Душа акулы - Катя Брандис

Мы немного помолчали.

– Так что? – спросил я наконец. – Дождусь я ответа на свой вопрос? Как тебе в нашей школе?

Караг вздохнул, превратил лапы обратно в руки и обхватил ими колени:

– Честно? Я ненавижу болота, терпеть не могу змей и скучаю по своей подруге. Её зовут Тикаани. Она оборотень-волк.

– Что, правда?! Волчица?!

– Да. Мы договорились каждый день в определённое время смотреть на луну и думать друг о друге. Но вчера я этого не сделал из-за этой проклятой грозы. Совиный помёт! – Он посмотрел на месяц, висящий высоко в небе, и коснулся серебряного кулона в виде следа лапы, который носил на шее.

У него есть подруга! Я тут же успокоился. Может, он вовсе и не заигрывал с Шари, а просто мило с ней беседовал. Во всяком случае, он мне не соперник. Надеюсь, он не почувствовал мои ревнивые мысли! Было бы страшно неловко.

– Кстати, спасибо, что сказал Элле насчёт этого акульего ожерелья, – сказал я.

– Не за что. Спасибо, что защитил нас от этого зубастого зверья.

– Да ладно, просто так получилось, – ответил я, и мы оба рассмеялись.

В общем-то, этот мальчик-пума ничего.

– Как тебе было в обычной школе? Ты ведь рос среди людей, да? – спросил Караг.

Я всего полторы недели не был в той школе, но уже знал, что ни за что не хочу вернуться за проволочный забор к этим равнодушным учителям и скучающим детям.

– Довольно паршиво. Тебе знакомо чувство, что тебя никто не замечает? Что на тебя обращают внимание, только когда ты нарушаешь какие-нибудь дурацкие правила?

– Конечно, знакомо, – кивнул Караг. – Хотя у меня скорее было так: я изо всех сил старался всё делать правильно, что оказалось ошибкой – думаю, поэтому остальные меня и не принимали.

– Думаешь? – задумчиво произнёс я. – Значит, если бы ты ни под кого не подстраивался, тебя бы уважали?

– Может быть, – отозвался Караг. – Я пробыл там слишком недолго, чтобы это проверить. А в школе «Кристалл» мне поначалу пришлось учиться быть собой.

– Опасным зверем… Как и я, – констатировал я.

– Для некоторых это стало большой проблемой – особенно для одной девочки-вапити.

– Она потом к тебе привыкла?

– Да, со временем, но не до конца, – ответил он. – Долгая история.

Как же мы похожи! Ни за что бы не подумал.

– Думаю, если бы у меня был выбор, я предпочёл бы родиться пумой: они больше подходят для разных нежностей, чем акулы, – сказал я, и Караг засмеялся:

– В дикой природе вапити не захочет нежничать с пумой, уж можешь мне поверить. – Он посмотрел на меня сбоку. – Ты хотел бы быть дельфином, верно? – Мне стало страшно неловко, что он это заметил. Но не успел я даже кивнуть, он продолжил: – Но ты ведь совсем не такой. Тогда бы это был уже не ты, а кто-то другой.

– Может быть, – согласился я, размышляя, так ли уж плохо было бы быть кем-то другим. Тут мне на руку сел огромный москит, и я временно сменил тему. – Завтра можно отправляться обратно. Прощайте, болото и мангровы! Мы выполнили задание – выяснили, кто позвал на помощь, и спасли его. Жаль, конечно, что телефон потерялся – можно было бы сообщить об этом Джеку Кристаллу!

– Он будет доволен – по крайней мере, тобой, Шари и Эллой, – сказал Караг и вздохнул. – Но только не мной. Моя задача – установить контакт с флоридскими пантерами, а Ноэми хоть и пантера, но не того вида.

Я притворно скривился:

– Только ей этого не говори – а то она тебя исцарапает!

Хотя Караг и пытался говорить спокойно, я заметил, что он расстроен.

– Но ничего не поделаешь. Вы можете возвращаться – я вас потом догоню. Я здесь уже немного освоился, дорогу к школе как-нибудь отыщу. Я хорошо ориентируюсь на местности.

– Даже не думай! Или пойдём все, или никто, – не раздумывая, сказал я. – Мы уж как-нибудь…

Мы вздрогнули, услышав позади шипение. Ноэми бесшумно подкралась к нам и притаилась у нас за спиной. Я ощущал затылком её горячее дыхание.

– Собрались уходить? Я всё слышала! Значит, тоже решили меня бросить. Тогда уж я лучше сбегу. – И она повернулась.

Этого ещё не хватало!