Чжуан-Цзы Бронислава Виногродского. Книга о знании и власти - Бронислав Виногродский

Дыров в ответ:

– Если взглянуть на все сточки зрения проведения различий, тогда печень и желчный пузырь в человеческом теле отличаются друг от друга так же, как царства Ясное и Превосходное. Но если глядишь на это с точки зрения установления тождества, тогда все множества предметов являются чем-то единым. Когда человек переходит на этот уровень видения, он уже не различает, что приходит в него через уши, а что через глаза. Он гуляет своим умом в пространствах, где созидается лад силы духа. Все предметы для него – это одно целое, он просто не видит, как исчезают отдельные части. Даже и потеря собственной ноги для него – как отпавший комочек земли.

Вечное Время сказал:

– Он постигает себя, познавая свое знание. Он с помощью собственного разума постигает суть своего разума. Так он обретает разум вечности. И разве может быть что-то более важное среди всего сущего?

Дыров ответил:

– Невозможно человеку увидеть свое отражение в бегущей воде, а в спокойной воде его ясно видно. Только успокоив движущиеся потоки, можно остановить волнение множественности, обретя в ней покой.

Среди сущностей, получивших судьбу от Земли, только сосна и кипарис проводят ее правильно, потому и зимой, и летом они сохраняют свою зелень.

Среди сущностей, обретших судьбу на Небе, только царь Смиренный проводил ее правильно, он умел благом направлять свою жизнь и тем самым управлял множеством живущих вокруг него существ.

Сохраняя и поддерживая в себе начальный посыл к движению вперед, обретаешь действительное бесстрашие. Храбрый воин не боится один пойти в расположение девяти полков. Способен ли на это воин, стремящийся обрести личную славу?

Ну а если Небо и Земля для тебя лишь часть ощущений, тогда ты станешь хранилищем для тысяч предметов. Направляешь области мира шестью костями, а образы мира – это уши и глаза. Познаёшь, создавая в себе единство познания. И разум такой никогда не сгинет. Сам выберешь благоприятный день, чтобы покинуть тело.

За таким люди толпами ходят. А чужие дела и предметы – разве будут они ему делом?

Усердный Ученик Блаженный – калека с отрубленной в наказание ногой – вместе с Наставником Производства из Мельничного царства пошел учиться к Хозяину Сумерек Бесчеловечному.

Раз Наставник Производства обратился к Усердному Ученику Блаженному с такими словами:

– Если я пойду первым на выход, то вы, господин, подождите немного на месте. А если вы желаете идти первым, тогда я задержусь.

На другой день они вместе были в каком-то доме за одним столом, и Наставник Производства так сказал Усердному Ученику Блаженному:

– Сейчас мне нужно уходить. Сможете ли вы немного задержаться здесь после меня? Ведь когда господин, общаясь с представителем власти, не выказывает надлежащего почтения, не значит ли это, что он занимает с ним равное положение во власти?

Усердный Ученик Блаженный отвечал:

– Ого, среди последователей нашего учителя есть, значит, человек столь высокого чина. Видать, господин, настолько вы рады своему высокому положению, что все остальные для вас находятся позади. Слышал я, люди говорят: «На ясное зеркало пыль не сядет». Если пыль оседает – значит, ясности нет. Если сам долго находишься рядом с ясностью – свои ошибки ясно увидишь. Вы, мой господин, получили от наставника величайшее знание, а продолжаете говорить такие слова. Нет ли в этом ошибки?

Наставник Производства ему в ответ:

– Вы бы, мой господин, на себя посмотрели. А ведь готовы в добродетелях спорить с царем Славным. Видно, у вас недостаточно силы духа, чтобы на себя ее правильно обратить.

Усердный Ученик Блаженный говорит:

– Многие могут поведать о своих ошибках, потому что ошибки из-за рассказа никуда не денутся. Мало кто способен промолчать о своих ошибках именно потому, что тогда они больше не повторятся.

Зная, что ничего не поделать, остаешься спокойным. Видя, что такова судьба, способен промолчать, когда обладаешь большой силой духа.

Вот так и гуляешь, зная, что находишься под прицелом у всегда бьющего без промаха величайшего стрелка Вознесенного. Оказываясь в центре событий, становишься самой легкой добычей для его стрелы. И коли стрела в тебя не попала – это и есть судьба.

Многих встречал я, сохранивших ноги, что смеялись надо мной, потому что я свои не сберег. Когда-то я на них гневался и сердился. Встретил потом учителя, и гнев мой исчез, так я вернулся к себе. Не знаю, добром ли остудил учитель мой гнев? Но только я с ним хожу уже девятнадцать лет и ни разу не почувствовал свою увечность.

Мы же, мой господин, с вами гуляем в областях, что расположены с внутренней стороны плоти и костей, а вы меня тащите за собой в область телесной внешности. Нет ли в этом ошибки?

Тут Наставник Производства, смутившись, поменялся в лице и пробормотал:

– Не стоит больше, мой господин, говорить об этом.

Жил в Простом царстве колченогий калека, прозванный Беспалым с Дядиной Горы. Однажды приковылял, чтобы повидать Дырова.

Дыров ему и говорит:

– Вы, мой господин, некогда проявили неосмотрительность, совершили ошибки и были за них наказаны. Вот вы пришли ко мне нынче, но разве что-то можно исправить?

Беспалый ответил:

– Я в былые времена не знал, как правильно стараться, необдуманно применял свою плоть, потому и утратил ногу. Сейчас я пришел к вам, учитель, и чувствую, будто моя дорогая нога сохранилась при мне. Буду стараться обрести целостность. Разве есть хоть что-то, не покрытое Небом, или что-то, что не несет Земля? Вы для меня, учитель, были подобны Земле и Небу. Каково же мне узнать, что учитель такой?

Дыров в ответ:

– Какой же я неотесанный человек. Почему бы наставнику в дом не войти? Расскажите мне, о чем наслышаны.