Трагедии - Еврипид

Хотел тебе доставить радость он,

Чтоб ты врагом плененным насладилась.

Противился микенец, не хотел

Ярма надеть и на глаза твои

Живым предстать за полученьем кары.

О старая жена, возвеселись,

Да не забудь, что первые слова

890 Прервала ты, свободу обещав мне...

В таких делах уста царей не лгут!..

ЧЕТВЕРТЫЙ МУЗЫКАЛЬНЫЙ АНТРАКТ

Хор

Строфа I

Сладок нам танец и пир,

Прелестью флейт полный;

Чары Киприды нам

Негою сердце тешат;

Мило и счастье друзей,

Если придет нежданно...

Сколько у Мойры в руках

Пряжи, и сколько с нею

Времени сын Век

900 Нитей мотает...

Антистрофа I

Избран, о город, тобой

Праведный путь: вы бессмертных

Чтите, Афины, — так

Вечно творите. Ярок

Гибели вражьей пример.

Правду хотел безумец

Поколебать, и его

Боги казнили. Гордость

Мысли всегда бог

Смутой наполнит...

Строфа II

910 На небесах твой славный сын,

Царица старая; не прав,

Кто молвит, что в Аиде он,

Оставив пепел на костре.

Там в золотом чертоге

Гебы дивное ложе

Делит он... О Гименей,

Браком связал ты славным

Зевсово чадо с чадом

Зевса навеки.

Антистрофа II

Как часто звеньями в цепи

920 Дела становятся! Отец

Малюток этих был спасен

Афиной, — город наш детей,

Славный народ Паллады,

Спас, надменность карая

Мужа, который закон

Буйно нарушил. Сердцу

Ярые страсти, гордость —

Будьте вы чужды...

ИСХОД

ЯВЛЕНИЕ ДВЕНАДЦАТОЕ

Приходят слуги, ведущие с собою пленного Еврисфея.

Слуга

О госпожа, хоть видишь ты, но все же

И я скажу: вот Еврисфей — тебе

930 Нежданный дар; судьбы такой, конечно,

Не ждал и он, особенно когда

Он, бранные Микены покидая,

Вел рать свою надменно и мечтал

Афинские разрушить стены... разве

Он чаял быть в твоих руках? Но бог

Обратное его предначертаньям

Решил и дал событьям ход иной:

Царь Гилл, а с ним и Иолай почтенный

Крониду в честь победы приношенье

Готовят там и поручили мне

Отрадный дар доставить этот. Слаще

Для сердца нет, коль видишь ты врага,

940 Счастливого так долго, в униженье!

Алкмена

(с сверкающими глазами подходит к Еврисфею)

Так вот ты, ненавистный! Наконец

И до тебя добралась Правда! Ну-ка,

Гляди сюда, осмелься на врагов

Глаза поднять... Ты слушаться нас должен,

Не мы тебя!.. Неужто это ты

Действительно тот самый, что Геракла —

Того Геракла, сына моего,

Который средь богов теперь, — измучил?

Живым его в юдоль Аида даже

950 Сойти принудил, гидр и львов его

Губить себе в угоду заставлял?

Не говорю о хитростях иных,

Придуманных твоею злобой; был бы

Их список слишком длинен... Но тебе

И этого казалось мало, дерзкий:

Детей и нас по всей Элладе ты

От алтаря до алтаря скитаться,

И стариков и малых, осудил...

Вот наконец нашелся город, люди,

Которые свободу любят; ты

Их запугать не мог — и злую смерть

Ты обретешь. Ты выгадал и тут...

За бедствия, которые тобою

Принесены нам были, не одной,

960 А тысячи тебе бы казней мало!

Слуга

Но все ж его не вправе ты казнить.

Алкмена

Тогда напрасно в плен его мы брали;

Но где ж закон, спасающий его?

Слуга

Афинские владыки так решили.

Алкмена

Что это? Смерти предавать врага —

По мнению афинян, не прекрасно?

Слуга

Нет, если взят живым он на войне.

Алкмена

А Гилл? Решенье он признал такое?

Слуга

Что ж, быть ему ослушником Афин?

Алкмена

Что ж, быть живым и здравым Еврисфею?

Слуга

970 Тогда неправдой был и плен его.

Алкмена

Еще не поздно ту неправду сгладить!

Слуга

(настойчиво)

Нет здесь того, кто б мог его убить!

Алкмена

(гневно)

Здесь я! А я ведь — тоже некто, мнится.

Слуга

Смотри! Бесславьем ты себя покроешь.

(Уходит с угрожающим жестом.)

ЯВЛЕНИЕ ТРИНАДЦАТОЕ

Те же, без слуги.

Алкмена

Люблю Афины я, люблю бесспорно;

Но Еврисфея — раз он мне достался —

Не властен вырвать из людей никто.

Кто хочет, пусть меня и дерзкой кличет,

И преступившей женских чувств предел,

980 А месть свою я утолю всемерно.

Корифей

Питаешь гнев ужасный ты, жена,

На Еврисфея; знаю — и прощаю.

Тем временем Алкмена опять подошла к Еврисфею; тот смотрит на нее в упор.

Еврисфей

Не мни, жена, что в жизнелюбья страсти

До льстивых слов унижу я себя;

Нет, трусостью уже не согрешу я.

Вражду на сына твоего воздвиг

Я не по доброй воле; был я братом

Двоюродным тебе, и общность крови

Меня с твоим Гераклом единила.

Но все равно, хотел иль не хотел я —

990 Внушила Гера эту мне болезнь,

Она ж была богинею. И вот я

Врагом себя Гераклу объявил.

А раз вступив на путь вражды жестокой,

Я много мук ему изобретал

И, Ночь советчицей избрав, немало

Ткал замыслов, чтоб, свергнув супостата,

Остаток дней безоблачно провесть.

Ведь достоверно знал я, что твой сын —

Муж