Загадка школьного подвала - Анна Устинова

А если он еще до ухода Арсения прошмыгнул? — спросила Таня. — Дверь-то была открыта.

Была, — откликнулась сторожиха. — Да только я сидела во дворе на лавочке и курила. А то Арсений у нас табачного дыма не любит. Все ко мне пристает: «Бросай, Тимофеевна, курить». Так я и бросила! Дожидайся! Может, это у меня единственное удовольствие в жизни осталось.

Отрава не может быть удовольствием, — убежденно изрек Темыч.

Еще как может! — мигом вступила с ним в спор Моя Длина.

Значит, вы сидели на лавочке и курили, — вернул разговор в деловое русло Олег. — Но неужели вы ни разу никуда не отлучились?

Куда мне в мои годы отлучаться, — покачала головой Екатерина Тимофеевна. — Сидела, сидела…

Так холодно ведь, — сказал Женька.

А я потеплее оделась. Люблю на холодке покурить, — объяснила Екатерина Тимофеевна.

И в школу никто не приходил? — еще раз решила уточнить Таня.

— Ни единой души, — повторила Екатерина Тимофеевна. — А потом я, как Арсений ушел, заперлась и всю школу проверила. И в полночь снова с обходом прошлась.

И ничего подозрительного не заметили? — осведомился Олег.

Если бы заметила, то в канцелярии у нас кнопка есть, — сказала сторожиха.

Какая кнопка? — не поняли ребята.

— Экстренного вызова милиции, — ответил Пашков за Екатерину Тимофеевну. Подобные вещи ему всегда откуда-то были известны.

Молодец, парень, — похвалила сторожиха. — Эту кнопку только стоит нажать, и через десять минут уже приедут. Но в этот вечер она мне не требовалась. Все было тихо.

Затишье перед бурей, — многозначительно произнес Темыч.

— Чудеса в решете, — пожал плечами Олег. — Получается, что преступники появились неизвестно откуда.

Можно подумать, ты знаешь, куда они скрылись, — хохотнула Моя Длина.

И этого я не знаю, — развел руками Олег.

Гиблое дело, — проворчал Темыч. — Зря только время потратим и все равно ничего не найдем.

Ну, началось, — закатила глаза Катя. — Которое дело расследуем, и каждый раз Темочка обязательно говорит, что у нас ничего не получится.

Отстань, — насупился Темыч.

— Екатерина Тимофеевна, — скороговоркой произнес Олег. — А вы совсем ничего не запомнили? Ну, какими они были, эти преступники?

Ты что, глупый? — изучающе поглядела на него сторожиха. — У них ведь у всех троих были маски на рожах. Чего ж я могла запомнить?

Ну, может, руки или ноги, — ляпнул наобум Женька. — Они ведь тоже у всех разные.

На руках у них были перчатки, — без колебания сообщила Екатерина Тимофеевна. — А ноги… — она на секунду задумалась и добавила: — Ноги в ботинках.

А ботинки какие? — на всякий случай поинтересовался Олег. — Ну, там размер или еще что-нибудь.

Так ведь темно было, — ответила сторожиха. — Хотя нет, — спохватилась она. — Одни ботинки я хорошо разглядела. Как раз у того, который меня стерег. Когда он ко мне с ножом наклонился, луч фонаря упал на ботинок. Такой высокий, на шнуровке. Темный. То ли черного цвета, то ли темно-коричневого. А вот тут, сбоку, где косточка, — указала на внешнюю часть ноги Екатерина Тимофеевна, — у него бык выдавлен. А под быком что-то написано по-иностранному.

Бык? — оживились ребята.

А надпись в два слова или в одно? — спросил Олег.

Вот когда тебе нож к горлу приставят, я посмотрю, как ты будешь читать иностранные надписи на ботинках, — смерила его осуждающим взглядом сторожиха. — Не помню я, сколько там было слов.

А у остальных чего-нибудь интересного не заметили? — пришла Таня на помощь Олегу.

Остальные вообще в темноте ходили, — покачала головой сторожиха. — Где там чего заметишь.

Может, они друг к другу как-нибудь обращались? — пришло в голову Теме.

Обращались, — подтвердила женщина. — Но цифрам.

По цифрам? — разинули рты ребята.

Первый, второй и третий, — пояснила сторожиха.

Хорошо они все организовали, — даже с некоторым уважением произнесла Катя.

Значит, кроме ботинок, ничего, — охватило разочарование Олега.

Нет чего! — вдруг воскликнула сторожиха. — Этот, первый, который в ботинках с быком, меня охранял. А второй и третий призы к тележке привязывали. Про второго вообще ничего не скажу. Разве что он третьего постоянно шпынял. Видимо, нервы у него расшалились. Ну а третий сперва молча дело делал. А потом не выдержал и второму ответил. Вот тут я и услыхала, что он вроде как заикается.

Уже что-то, — подвел итог Олег. — Значит, один в ботинках с быком.

И еще рост у него высокий! — неожиданно добавила сторожиха.

«Так, так, — отметил про себя Олег. — Кажется, у нее начинает пробуждаться память. Попробую из нее еще что-нибудь вытянуть».

— А насколько высокого роста? — произнес он вслух.

Сторожиха, поднявшись со стула, подошла вплотную к Женьке.

— Ровно с него будет, — сказала она. — Мы когда к двери шли, я заметила, что аккурат ему до плеча достаю.

— А нога больше, чем у нашего Женечки? — решила выяснить Катя.

Сторожиха принялась сосредоточенно разглядывать огромный Женькин ботинок сорок шестого размера. Затем приставила к Женькиной ноге свою. И наконец сказала:

Нет, у преступника нога вроде бы поизящнее будет.

Значит, по крайней мере, меньше сорок шестого, — посмотрела Таня на Олега.

У того небось сорок третий, — прикинула Екатерина Тимофеевна.

Сорок третий у меня, — повернулся к ней Олег.

Сторожиха подошла к нему и проделала то же, что с Женькой.

Примерно так, — произведя измерения, сказала она.

Значит, высокий мужчина в ботинках сорок третьего размера с быком, — вмешался Женька. — Будем искать.

Вы его все время называли парнем, — вспомнилось Олегу. — Он что, молодой?

Молодой, — подтвердила Екатерина Тимофеевна. — Они все трое молодые. А самый молодой тот, который заикается. У него голос еще такой… Ну, как бы сказать… — с трудом подбирала нужные слова она. — Вроде почти мальчишеский.

А молодой, это как? — не отставал от сторожихи Олег.

Первому, думаю, лет двадцать, — довольно уверенно произнесла сторожиха. — Насчет второго затрудняюсь точно сказать. Но, наверное, они с первым ровесники. А третий, может, и вам приходится сверстником.

А кто командовал? — попытался зайти с другой стороны Олег.

Да они все мной командовали, паразиты, — сердито произнесла сторожиха.

Нет, не вами, — перебил Олег. — Я имею в виду, кто среди них был главный?