Обязана быть его - Алиса Ковалевская

Вдоль спины у меня побежали мурашки. Невольно я плотнее сжала ноги и стиснула пальцами ремешок сумочки.

— Ваше терпение? — переспросила, понимая, что меня захлёстывает гнев. — Вы ничего не путаете?

— Я никогда ничего не путаю, Дарина, — повторил он всё тем же обманчиво-спокойным тоном и кивнул водителю.

Внедорожник плавно тронулся с места. В панике я дёрнула дверцу, но та, конечно же, оказалась заблокирована.

— Куда мы едем? — как ни пыталась я держаться, голос дрогнул. — Я не хочу иметь с вами никаких дел, неужели вы этого еще не поняли?! Оставьте меня в покое!

Дёрнула дверь снова.

— Раньше надо было думать об этом, — в бархате голоса появились жёсткие нотки.

Стоило Демьяну сократить расстояние между нами, я втиснулась в угол сиденья, но это не помогло. Бедро его коснулось моего бедра, пальцы опустились на коленку. Сквозь тонкий капрон колготок я почувствовала обжигающее прикосновение. Вдохнула, и голова тут же пошла кругом.

Этот запах напоминал о совершённой ошибке. Пугал, внушал чувство бесконечной тревоги и опасности. В памяти против воли всплыли воспоминания о вечере, когда я пришла к нему, и внутренности скрутило. Никогда больше! Никогда!

Демьян провёл вверх по моей ноге, приподнимая полу пальто, забираясь под юбку, и меня затрясло. Во рту пересохло, я забыла, что надо дышать. Снова это чувство — страх и… странное, непонятное волнение, что я испытала рядом с этим мужчиной именно тогда, три недели назад, когда пришла к нему домой, когда мы…

— Я не люблю долго ждать, — второй ладонью он резко обхватил мой затылок. Сжал волосы несильно, но уверенно.

Я оцепенела. Сердце колотилось в груди маленьким испуганным зверьком. Его дыхание щекотало губы, пальцы выписывали на бедре обжигающие узоры. Как немая, я не могла сказать ни слова, хотя гнев, что зародился внутри, стоило мне оказаться в машине, никуда не делся.

— Если я чего-то хочу, я это получаю, — большим пальцем он погладил мой висок, а после ещё сильнее сжал волосы.

Я сглотнула, прикрыла глаза. Расстегнув нижнюю пуговицу моего пальто, он пробрался под край кофты. Прикосновения его были уверенными, наглыми, и меня трясло всё сильнее.

Гнев, ощущение опасности, страх… И где-то внутри, в самой глубине меня… То самое волнение. Будто очнувшись от наваждения, упёрлась в его грудь ладонями.

— Нет, — со всей силы оттолкнула его и сквозь сжатые зубы повторила со злостью: — Нет!

Запах его проникал так глубоко, что у меня путались мысли. Я плохо понимала, что именно ему от меня нужно, зачем ему это всё. Быть игрушкой для очередного двинутого психа?! С меня достаточно. Только-только я начала, пусть даже слабо, верить, что смогу справиться, выстроить заново свою жизнь, и теперь он… Что ему нужно от меня?!

Расстегнув пуговицы пальто, Демьян провёл раскрытой ладонью по моему боку, после жёстко тронул спину, задирая кофту до самого бюстгальтера.

Смотрел мне в глаза и трогал, совершенно не обращая внимания на мои попытки увернуться, оттолкнуть его.

Задыхаясь яростью, бессилием, я готова была драться до последнего, хотя заведомо понимала — бесполезно. С этим мужчиной всё бесполезно.

Зажатая меж ним и спинкой сиденья, я снова напоминала себе пойманную в силок птичку, но на этот раз сдаваться не собиралась.

— Остановите машину! — прорычала, что есть силы толкнув его в плечо.

Пальто съехало, сумочка упала к ногам.

— Будет так, как я скажу, — просипел он, ухватив меня за подбородок и сжав его.

Глаза его потемнели, в зрачках плясало пламя.

Я судорожно выдохнула, плохо соображая, что вообще происходит. Только смотрела на него. Растрёпанная, в небрежно расстёгнутом пальто и скомканной кофте. На губах — послевкусие его дыхания, кожа горела огнём.

— Не со мной, — просипела в ответ. — Скажите водителю, чтобы он остановился. Если у вас проблемы с моим мужем — с ним их и решайте. Я не имею к этому никакого отношения.

Уголок его рта дёрнулся то ли в подобие пренебрежительной усмешки, то ли от недовольства.

Убрав кончиками пальцев прядь волос с моего лица, он провёл по бровям, по носу.

— Об этом не беспокойся, — аккуратно поправил воротник моего пальто.

Я всё ещё чувствовала прикосновение его бедра, и даже в этом было что-то такое… Что не давало ровно дышать. Мне хотелось оказаться где угодно, лишь бы не в этой машине. Дальше от него, как можно дальше. Забыть и не вспоминать.

Его присутствие рядом пугало и одновременно с этим волновало, его взгляд проникал в самую суть, заставляя меня чувствовать себя никем, тогда как он оставался самим собой — человеком, держащим в своих руках не только собственную, но и жизни многих людей. И с моей жизнью он мог сделать всё, что захочет, сейчас, глядя в его глаза, я понимала это, хоть и не хотела принимать.

— Уберите руку, Демьян, — я обхватила его запястье.

Удерживая, он тронул мою шею, приспустил ворот водолазки и коснулся горла, кончиками пальцев обрисовал ключицы.

— Остановите машину, — просипела, вжимаясь в спинку сиденья.

Всплеск ярости заставил меня вцепиться в его руку. На этот раз он всё же отпустил.

Глаза в глаза. Я пыталась бороться с ним даже сейчас, в этой безмолвной схватке взглядов, но снова проигрывала.

Подальше от него. Держаться подальше от него и от подобных ему. И не вспоминать. Мужа с меня достаточно! Хватит!

— Вы не имеете права лезть в мою жизнь, — выпалила с гневом, что клокотал во мне. — Поэтому не приближайтесь. Никогда больше не приближайтесь ко мне и не трогайте меня.

Он молчал, тогда как я ощущала, что меня буквально разрывает — яростью, страхом, непонятным бессильным отчаянием. Сердце по-прежнему стучало у горла, от взгляда его по спине бродил холодок, а кожу жгло от недавних касаний его рук.

— Останови тут, — резко бросил Демьян водителю и толкнул меня на дверцу. Блокировка тут же была снята.

Испуг мой вдруг усилился. Я и сама не могла понять, почему: то ли голос его зазвучал особенно жёстко, то ли в глазах на миг мелькнуло что-то такое… Что-то особенно сильное.

Наощупь я нашла ручку, но открывать не спешила. Так и сидела, сбитая с толку, не знающая, что делать дальше и как быть. Мне было страшно, я не хотела вспоминать о том вечере, но при этом забыть не получалось. И, что самое главное, он не давал мне забыть.

Демьян больше не касался меня, только смотрел, но я всё равно не могла уйти. Не могла, чёрт подери, уйти, хотя должна была сделать именно это. Его взгляд держал меня, и причина была не только в силе, что исходила от этого мужчины. Почему-то мне не хотелось… Не хотелось, чтобы он считал меня одной из тех, кого можно запросто сломать, с кем можно играть в подобные игры.