Душа акулы - Катя Брандис

– Совершенно верно. Приступайте, ребята!

Токо встал со стула и постепенно, рывок за рывком превратился в необычайно упитанного аллигатора. Тем временем Барри поднялся по пандусу к краю бассейна и там без происшествий обернулся серебристой хищной рыбой метра полтора длиной с пастью, полной острых как иголки зубов.

– Это барракуда, да? – впечатлившись, шепнул я Джасперу, и мой новый друг испуганно кивнул.

Потом настал черёд объекта обожания двоих парней.

– Ой, пожалуйста, не надо: после превращения от моего макияжа и укладки ничего не останется, – заныла она.

– У тебя три секунды, Элла, – сказал мистер Гарсия. – Три, два, один…

Что-то раздражённо пробормотав себе под нос, Элла начала превращаться. Две серёжки и несколько заколок со звоном посыпались на пол, и из-под стола наполовину высунулся тигровый питон толщиной с руку со светло- и тёмно-коричневым узором. Вокруг его пасти ещё виднелись следы губной помады, и змея вытерла их о ближайшую ученицу. Та взвизгнула.

– Ну что, довольны? – язвительно спросила Элла мистера Гарсию и, не дожидаясь ответа, кольцами свернулась на стуле.

– Да, смотрелось хорошо, – кивнул мистер Гарсия и обратился к сине-розово-бирюзовой рыбе-попугаю, которая деловито сновала в отсеке с морской водой. – А ты, Нокс? Не хочешь сегодня попробовать?

– Нет, спасибо, ноги мне не идут, – отказался Нокс.

Мистер Гарсия заглянул под валун на дне гигантского аквариума – оттуда торчало щупальце:

– Люси? Как насчёт превращения?

– С двумя руками я под валун не помещусь, – донеслось в ответ, и видимая часть Люси покраснела – должно быть, от негодования.

– Ну ладно. – Выпрямившись, учитель посмотрел на одну из девочек-дельфинов. – Так, Шари, попробуй-ка ты.

Светловолосая девочка медленно поднялась – с таким выражением лица, будто ей предстоит съесть тарелку брокколи. Так-так, это явно не её любимый предмет. Я был заинтригован.

Элегантным прыжком она нырнула в отсек с морской водой и некоторое время плавала на поверхности, погрузив лицо в воду. Мы видели сквозь стекло, как её волосы стелются по воде, словно шёлковое облако.

– Ну как, получается? – спросил мистер Гарсия.

Шари прижала ладонь к стеклу:

– Простите, но что-то ничего не происходит – сама не знаю почему!

– Мистер Гарсия, можно нам к ней в воду? Может, Шари поможет, если мы будем вместе, – попросила её темноволосая, хрупкая, но очень спортивная подруга.

Мальчик-дельфин с вызовом посмотрел на мистера Гарсию:

– Вы должны нам это разрешить – мы не можем бросить Шари в беде!

Учитель превращений вскинул брови:

– Я не должен вам ничего разрешать. Но я это сделаю. Давайте!

Вместе получилось лучше: вот уже у Шари появился серый хвостовой плавник, и целых десять секунд она выглядела как русалка. Но этот эффект был разрушен, когда немного погодя у неё появилась серая дельфинья голова с кучей белокурых локонов. Финни и кое-кто ещё прыснули.

– У тебя такой вид, будто ты собралась в парике на карнавал, – одобрительно заметил Нокс.

– Помалкивай, закуска, мне надо сосредоточиться! – оборвала его Шари.

Лишь когда двое других учеников-дельфинов без помех превратились, у Шари тоже наконец получилось. Шари была светло-серым дельфином, которого я видел в первый день выпрыгивающим из воды, а у её подруги Блю на боках были элегантные продольные полосы. Мальчик оказался тёмным дельфином поменьше с короткой тупой мордой.

– Молодец, Ной, в этот раз тебе очень быстро удалось превратиться, – похвалил его учитель, и мальчик-дельфин поблагодарил его прыжком и сальто, которое в таком маленьком бассейне сделать было явно нелегко.

– Задавака, – пробурчала Элла, девочка-питон.

– Ты так говоришь потому, что самой похвастаться нечем, – отозвался Ной и ударил хвостом по воде, обрызгав Эллу. Обиженная и мокрая, она висела на стуле.

– О-о-о, в этом обличье так хорошо – можно мы в нём останемся? – спросила Шари, растянув пасть в лукавой улыбке, и прижалась к Блю.

Мистер Гарсия кивнул и… повернулся ко мне.

Я застыл на стуле. Ясно, что сейчас последует. И действительно – он сказал:

– Так, теперь наш новенький. Тьяго, попробуешь?

Я поднялся и на дрожащих ногах стал подниматься по пандусу к отсеку с морской водой.

Зубастая пасть

Я прыгнул в воду и замолотил руками и ногами, гребя на месте, а мой пульс участился так, будто я удирал от Кинг-Конга.

– Как это делается? Эти превращения?

– Ляг спокойно на воду и расслабься! – посоветовал мистер Гарсия и открыл на водонепроницаемом планшете изображение тигровой акулы. – Теперь сосредоточься на картинке и попытайся узнать в ней себя.

Я уставился на рисунок. Акула была серой торпедой с широкой головой, тупым спинным плавником и тёмными поперечными полосами по всему телу. «Это я», – с восхищением подумал я под любо пытными взглядами множества пар глаз. Дельфины отплыли подальше в сторону моря и что-то друг другу свистели. Наверное, судачили, что плаваю я не элегантнее кухонного ножа. Или что-нибудь в этом роде. Сначала я ощутил сильное покалывание, а потом увидел, как мои руки превращаются в плавники. Я ещё никогда не чувствовал себя таким сильным. Взмахнув хвостом, я стремительно проплыл несколько метров вперёд и больно ударился мордой о стекло. По классу прокатился рокот, несколько человек отпрянули.

– Эй, полегче! – Мистер Гарсия был явно впечатлён. – У тебя прирождённый талант к превращениям, Тьяго! Ещё ни одному новичку это так быстро не удавалось.

– Серьёзно? – Я недоверчиво уставился на него. Я ещё ни разу в жизни не был в чём-то лучшим, не говоря уж о прирождённом таланте. Даже в рисовании – мне приходится часто пользоваться ластиком, пока меня не удовлетворит результат.

Поле моего зрения изменилось, и я почуял в воде тысячу вещей, о существовании которых раньше даже не подозревал. По колебаниям воды у своих боков я ощущал каждое движение дельфинов. Я бы и с закрытыми глазами мог сказать, что они здесь: один из моих новых органов чувств улавливал электрические импульсы их мускулов. Просто невероятно.

– Не шевелись минутку, – попросил учитель превращений и достал из ящика стола рулетку. Ему пришлось прикладывать её дважды, пока я спокойно лежал в воде. – Три с половиной метра – внушительно! Таким образом, ты официально признан вторым по величине зверем в этой школе.