Год Ветра - Татьяна Анина

Я рукой дёргал себя.

Сил не было, но заставил себя повернуться и прижать Дану к себе.

— Не так как вчера, — пожаловалась она. — Вчера было лучше.

— Надо стараться, чтобы каждый раз был незабываемым, — прошептал, пытаясь угомонить бьющееся в агонии сердце. — Дана, это было круто! Всё с тобой нереально здорово! Помнишь, я присылал тебе нижнее бельё, электрощётку с принцессами, набор в душ?

— А-а-а, вот недостающие подарки, — тихо засмеялась она и уткнулась мне в плечо.

— Не хочу выглядеть в твоих глазах крохобором, — отпрянул, чтобы посмотреть на неё.

Глаза её серо-голубые блестели мелкими огоньками. Щёки розовые, губы алые. Она просто создана для меня! Я удовольствие получал, глядя на неё.

Целовались. В какой-то момент появилось отвращение, но ненадолго, потому, что вкус секса скрасил аромат моей девушки.

*****

Дана

Светильник в прихожей настолько маленький, что почти ничего не видно, а окон не было, только из гостиной и немного с кухни светило. Поэтому Илья включил фонарик на своём телефоне, планшет поставил на паркет возле моих кроссов. Он сидел передо мной, скрестив ноги.

Платье в серый горошек, на голове старая шапка с ушами, плащ пока не застегнула. Любимый парень в мои кроссовки вставил розовые шнурки и завязывал их оригинально, по инструкции, точнее смотрел на планшете видео и повторял. Получался мудрёный орнамент и косички.

Я же в своём новом телефоне восстанавливала пароли от соцсетей, посмотрела вниз, на Ветра у своих ног. Он поднял на меня глаза. В полутьме они казались фиолетовыми, отражали мелькающий свет планшета.

— Замри, — шепнула я и сфотографировала его.

Не очень получилось, но мне хватит, чтобы нарисовать.

Невероятно красив. Но вслух не сказала. Не нужно это парню, он и так понимал, что это его счастье и горе одновременно.

— Кому пишешь?

Он ревновал. Боялся, что я начну адаптироваться к новым реалиям, заведу себе друзей, а он очень не любил гостей, компании и шумные места.

И ничего сделать он не сможет, если я захочу куда-то от него сбежать.

Не понимал, что я не побегу.

От этого непонимания могут быть проблемы.

— Восстановила пороли, — призналась я.

Открыла свою страничку. На аватарке моя фотография. Волосы убраны в бублик, два целых, неповреждённых уха. Маечка на мне, тонкие лямки, плечи чистые.

Это будет ложью, если я оставлю эту фотографию?

Я на ней такая дурочка! Ещё не знала, что произойдёт, как страшно будет и больно. И любви ещё не знала…

— Дана? — напрягся Илья.

— Моё фото, — показала ему. — Мне его менять?

— Да, поставь мышонка, — усмехнулся он и вернулся к шнуркам на моей обуви.

Решила, что потом сделаю, как он сказал.

За год всего восемь сообщений. Первое в очереди от Полины Потёмкиной: «Данка, как только очухаешься, напиши мне, пожалуйста. Я сильно переживаю за вас с Ветром. Он пропал, уехал в Москву. Напиши мне!!!»

Это наша с Ветровым одноклассница. Очень эффектная девушка и характер невероятно боевой.

Решила, что подумаю, стоит ли с ней общаться.

Второе сообщение было от Кристины. Моя самая близкая подруга после Нового года написала свой номер телефона, по которому я смогу её найти. Номер я сразу сохранила.

Одно сообщение в октябре от Ветрова. В октябре он и появлялся последний раз на своей странице. Видимо в ту ночь Илью пробило на слёзы, и он написал мне, что любит, переживает, умирает без меня. Ждёт, безумно волнуется. Ему одиноко и страшно.

Я отвела телефон в сторону и пригладила его волосы. Илья, продолжал сидеть у моих ног, развязывал шнурок, потому что неправильно что-то сделал и пришлось перешнуровывать.

Остальные сообщения были от Бори Герца. Он писал только потому, что ему велено общаться. Боря аутист. Был интернат для богатых девочек с диагнозом, а неподалёку стоял такой же только для мальчиков. Мы никогда не ходили друг к другу в гости, потому что это считалось неполезным. С Борей мы знакомы, по причине общего врача-психиатра. Мы с ним виделись всего три раза в жизни, последний в мои пятнадцать лет. Но общались по интернету с детства. Точнее общался он. Читал какие-то статьи по прикладной математике или о программировании и посылал их мне. Я могла не ответить, он всё равно что-то присылал снова, а могла написать какую-нибудь ерунду, вроде: «Что за фигня, Боря! Меня это не интересует!» И он не обижался.

Я пробежалась по его сообщениям. «Привет!» дальше ненужная мне информация, и в конце: «С уважением, Борис Герц». В друзьях у Бори несколько десятков тысяч человек, и необязательно русские. Боря знал восемнадцать иностранных языков.

Не найдя в соцсетях ничего интересного, я заказала себе серьги, потом немного одежды. И прикроватные тумбочки. Для Ильи и для себя, а то мой Ветер телефон на краю кровати держал, и тот всё время падал.

Подтянула к себе наши паспорта, ввела коды и проверила ещё раз заявление, отправленное в ЗАГС.

— У меня сегодня встреча. С Дамианом поедем кого-то выкупать. Он спрашивал, не хочешь ты с нами поужинать?

— Я боюсь. Потом, когда привыкну ко всему. Можно я только с тобой буду выходить?

— Конечно, — улыбнулся Илья, и наконец-то справился с моими шнурками. — Может, его пригласим к нам? Он очень хотел тебя увидеть. Дядька ведь.

— Крёстный, — кивнула я. — потом, я пока не готова. Если только Кристину повидать.

Он поцеловал моё колено. Через капроновые колготки, но так будоражило! Покорённо опять посмотрел на меня снизу вверх, провёл горячими ладонями под подол платья.

— Мышонок, — прошипел он. — Моя девочка.

— Илья, — вспыхнула я краской. — Ещё… И я захочу.

И это после утреннего взаимного удовлетворения, и того, что у меня между ног саднило.

Я постоянно его хотела.

— Остаёмся дома? — спросила, чувствуя, что сбивалось дыхание.

— Нельзя! Может, Арбат отменим?

— Нельзя, — покачала я головой. — И в кафе я хочу. А потом пельмени на ужин.

— Тогда терпим до вечера, — он вскочил, попрыгал.

В удовольствие было видеть, что у него в джинсах эрекция.

Он хотел меня.

*****

Илья подал руку и помог встать. Легко покрутил меня вокруг своей оси и подхватил в объятия, прогнув к полу.

Я рассмеялась.

Как же легко!

Ещё секунда и я поставлена ровно. Он вёл в танце. Это был вальс.

Именно Илья учил меня танцевать вальс. Происходило это год назад в наше короткое знакомство. В парке, залитом водой. Эти воспоминания теперь как прекрасный сон. А потом я танцевала без него, чтобы стать такой же подвижной, изящной, как мой парень. И вместе мы выступали на дне рождения школы. Самая прекрасная пара! Меньше недели я учила движения. Схватывала всё на лету, и теперь тело просто механически всё вспомнило… Только два раза ему на ноги наступила.