В ожидании Годо - Сэмюэл Беккет

В. – Тебе надо было стать поэтом.

Э. – Я им был (показывая на свои лохмотья.) – Разве не видно?

Молчание.

В. – О чём я говорил… Как твоя нога?

Э. – Опухает.

В. – Ах да, вспомнил. Эта история с разбойниками, помнишь?

Э. – Нет.

В. – Хочешь, я тебе расскажу?

Э. – Нет.

В. – Это убьет время. (Пауза.) Два разбойника были распяты вместе со Спасителем. Их…

Э. – С кем?

В. – Со Спасителем. Два разбойника. Говорят, один из них был спасен, а второй… (он ищет слово, противоположное слову спасен.)…покаран.

Э. – Спасён от чего?

В. – От ада.

Э. – Я ухожу. (он не двигается)

В. – И все-таки… (Пауза.) Как вышло, что… Надеюсь, я тебе не надоедаю?

Э. – Я не слушаю.

В. – Как так вышло, что из четырёх евангелистов лишь один представляет факты таким образом? Ведь все они были там, все четверо – наконец, недалеко. И лишь один говорит о спасенном разбойнике. (Пауза.) Послушай, Гого, ты должен хоть немного поддерживать разговор.

Э. – Я слушаю.

В. – Один из четырёх. Из трёх остальных двое об этом даже не упоминают, а третий говорит, что они его обругали.

Э. – Кто?

В. – Что?

Э. – Ничего не понимаю… (Пауза.) Обругали кого?

В. – Спасителя.

Э. – За что?

В. – Потому что он не захотел их спасти.

Э. – От ада?

В. – Да нет же! От смерти.

Э. – Ну и?

В. – Ну и их обоих покарали.

Э. – Ну так что?

В. – Но другой говорит, что один был спасен.

Э. – Ну и что? Они просто не согласны друг с другом, и всё.

В. – Они все были там, все четверо. И лишь один говорит о спасенном разбойнике. Почему же верить ему, а не другим.

Э. – А кто ему верит?

В. – Все. Все только эту версию и знают.

Э. – Люди – дураки.

Он с трудом встает и, хромая, идет к левой кулисе, останавливается, смотрит вдаль, держа руку козырьком перед глазами, поворачивается, идет к правой кулисе, смотрит вдаль. Владимир следит за ним глазами, потом идет подобрать башмак, смотрит внутрь, внезапно отбрасывает.

В. – Тьфу! (Плюёт.)

Эстрагон возвращается к центру, глядя в глубь сцены.

Э. – Прелестное место. (Поворачивается, подходит к рампе, смотрит в сторону публики.) Живописный вид. (Поворачивается к Владимиру.) Пойдём.

В. – Мы не можем.

Э. – Почему?

В. – Мы ждём Годо.

Э. – Ах да. (Пауза.) Ты уверен, что это здесь?

В. – Что?

Э. – Нужно ждать.

В. – Он сказал, около дерева. (Они смотрят на дерево.) Ты видишь другие деревья?

Э. – Что это?

В. – Похоже на иву.

Э. – А где листья?

В. – Оно, наверное, засохло.

Э. – Не плачет больше.

В. – Возможно, не сезон.

Э. – Это скорее куст.

В. – Деревце.

Э. – Куст.

В. – Де… (меняется) Что ты хочешь этим сказать? Что мы ошиблись местом?

Э. – Он должен уже быть здесь.

В. – Он не сказал, что обязательно придет.

Э. – А если он не придет?

В. – Мы вернемся сюда завтра.

Э. – И послезавтра.

В. – Возможно.

Э. – И так далее.

В. – То есть…

Э. – Пока он не придет.

В. – Ты безжалостен.

Э. – Мы уже были здесь вчера.

В. – Нет уж, тут ты ошибаешься.

Э. – Тогда что мы делали вчера?

В. – Что мы вчера делали?

Э. – Да.

В. – Честное слово… (Разозлясь.) Ты все всегда ставишь под сомнение.

Э. – Мне кажется, что мы были здесь.

В. – (Оглядываясь вокруг себя.) Тебе знакомо это место?

Э. – Я этого не говорил.

В. – Тогда что?

Э. – Не в этом дело.

В. – И все же… Это дерево… (Поворачиваясь к публике.)…это болото.

Э. – А ты уверен, что сегодня вечером?

В. – Что?

Э. – Нужно было ждать.

В. – Он сказал, в субботу. (Пауза.) Кажется.

Э. – После работы.

В. – Я где-то это записал. (Он ищет в карманах, битком набитых всяческим мусором.)

Э. – В какую субботу? И суббота ли сегодня? А может быть, воскресенье. Или понедельник. Или пятница.

В. – (Нервно оглядываясь вокруг, как если бы дата была написана на земле.) Это невозможно.

Э. – Или четверг.

В. – Что же делать?

Э. – Если он все же приходил и не застал нас вчера вечером, так сегодня уж точно не придет.

В. – Но ты говоришь, что мы вчера здесь были.

Э. – Может, я ошибаюсь. (Пауза.) Давай помолчим немного, хочешь?

В. – (слабо) Давай. (Эстрагон снова садится. Владимир нервно ходит по сцене, иногда останавливается и внимательно смотрит на линию горизонта. Эстрагон засыпает. Владимир останавливается перед Эстрагоном.) Гого… (Тишина.) Гого… (Тишина.) Гого!