вернулся к разделке мяса.

— Привет, я Дэн, — обратился ко мне мужчина, импровизированно отдавая честь.

Теперь моё сердце упало в пятки — я находилась одна в помещении с тремя вооруженными мужчинами. У Жорика в руке был нож, которым он очень умело орудовал. У Дэна на ремне находилась кобура с пистолетом. Хоть Яр и был безоружен, но я была уверена, что при необходимости его руки являются не менее смертоносным оружием, чем нож или пистолет. Стараясь быть невидимой, сделала несколько шагов назад, чтобы покинуть злополучную кухню и вернуться в комнату, в которой чувствовала себя в относительной безопасности.

— Даша, ты куда собралась? — остановил меня Яр, нежно схватив за руку. — Не бойся. Мы здесь, чтобы тебя защищать. Всё хорошо, тебя никто не тронет.

Верилось с трудом, учитывая, сколько я пережила за месяц нахождения в этом особняке. Но, глядя в светлые, голубые глаза Яра, на его искреннюю мальчишескую улыбку, я позволила себе немного расслабиться. Но всё равно не переставала искать подвоха в словах и действиях окружающих меня мужчин.

— Так, выйдете оба из моей кухни и дайте красотке спокойно позавтракать, — обратился к мужчинам Жорик, тыча в них остриём ножа.

— А ты чё, красотка, проголодалась? — Дэн шутливо шлёпнул повара по попе, после чего получил от него же подзатыльник.

— Идиота кусок, — подняв глаза к потолку, Жорик устало выдохнул. — Я сказал — вон из моей кухни. Оба.

— Только обязательно поешь. Двое суток ничего, кроме кофе и чая не употребляешь, — обратился ко мне Яр, подмигнул и вышел из кухни следом за Дэном.

— Садись, красавица. Сейчас всё сделаю.

Повар указал на высокий стул рядом с островком, на который я не спеша села и стала следить за приготовлениями. Мужчина отложил нож, налил кофе в маленькую чашку и подал мне. Положил в раскаленную сковороду два ломтика бекона и разбил туда два яйца, посыпал специями, после чего достал из духового шкафа противень со свежеиспеченными румяными булочками. По кухне витал божественный аромат, ощущая который, я поняла, что мой желудок больше суток был прилеплен к позвоночнику и изнывал от голода.

Когда всё было готово, Жорик расставил передо мной тарелки с завтраком, при взгляде на которые, рот в очередной раз наполнился слюной.

— На здоровье, — повар протянул мне вилку и вновь вернулся к разделке мяса.

С завтраком я справилась очень быстро, чего даже сама от себя не ожидала. Мужчина не отвлекал меня разговорами, тихо занимаясь своим делом, лишь изредка поглядывал на меня и тарелки, чтобы убедиться, что я ем.

— Спасибо, — робко поблагодарила повара, собрала грязную посуду со стола и направилась к раковине, чтобы её помыть.

— Ты чего мне тут придумала? — остановил меня Жорик, отбирая тарелки. — Для мытья посуды есть отдельный человек. А ты иди — отдыхай, обследуй дом.

— Но я…

— Я сказал — иди. Не путайся под ногами. Нужна будет твоя помощь, я тебя сразу позову. А сейчас, красавица, не мешай, — подмигнул мне и указал рукой в сторону выхода из кухни.

Через узкий коридор вновь вышла в светлый вестибюль. Дэна и Яра нигде не оказалось, поэтому дом обследовать решила самостоятельно. Но, когда моё внимание привлекла массивная темная дверь, ведущая на улицу, я поняла, что внутреннее убранство дома мне совершенно не интересно. Я хочу на улицу, оказаться под лучами тёплого солнца, вдохнуть аромат весны. Ощутить маленькую иллюзию свободы.

Пришлось снова подняться на второй этаж в свою комнату, чтобы надеть кроссовки и куртку. Одевшись, спустилась вниз, подошла к массивной входной двери, сделала глубокий вдох, не веря тому, что самостоятельно могу покинуть дом. С силой толкнула дверь, в лицо приятной прохладой ударил свежий весенний ветер, солнце светило ослепительно ярко, заставляя жмуриться. Подставляя лицо солнечным лучам, позволила себе расслабиться, наслаждаясь теплом и тем, что меня не окружают приевшиеся взгляду четыре светлые стены. Я чувствовала себя заключенным, что испытал долгожданный вкус свободы.