Последний хранитель - Йон Колфер

Скользя по дорожке, маленький глайдер потерял свои крылья, затем перевернулся на крышу и остановился прямо перед ступенями подъезда.

— Могло быть хуже, — сказала Холли, щелкая пряжкой своего пристежного ремня.

«В самом деле», — подумал Артемис, косясь на поцарапанный кончик своего носа.

И тут что-то похожее на гигантский разъяренный персик скользнуло по левой стороне того, что было лобовым стеклом, пролетело дальше и ткнулось в нижнюю ступеньку.

«Мулч. Он сделал это. Отлично», — подумал Артемис.

Мулч буквально пополз вверх по крыльцу дома, отчаянно мечтая съесть хоть что-нибудь, чтобы восполнить то, что потерял, сбрасывая балласт.

— Вы можете поверить, что супермодели проделывают с собой такое каждый месяц? — простонал он.

Артемис открыл бипером дверь, и гном исчез внутри дома, рванув знакомой дорогой через холл прямо на кухню.

Мулч скрылся, поэтому Артемису и Холли пришлось волочить Батлера по ступенькам вдвоем — в бессознательном состоянии его тело было тяжелым, как наковальня. Они дотащили Батлера до третьей ступеньки, когда необычайно смелый красногрудый снегирь спикировал Батлеру на лицо и сел, положив, как на жердочку, свои лапки на переносицу телохранителя. Это само по себе было весьма удивительно, но прикрепленная к клювику птицы записка сделала появление снегиря еще более зловещим.

Артемис отпустил руку Батлера.

— Быстро она среагировала, — сказал он. — Опал зря времени не теряет.

Холли отлепила записочку от клюва снегиря.

— Думаешь, это она?

— Да. Можешь даже не тратить времени на чтение, Холли. Слова Опал не стоят бумаги, на которой они написаны. И хочу заметить, что это дешевая бумага.

Разумеется, записку Холли развернула, и теперь ее щеки все сильнее краснели с каждым прочитанным словом.

— Опал требует, чтобы наша компания доставила ей удовольствие своим присутствием при великой зачистке. Если мы явимся — только ты и я — она обещает оставить в живых твоих братьев. А также готова помиловать даже Фоули, когда объявит себя императрицей.

Холли скатала записку и воткнула ее в перья на голове снегиря.

— Лети и передай Опал, что ее просьба отклонена.

Птичка агрессивно просвистела и угрожающе захлопала крыльями.

— Хочешь сразиться со мной, берсеркер? — спросила Холли у маленькой птички. — Что ж, хотя я только что выбралась из авиакатастрофы, у меня хватит сил, чтобы выщипать тебе хвост.

Снегирь взлетел, насмешливо что-то прочирикал и улетел к своей хозяйке.

— Тебе медведь на уши наступил, гаденыш! — крикнула ему вслед Холли, позволив себе непрофессиональный выплеск эмоций, после чего почувствовала себя намного лучше. Когда птица исчезла за кронами деревьев, Холли вернулась к своим обязанностям.

— Нам нужно торопиться, — сказала она, подхватывая Батлера под руку. — Это уловка. Опал посадила нам на хвост гораздо больше берсерков, чем мы думаем. За нами могут наблюдать… черви, например. Причем прямо сейчас.

— Нет, — не согласился Артемис. — Сейчас для нее самое важное — Врата. Она не станет рисковать новыми бойцами, чтобы выслеживать нас. Но поторапливаться нам необходимо, это верно. Заря на пороге, и у нас осталось времени всего на одну атаку.

— Так, значит, наплюем на эту писульку?

— Конечно. Опал пытается играть на наших чувствах для собственного удовольствия. И больше ничего. Она пытается утвердить свое моральное превосходство.

Ступени были покрыты кристалликами первого осеннего льда, мерцавшими в лунном свете, как красиво снятый в кино иней. Наконец Артемису и Холли удалось перекатить Батлера через порог и положить на ковер, на котором они проволокли тяжелого телохранителя под лестницу, где для удобства подложили ему под голову несколько подушек, которые Ангелина Фаул любила раскладывать по всем креслам.

Холли выпрямилась и с хрустом разогнула спину.

— ОК. Смерть мы еще раз надули. Что теперь, умник?

Слова Холли звучали легко и игриво, но ее глаза оставались расширенными, и в их глубине читалось отчаяние. Они очутились так близко к краю немыслимой катастрофы, что, казалось, человечество не спасти даже Артемису с его умением в последний момент вынимать волшебных кроликов из своей шляпы.

— Мне нужно подумать, — просто сказал Артемис, быстро поднимаясь вверх по лестнице. — Найди себе что-нибудь поесть и, если сможешь, вздремни немного. Это займет как минимум девяносто минут.

Холли пошла следом за Артемисом, приноравливая свои шаги к большим человеческим ступенькам.

— Погоди! Погоди минутку! — воскликнула она и обогнала Артемиса на одну ступеньку, чтобы оказаться вровень с ним. — Я знаю тебя, Артемис. Ты любишь держать свои карты прижатыми к груди, пока не придет время открыть их. И это срабатывало — раньше. Сейчас ситуация другая, и ты должен ввести меня в курс дела. Я смогу помочь. Итак, скажи правду, у тебя есть план?

И тогда, глядя прямо в глаза своей лучшей подруге, Артемис солгал ей.

— Нет, — произнес он. — У меня нет плана.