Зеленая магия - Лене Каабербол

Какой бы свитер надеть: лавандово-синий или мятно-зеленый? Я примерила один, потом второй, покрутилась перед зеркалом… Зеленый хорошо смотрелся с юбкой, а лавандовый лучше на мне сидел. Хмм, трудный выбор. Мне вовсе не хотелось приехать в Ледихолд с видом человека, который ничегошеньки не смыслит в моде. А может, вся проблема в юбке? Носят ли еще макси или уже нет?.. Вообще-то я обычно знала такие вещи. По крайней мере, я всегда была в полной уверенности, что знаю о модных тенденциях больше всех и Шеффилдской школе. Но здесь совсем другое дело: я буду общаться с людьми, которые не просто следуют моде, а сами ее создают…

— Корнелия! Пришла Хай Лин, — крикнул мне папа. — Кстати, разве мистер Джонс не просил, чтобы ты была готова к девяти?

Зеленый или синий? Синий или зеленый?

— Сейчас, одну минуточку! — отозвалась я. Потом стянула светло-зеленую юбку и синий свитер и надела длинное розовое платье, а поверх него жакет на полтона темнее. Так лучше? Я не знала. Я правда не знала… Ну, во всяком случае, этот наряд лучше сочетался с тенями под глазами, появившимися после того, как я всю ночь без сна проворочалась в постели…

— Корнелия!!!

— Уже иду!

Хай Лин ждала меня в гостиной. На ней были полосатые гетры, мини-юбка, а на макушке красовались огромные защитные очки, какие носят летчики. Я почувствовала укол зависти. Хай Лин не нужно было читать всякие женские журналы типа «Модного обозрения», чтобы узнать, что сейчас носят. У нее был свой собственный стиль, который всегда производил сногсшибательное впечатление.

— Я нормально выгляжу? — нервно передернув плечами, спросила я.

— Прекрасно, — ответил папа. — Красива, как картинка…

Ох, если бы он хоть что-то в этом понимал. Но это же мой папа…

— Хай Лин, а ты как считаешь?

— Ты смотришься круто, — сказала Хай Лин и мило улыбнулась.

Но может быть, она так сказала только потому, что мы подруги?.. Ну, это что-то вроде того, когда вам неудобно намекнуть приятелю, что ему пора постирать носки…

В комнату, чавкая булкой с черникой, влетела Лилиан. Увидев меня, она встала как вкопанная.

— Ты розовая, — сказала она. — Ты вся совсем розовая!

О нет! Слишком много розового? Может, я должна надеть…

И тут я наконец взяла себя в руки. Да что это со мной такое? Как я могла пасть так низко, чтобы прислушиваться к мнению своей младшей сестры?!

— Корнелия, иди завтракать, — позвала меня мама с кухни.

Я взглянула на часы: У меня нет времени.

— Нет, время найдется! Ты же знаешь, завтрак — это очень важно…

— Честно, мам, я уже опаздываю! — Папа собирался подбросить нас в Ледихолд по дороге на работу. — Я только глотну апельсинового сока.

— Можешь доесть мою булочку! — заявила Лилиан, вытаскивая булку изо рта и протягивая мне. И, конечно, я в нее вляпалась!

Я в ужасе уставилась на черно-синее пятно, расплывавшееся на розовой ткани платья.

Лилиан, мерзкая малявка! Смотри, что ты наделала!

Ты похожа на собаку миссис Джильберто, — хихикнула она. — Ну, ты видела этого пса, его зовут Пятныш. Он точно как ты, только не розовый.

Кажется, до нее даже не доходило, какую ужасную вещь она сотворила! Я совершенно потеряла терпение:

— Что ты за свинья такая?! Разве так уж трудно есть свой завтрак за столом, а не скакать с грязными лапами по всей квартире?! Ты мне платье испортила!

— Я не свинья!

— Ох, да неужели? Ты нарочно надо мной издеваешься?

Нижняя губа Лилиан задрожала. Она что, собиралась заплакать? Обычно она почти не обращает внимания на те обидные словечки, которыми я ее обзываю. Но, пожалуй, сегодня я говорила резче, чем всегда.

— Глупая Корнелия! — выкрикнула Лилиан, и слезы градом покатились по ее щекам. — Глупая Корнелия со своими дурацкими платьями и фотографиями! — она развернулась и побежала прочь. Секундой позже я услышала, как хлопнула дверь ее комнаты.

Мама вошла в гостиную со стаканом апельсинового сока.

— Корнелия! Что ты ей сказала?

— Ничего особенного, — пробормотала я с пристыженным видом. — Ты лучше полюбуйся, во что она превратила мое платье!

Вид у мамы был такой, будто она хотела бы прочитать мне и Лилиан целую лекцию о правильном поведении детей, но она сдержалась и только вздохнула.