Следы во времени - Елена Соколова

Павел понял, что именно Екатерина Михайловна там, в своей бедной квартирке, имела в виду, напомнив ему о его сердце.

– Столько лет кропотливого труда, – вздохнул Павел, – и какое, вообще, ее дело, живой я или мертвый? А ведь Христос пришел к тем, для которых эта человеческая игра в прятки была тяжким бременем. Когда человек находит покой? Когда понимает, что не нужно скрываться и приукрашивать себя, что тебя любят таким, какой ты есть. Вот оно что! Христос – Спаситель! Боже мой, спасение этого самого «я» – и есть цель. Я, принимая протянутую Им руку, имею право быть самим собой и не прикрываться добрыми делами, ответственностью, благородством и щедростью. Мое «я» такое, какое есть, имеет ценность. За это умер Христос, а не за мои декорации, изображающие порядочность. Я могу быть спокоен. Но каким неудобным я становлюсь для тех, кто не вышел из игры и выходить не собирается?!

Павел лег. Ему было очень спокойно. Незаметно Павел уснул и проснулся от настойчивого звонка в дверь.

На лестничной площадке стоял Саша:

– Ты что? Почему к телефону не подходишь? Мы испугались, не случилось ли чего? Ты с бодуна? Паша! Если босс узнает, тебе мало не покажется!

Павел быстро умылся и, выпив кофе, помчался к машине. За полчаса он доехал до работы и в коридоре встретил секретаршу босса Марину. Она ядовито улыбнулась:

– Какой вы пунктуальный! Ровно в 11:30! А пили вчера или сегодня? Я думаю, Борис Глебович обрадуется, когда я ему скажу, что встретила вас.

– Вам, Марина Станиславовна, нужно оклад повысить. Вы делаете больше, чем положено по штату, – ответил Павел.

Марина, тряхнув головой, спросила:

– И что же я такое делаю?

– Думаете, – сказал Павел и прошел в свой кабинет.

Там уже суетился Миша.

Увидев Павла Николаевича, он смущенно сказал:

– Здравствуйте, извините, что я тут без вас…

Павел не дал ему договорить:

– Да, ладно, сам виноват.

Павел включил компьютер, повесил на спинку кресла пиджак. На столе лежали новые договоры.

Несмотря на беспокойную ночь, работалось легко. Новые соглашения несли новую прибыль, а значит, он не зря занимал свою должность.

В это время Борис Глебович просматривал поступившую почту и документы, которые нужно было подписать.

Марина в приемной подшивала в папку бумаги.

Вошла главный бухгалтер с расчетными листками для шефа, добавив:

– Это не к спеху.

Марина, схватив листки, вскочила, зашла в кабинет Бориса Глебовича:

– Татьяна Константиновна просила отдать вам, – она помялась и, устало вздохнув, добавила: – Мне кажется, что я не справляюсь со своими обязанностями, Борис Глебович. Меня, порой, обескураживает собственная нерасторопность.

– С чего такая самокритика? – удивился Борис Глебович.

– Да вот, так получается. Я прихожу к девяти утра и с трудом все успеваю, а некоторые приходят к половине двенадцатого, и вполне справляются.

– Это кто ж такой талантливый?

– Да управляющий наш, Павел Николаевич.

Борис Глебович нахмурился:

– Заварите мне кофейку и попросите Павла Николаевича зайти.

Марина вышла, набрала номер управляющего.

– Слушаю, – сказал Павел.

– Павел Николаевич, вас просит к себе Борис Глебович, – ангельским голоском сказала секретарша.

Павел надел пиджак и поднялся на четвертый этаж. Он прошел через приемную и постучался в кабинет Бориса Глебовича.

– Входи!

Павел вошел.

– Вы, Павел Николаевич, хорошо себя чувствуете?

– Да. А в чем дело? – спросил Павел.

– Вот именно, в чем?

– У меня все в порядке.

Борис Глебович поднялся с кресла:

– Между прочим, вы ответственную должность занимаете! Во сколько вы пришли сегодня на работу?

Павел поморщился, поняв, в чем дело, но спокойно ответил:

– В одиннадцать тридцать.

– И что же случилось? Пробки на дорогах?

– Нет, – ответил Павел.

– Авария? Потоп? Извержение вулкана? На целых пятнадцать минут опоздали!

Павел сказал:

– Борис Глебович, этого не повторится.

В кабинет заглянула Марина:

– Борис Глебович, скоро совещание, вы кофе выпить не успеете. Вам принести сейчас?

– Да, Марина, принеси, пожалуйста.

Когда дверь за Мариной закрылась, Павел сказал:

– У вас очень исполнительный секретарь.

– Хоть в этом мне повезло, – сказал Борис Глебович, – можешь идти.

Павел вышел из кабинета и, проходя мимо стола Марины, услышал:

– Павел Николаевич, я счастлива, что работаю с вами.

– Наши чувства, Марина Станиславовна, взаимны, – четко выговорил Павел.

Он вернулся в кабинет. Возня с аквариумом немного развеяла мрачное настроение.

Миша выложил дно аквариума галькой, залил воду, посадил растения.

Только через неделю в аквариум были запущены рыбки. Сотрудники весь день бегали в кабинет Павла, чтобы увидеть чудо: рыбок в красивом аквариуме.

– И почему рыбки так успокаивают? – почему-то шепотом спросила Татьяна Константиновна.

– Они все время в воде… – так же вполголоса ответил Павел.

Пришла взглянуть на рыбок и Марина.

Вернувшись в приемную и заварив кофе, Марина постучалась в кабинет шефа и, приоткрыв дверь, спросила:

– Чашечку кофе?

Шеф кивнул.

Принеся кофе боссу, Марина закатила глазки и сказала:

– Я просто в шоке от восторга!

– Отчего же такой восторг? – поинтересовался босс.

– Не могу прийти в себя от шикарного аквариума, который вы распорядились установить в кабинете Павла Николаевича.

– Какой аквариум?

– Шикарный! Весь офис не работает, бегает рыбок смотреть.

В конце рабочего дня Борис Глебович решил пройтись по рабочим местам сотрудников. Зашел он и к Павлу Николаевичу.

– Что это? – спросил он, глядя на рыбок.

– Аквариум, – ответил Павел Николаевич.

– Вижу, что не факс. Вы забыли, что над вами начальство есть?

– Борис Глебович, аквариум – это не собачья будка. Я думаю, особого распоряжения не требуется.

– Вы учить меня будете? Вы мне будете объяснять, на что требуется разрешение, а на что нет?