Бойся меня - Алайна Салах

— Нет. Мирра не против.

Ох, я пьянее даже больше, чем подозревала, если решила таким образом уколоть бывшего мужа.

— Я Матвей, а это мой друг Павел, — представляется потенциальный ухажер, экстренно придвигая к нашему столу дополнительное кресло.

Затихший смех вновь подступает к горлу. Матвей. Ну чем не знак, что пора бежать отсюда сломя голову?

— Я Вика, а это Мирра… Я пью «Секс на пляже», Мирра вино… А вы давно здесь? Мы примерно час… Нет, не в первый раз. Люблю это место…

То ли настолько велика сила внушения, то ли мой затылок действительно воспламенился. Займись своей спутницей, черт возьми, и перестань меня разглядывать. Мне и косящегося бывшего мужа достаточно.

— Какое вино ты пьешь, Мирра? — придвинувшись, Матвей заглядывает мне в глаза. Тридцать пять-тридцать шесть лет, симпатичный, возможно даже красивый. Но на его лицо мне совсем неинтересно смотреть.

— Я пью пино-нуар, но это мой последний бокал. Спасибо, что спросил.

Парень с неудачным именем выглядит почти растерянным. В моем теперешнем состоянии я готова признать: со мной действительно сложно. Существует справедливая закономерность в том, что у хохочущей Вики есть и муж и любовник, а у меня, гордо допивающей свой пино-нуар, нет никого. Рядом с ней мужчина чувствует себя лучше и увереннее: его шутки становятся в разы остроумнее,  потому что она искренне и заливисто над ними смеется; его возможности кажутся безграничными, ведь за заказанный коктейль он получает ослепительную улыбку и тонны благодарности во взгляде, а каждая произнесенная им фраза получает всплеск признания: «Ты работаешь в IT-компании? Ооо! Руководишь отделом разработок? Не может быть! Я в этом совсем ничего не понимаю, но уверена, что это безумно круто».

Я не умею смеяться из вежливости, и я сама руководитель. Могу проявить интерес, но не могу заставить себя восхищаться. Может быть, в этом заключается мой дефект?

Блондинка все еще сидит напротив Саввы. Они тоже познакомились через приложение? Он угадал и ее размер груди?

— Отлучусь ненадолго, —  я чересчур резко поднимаюсь и моментально ловлю на себе взгляды каждого из присутствующих за столом. Вика, не успев снять улыбку, смотрит вопросительно, Матвей — озадаченно, а руководитель отдела IT-разработок Павел банально разглядывает мою грудь.

Освежиться, вызвать такси и уехать — с таким планом я иду в туалет.

— Мирра.

Я столбенею, хотя в глубине души даже рассчитывала на то, что он за мной пойдет. Крепче сдавив тело смартфона, оборачиваюсь. Чертово вино. Какой же ты красивый. Ну правда... Что в тебе есть такого, что невозможно оторвать глаз?

Он злится. Синяя радужка приобрела цвет штормового океана, какой я однажды наблюдала, отдыхая на Фиджи, скулы заострились.

— Да, Савва.

— Для чего ты сидишь за одним столом с этими лузерами?

— Лузерами? — я с преувеличенным изумлением поднимаю брови. — Как ты определил, что они именно такие?

— Хватит. Тебе их общество неприятно, но ты тем не менее позволяешь им разглядывать себя как кусок мяса. Твоей подруге это подходит — но точно не тебе.

Если в обычном состоянии от таких слов я испытала бы раздражение, то сейчас чувствую самую настоящую злость. Он оставил свою стильную блондинку скучать, чтобы все это мне высказать? Уличить меня в том, что я неправильно себя веду? Я взрослая свободная выпившая женщина и ничего никому не должна.

— Эти наблюдения будет уместнее адресовать твоей спутнице, коей я не являюсь. Я пойду. Очень хочется в туалет.

Шторм в глазах Саввы становится еще темнее, но на губах внезапно расплывается улыбка. Я завороженно разглядываю резкие ямочки, появившиеся на его щеках. Как ему удается улыбаться одновременно обаятельно и хищно?

Хватит его разглядывать. Разворачивайся и уходи.

Он ловит меня за руку, почти так же как недавно делал мой бывший муж. Я снова злюсь, но теперь уже на себя за то, что не возникло импульса ее одернуть. Опускаю взгляд на его пальцы, обхватившие предплечье, и с вызовом поднимаю бровь, транслируя: «Отпусти».

Он не отпускает, не отступает, не говорит «извини», а напротив, тянет меня к себе, не прекращая гипнотизировать глазами.

— Она никто. Совсем. Попрощайся со своей подругой-идиоткой. Я отвезу тебя домой.

Она — «никто»? Та блондинка? «Совсем»? И я должна просто ему поверить?

Я выдергиваю руку из горячего капкана и, перед тем отвернуться к двери уборной, нахожу в себе силы улыбнуться:

— Я поняла, что мне не нравятся спортивные машины, поэтому предпочту добраться на такси.

— Если ты планируешь вернуться за стол, то я сделаю это вместе с тобой, — летит мне в спину. — Поверь, никому из присутствующих это не понравится.