Пожиратель душ - Мишель Пейвер

— Обыщите его, — сказала Повелительница Змей. — Опал должен быть при нем.

Тиацци и Неф через голову стащили с Торака парку, потом безрукавку, стянули штаны, и вскоре он остался совсем голым. Он стоял перед ними на льду и дрожал.

А Повелитель Дубов, явно испытывая злорадное удовольствие, нарочно замедлял обыск: он медленно вытряхивал по очереди каждую рукавицу, каждый башмак, затем сломал пополам нож для резки снега, затем опустошил рожок с охрой, и драгоценную «кровь земли» тут же разнесло ветром по льду.

— Его тут нет! — удивленно сказала Неф.

— Он его просто где-то спрятал, — заявила Сешру. Подойдя ближе, она внимательно всмотрелась в лицо Торака; ее остренький язычок так и мелькал между губами, то и дело их облизывая. — Видите, у него татуировка племени Волка: «Волк жив»… Кто же ты такой?

— Я же сказал, — заикаясь, пробормотал Торак, — что никакого опала у меня нет!

Неф вдруг наклонилась, подняла отцовский нож и, не глядя на Торака, велела:

— Одевайся!

Неловкими закоченевшими пальцами он натянул на себя одежду и стал собирать то, что уцелело из его снаряжения. Трутница была пуста, из материнского рожка с охрой вылетела затычка; зато на самом дне своего мешочка с лекарственными травами Торак обнаружил кусочек того черного корня, которым его «угощали» в пещере Пожиратели Душ. Он незаметно сунул корень в рукавицу и сжал в кулаке. Он и сам не знал, зачем это сделал, но чувствовал: этот корень ему еще понадобится.

И как раз вовремя. Тиацци, перехватив его запястья, завел ему руки за спину и стянул их куском веревки, сплетенной из сыромятной кожи. Стянул очень туго, с явной жестокостью. Торак даже вскрикнул от боли. Но Тиацци только рассмеялся в ответ. Торак успел заметить, как вздрогнула при этом Неф, однако она не сделала ни шагу и ни во что не стала вмешиваться.

Левая рука Тиацци была обмотана куском окровавленной оленьей шкуры; приглядевшись, Торак понял, что на руке у него не хватает двух пальцев. «Вот и отлично, — мстительно подумал он, — Волк все-таки не оставил его совсем безнаказанным!»

— Где ты это взял? — вдруг тихо и каким-то странным тоном спросила у него Неф. Она подошла совсем близко и застыла, не сводя глаз с отцовского ножа, который держала в руках.

Торак гордо вскинул голову и заявил:

— Это нож моего отца!

Пожиратели Душ вдруг разом притихли. Даже филин на своем ледяном утесе, склонив голову набок, уставился на нож.

— Твоего… отца? — изумленно промолвила Неф, она явно была потрясена до глубины души. — Он что же… был колдуном племени Волка?

— Да, — сказал Торак. — И тем самым человеком, который спас тебе жизнь!

— Тем самым человеком, который нас предал! — злобно рявкнул Тиацци и сплюнул на снег.

Торак с откровенной ненавистью посмотрел на него и отчетливо произнес:

— Тем самым человеком, который понял наконец, что вы собой представляете! Тем самым человеком, которого вы зверски убили!

— Так ты его сын!? — прошептала Неф, хмуря лоб. — А как… как твое имя?

— Торак.

— Торак, — повторила Неф, стараясь заглянуть ему в глаза. Она явно впервые видела в нем не просто «мальчика», не просто «девятого Охотника», необходимого для великого жертвоприношения, а именно его, Торака — сына знаменитого колдуна из племени Волка.

— Значит, «Волк жив»? — заговорила Повелительница Змей. И губы ее изогнулись в кривой усмешке. — Так вот что означали эти слова. Какое страшное разочарование!

Тиацци, явно не слишком прислушивавшийся к этой странной беседе, окончательно потерял терпение. Метнувшись мимо Сешру, он схватил Торака за волосы, запрокинул назад его голову и приставил к горлу нож.

— Говори, куда ты спрятал огненный опал, или я раскрою тебе глотку!

И Торак, глядя в его зеленые бешеные глаза, понял, что Тиацци действительно это сделает. Выход нашелся быстро.

— Опал у той девчонки, — задыхаясь, выпалил Торак. — Она обладает блуждающей душой.

— Какой еще девчонки? — оскалился Тиацци.

— И у нее блуждающая душа? — хрипло спросила Неф.

Торак метнул взгляд в сторону Сешру.

— Она знает, — сказал он. — Она все знает! Просто вам ничего не говорила!

Тиацци и Неф дружно уставились на Повелительницу Змей.

— Ты знала? — обвиняющим тоном спросил Тиацци и с такой силой отшвырнул от себя Торака, что тот упал на колени.

— Он все выдумывает! — сказала Сешру. — Вы что, не видите? Он же пытается натравить нас друг на друга!

— Я говорю правду! — выкрикнул Торак и, обернувшись к Неф и Тиацци, прибавил: — Вы же и сами должны были знать, что со мной в пещере была девчонка! Вы же должны были заметить ее следы!

Да, они видели следы Ренн. Он понял это по их лицам.

А Неф спросила у Сешру:

— Помнишь, ты говорила, что вроде бы ощущаешь поблизости чьи-то души? Но ты нам так и не сказала, кто это был.

— Она все знала! — снова крикнул Торак. — Она чуяла блуждающую душу! Она чувствовала, что души той девчонки свободно разгуливают среди жертвенных животных.

План у него уже почти созрел. Отчаянный, смертельно опасный план — возможно, гибельный и для него, и для Ренн. Но ничего другого он придумать не мог.

И он еще раз громко повторил:

— Говорю вам, эта девчонка обладает блуждающей душой. И огненный опал тоже у нее.

— Тогда веди нас к ней! — воскликнула Неф.

— Это обман! — зашипела Сешру. — Он пытается нас провести!

— Да что он может нам сделать? — прорычал Тиацци.

— Если вы оставите мне жизнь, — сказал Торак, — я отведу вас туда, где она прячет огненный опал. Клянусь всеми своими тремя душами!

Сешру молнией скользнула к нему, почти вплотную приблизив свое лицо к его лицу. Дыхание Повелительницы Змей обжигало ему кожу. Он чувствовал, что тонет в ее бездонных глазах.

Сешру медленно стряхнула с руки рукавицу и подняла руку.

Торак вздрогнул.

Ее прекрасные губы изогнулись в дьявольской усмешке. И она ледяными пальцами стерла знак руки у него со лба.

— Он тебе больше не понадобится, — прошептала Сешру. И длинным указательным пальцем погладила его по щеке: нежно, но все же давая почувствовать, какой острый у нее ноготь. — Твой отец пытался нас обмануть, — еле слышно прибавила она, — и мы его убили. — Она наклонилась еще ближе к Тораку и шепнула ему в самое ухо: — А уж если ты меня проведешь, я сделаю так, что ты никогда не сможешь от меня отделаться.

Торак судорожно сглотнул и повторил:

— Я отведу вас к огненному опалу. Клянусь.