Путешествие в полночь - Мила Нокс

Теодор поежился и переглянулся с Саидой – остальным было нечего бояться, ведь идти в пещеру предстояло им двоим.

– В Ищи-не-найдешь три реки. Древние называли их Стикс – это та черная река перед замком, – Лета, река забвения, и Ахерон, по которому сейчас плывем. Все три впадают в пещеру теней под башней Беллумгард. Там, в этой башне, находится Дверь в мир наверх.

Пещера теней похожа на обычную, но внутри вы почувствуете дыхание мертвых. Все, что вам нужно, это пройти до трех водопадов и позвать тень, а потом заставить ее узнать вас. И помните: если вы останетесь там чуть дольше, то, вдыхая пары Леты, забудете самих себя.

Итак, вам явится тень, и вы должны упросить ее пойти домой, хоть умерший и не захочет возвращаться. Когда будете уходить, что бы ни происходило – не оборачивайтесь! Мертвые не захотят отпустить вас. Вы почувствуете их присутствие – как они шагают следом, дышат вам в затылок. Вызванная тень, как и другие, будет следовать за вами, но не оборачивайтесь все равно, не то испортите все дело, а второй раз войти в пещеру уже не сможете.

– Ой! – воскликнула Сайда. – Я читала что-то такое в мифах. В гимназии.

– Да, – кивнул Путеводитель. – Именно так. Древние, участвовавшие в Макабре, спускались сюда. Есть письменные свидетельства.

Теодор не мог усидеть на месте. «Отец тут. Рядом».

– Давайте… давайте прямо сейчас, – заявил Теодор.

Йонва покачал головой:

– Тени дождутся тебя.

– А Беллумгард охраняется как Ноктумгард?

– Нет, зачем? Ноктумгард – тюрьма, потому ее сторожат. Остальной Черный Замок – зеркальное отражение Золотого. В нем хранится несметное количество вещей, но иных: темных и зловещих. Это склад гибельного оружия, которое Смерть успела выдумать за все войны в истории человечества… Еще есть залы, связанные с миром мертвых, зал памяти…

– Памяти? – переспросил Тео.

Он подумал о том, что происходит с его воспоминаниями в дни рождения.

– Да, там хранится память, которую Смерть отняла у людей. Память каждого человека заключена в отдельном предмете. Стоит, например, кубок, наполненный воспоминаниями, – выпьешь и вспомнишь. Или часы – послушаешь, как тикают, и память вернется. Да, в Черном Замке хранятся такие вещи…

Йонва оказался прав – дальше идти сил не было. Тео вырубился мгновенно, а когда открыл глаза, первым делом уставился на потолок: настоящие мраморные кружева! Каменные гирлянды мерцали, так что сперва показалось, Тео смотрит в окаменевшее небо. Но он сел и вспомнил, что сейчас глубоко под землей. Тео до смерти захотелось вдруг увидеть восход солнца…

«Осталось чуть-чуть. Скоро мы вернемся домой».

Остальные еще спали, но пробудилась Санда. Раду мирно сопел, и Тео подошел к девушке:

– Удачи сегодня.

Он попытался улыбнуться, и Санда ответила, правда, улыбка тут же потускнела.

– Пойду умоюсь, – буркнула она и спустилась к реке.

Какое-то время спустя зашевелился весь лагерь. За завтраком Раду осведомился:

– А Санда где? Только что ведь здесь была.

– Умыватына пошла небошь, – ответила жующая Шныряла.

Тео оглянулся. «Она ведь уже умывалась, куда пропала?» Он немного подождал, но затем не вытерпел.

– Ноги разомну, – бросил под нос и отправился якобы прогуляться, а на самом деле высматривать девушку.

В пещере оказался настоящий лабиринт: сталактитам навстречу вздымались целые заборы из сталагмитов. Некоторые походили на окаменевшие фигуры людей, и Теодор решил не думать о том, как они образовались. Вдруг сквозь далекий шум небольшого водопада ему почудился голос, и он навострил уши. Так и есть. Санда с кем-то разговаривала. Тео оглянулся на лагерь: вроде все на месте.

«Да что, черт возьми…»

Он не выдержал. Стараясь ступать тише, Тео завернул за большой столб, образованный сросшимися сталактитом и сталагмитом, затем прошел за другой. Голос прозвучал совсем близко. Глубокий и мужской. Теодор прижался к сталагмитовому «забору» и подобрался к самому его краю. Выглянув, он увидел на уступе, выдающемся над рекой, Санду, а рядом с ней, спиной к Тео, стоял облаченный в черное мужчина. Теодора будто кипятком ошпарило.

Санда застыла с открытым ртом, и Вангели по ее лицу понял, что за спиной кто-то есть. Он дернулся за оружием, но не успел: Тео в секунду оказался возле мэра и приставил к его боку острие ножа.

Вангели выдохнул сквозь стиснутые зубы и переступил с ноги на ногу, чтобы не соскользнуть с края уступа в реку.

– Не шевелись, – процедил Теодор. – Саида! Что, черт возьми, происходит?

Внутри его все кипело от ярости и непонимания. Вангели ничем не угрожал девушке – было видно, что она пришла сюда по своей воле. «Ты пришла к Вангели! Почему, Саида?» Тео пытался найти оправдание, но не мог: та, которой он доверял настолько, что рассказал о самой страшной своей тайне, скрывала нечто из ряда вон выходящее!

– Тео, послушай…

– Не будет он ничего слушать, – процедил Вангели.

– Замолчи! – зашипел Тео, надавив на нож, и из груди мэра вырвался тихий стон.

– Тео, прекрати! – Саида чуть не заплакала.

– Прекрати?! Это ты прекрати! Прекрати мне врать! Что происходит? Это ты украла четки Йонвы? Когда мы говорили с тобой на прошлой стоянке, у тебя было в руках что-то белое, я видел!

– Это… это всего лишь записка.

Девушка сунула руку в карман и вытащила клочок белой бумаги.

«Записка? От него – от Вангели?»

– Тео, пожалуйста! Не надо, я прошу тебя.

– Не надо?! Ты разговариваешь с нашим врагом, Саида! Ты в своем уме вообще?!

Внутри Теодора бушевала такая гроза, что он чувствовал, как лицо перекашивает от гнева. Ярость росла, затмевая глаза темнотой, Тео почувствовал приближение того, чего остановить не мог… и перестал быть собой.

Он поднимался со дна, быстро и стремительно – вверх, вверх! – и грудь разрывало чувство свободы. Он пронзал толщу воды – не серебристую, а серую – легко, словно был пузырьком воздуха.

Ярость звала его.

Через мгновение голова его вынырнула на поверхность.

Теодор отключился всего на несколько секунд, а когда он пришел в себя, почувствовал, как рука Александру Вангели тянется к поясу. Тео резко надавил на нож и почувствовал, как острие проходит сквозь слои одежды. Вангели вскрикнул, запрокинув голову, и Санда заверещала:

– Нет, нет! Тео, не нужно! Пожалуйста, ты же не можешь просто так убить челове…

Девушка прижала ладони ко рту.

– Он чудовище, – выдохнул Вангели. – Я говорил тебе. Тебе нельзя находиться с ними… и особенно с ним. Ты – другая, Санда. И Путеводитель…