Шляпники - Тамзин Мерчант

– Придётся тут вылезать, – прошептал Сэм, взбираясь на подоконник.

Он протянул Корделии руку. Корделия влезла с ним рядом и почувствовала, как кувыркнулся её желудок. До земли было ужасно далеко.

Зато чуть ниже окна стояла каменная статуя Творца. Дети были как раз над главными дверями.

– Прост делай как я, – прошептал Сэм. – Всё будет нормально.

Корделия попыталась кивнуть, но вышло только нервно дёрнуть головой. От тошнотворной смеси сгустившегося воздуха и внезапной высоты под ногами голова закружилась.

Сэм свесил ноги вниз и пошарил одной в воздухе, ища опоры. Носком он мазнул по каменному перу на шляпе статуи.

– Так, – пробормотал он. – Далековато. Придётся прыгать.

– Что? – Корделия сглотнула, но Сэм уже скакнул…

…и обхватил статую за плечи, как живой плащ.

Он соскользнул вниз на узенький каменный уступ и поднял лицо к Корделии.

– Давай! – донёсся снизу его голос.

Корделия мысленно прокляла свои юбки, тяжело трепыхавшиеся вокруг ног, и свесилась вниз, чтобы взглянуть в бездну. Чем дольше девочка таращилась на статую, тем сильнее, казалось, та отдалялась.

– Не думай – прост прыгай!

Руки стали скользкими от пота, во рту пересохло, а в животе словно возник клубок Угрерослей.

– Ты сможешь, Кор! – Голос Сэма протянулся к ней красной нитью отваги.

Корделия собрала все свои внутренности, и сердце, и мускулы в тугой клубок – и всё остальное, из чего она была сотворена, тоже: храбрость, и воображение, и свободу в голове, и ум, и искру магии… и прыгнула!

– Уф! – От столкновения со статуей из неё вышибло весь воздух, но ей удалось зацепиться.

– У тя получилось! – радостно прошептал Сэм.

Двери Гилдхолла, всего в нескольких дюймах у них под ногами, открылись. Дети застыли.

На ступеньках появился незнакомец в плаще, и Корделия почувствовала, как ночь всколыхнулась вокруг. Вместе с ним из дверей омерзительной волной выплеснулась гнилостная вонь. Корделия вдохнула крошечный глоток воздуха и от его смрадного вкуса – как рвота и кислое молоко – её затошнило.

Если мужчина сейчас поднимет голову, он увидит, как она прижимается в странном объятии к каменному Творцу, а Сэм за её спиной липнет к стене, отчаянно вцепляясь в неё одними кончиками пальцев.

Корделия соскользнула вниз на дюйм, и Сэм тихонечко заскулил. Они оказались в западне прямо на фасаде здания. Корделия впилась в холодную каменную статую, беспомощно болтая ногами.

Она чувствовала, что надежда покидает её сердце, так же отчётливо, как чувствовала, что силы покидают мышцы. Незнакомец медленно повернул голову. Он вот-вот заметит их – и будет ждать, пока они упадут, как подстреленные птицы, на землю, а потом утащит их в Тауэр.

– Говорю тебе, Арчи, за карточным столом ты просто мастер. Я ужасно тобой горжусь! – зазвенел на мрачной аллее голос – ярче самого лунного света.

– Что ж, лорд Банкл просто умолял, чтобы его ободрали как липку, – отозвался второй голос. – И я был только рад помочь ему в этом!

Из тёмной пасти переулка возникли, хохоча, двое юношей.

Корделия узнала их, хоть в глаза ей и стекал холодный пот. Это были Арчибальд и Фердинанд, парнишки, которые едва не устроили дуэль на площади Беркли.

Они замерли как вкопанные, увидев открывшуюся перед ними картину: зловещий незнакомец в чёрном плаще и двое перепуганных детей, цепляющихся за здание прямо у него над головой.

«Помогите! – одними губами произнесла Корделия. – Помогите!»

Оба юноши мгновенно бросились действовать.

– Добрый сэр! – воскликнул Фердинанд, подходя к незнакомцу так, чтобы он повернулся к детям спиной. – Мы совсем заплутали в этом лабиринте переулков! Не подскажете ли нам, как добраться до… ам… Саргассовой Кондитерской?

– О да! – вторил ему Арчибальд, тоже подскакивая к незнакомцу. – Мы безнадёжно потерялись. И мы страсть как хотим испить чашечку горячего шоколада миссис Бури.

Мгновение незнакомец никак не реагировал. Юноши застыли, неуверенно улыбаясь ему. Затем из глубин чёрного плаща появилась рука и указала назад, туда, откуда они пришли.

Юноши захохотали и похлопали друг друга по спине, закатывая глаза.

– Я же говорил тебе, что мы заблудились, Арчибальд! – рассмеялся Фердинанд, кланяясь незнакомцу в плаще. – Сэр, могу ли я попросить вас показать нам дорогу? Я не уверен, что мой спутник приведёт нас куда надо.

Незнакомец прорычал какое-то слово, смахивающее на «нет».

– Как только мы поймём, куда идти, вы сможете отправиться по своим делам, – настаивал Фердинанд. – Вы говорите, туда?

Юноши подхватили незнакомца в плаще под локти и увели его вдаль по переулку. Прежде чем их поглотила темнота, Арчибальд обернулся – на лице его было написано беспокойство.

«Спасибо!» – одними губами произнесла Корделия.

Затем все трое скрылись. Площадь перед Гилдхоллом опустела, голоса юношей, увлекающих злодея в ночь, стихли.

Сэм соскользнул с уступа вниз по стене и опустился на землю, хватаясь за грудь.

Корделия с опаской отпустила статую и скатилась на постамент, всё её тело трясло от напряжения и испуга. Потом, больше не в силах бояться, она спрыгнула.

От удара о землю голени пронзило шоком, и Корделия повалилась в слякоть. Но ей было всё равно. Она прижалась щекой к грязной улице, глубоко признательная, что наконец находится на земле.

Даже не потрудившись поздравить Корделию с успешным приземлением, Сэм схватил её за руку и потянул, поднимая на ноги. Они понеслись в проулок, в безопасную темноту.

Глава 27

Они опоздали.

Перед домом Шляпников стояла тяжёлая чёрная повозка. Серебряно-чёрная одежда окружавших её стражников мерцала в бледных лучах рассвета.

Это было всё, что Корделия успела увидеть, прежде чем Сэм оттащил её обратно за угол.

– Отпусти меня! – начала сопротивляться она, но сирота прижал её к стене.

– Хош, чтоб тя арестовали? – прошипел Сэм.

Корделия заставила себя успокоиться, но у неё было такое чувство, будто в животе жужжал рой Буйнопчёл, а во рту стало сухо, как в пустыне.

– Гляну, чё там творится, – сказал Сэм. – Жди тута.

Корделия могла лишь наблюдать, пытаясь не паниковать, как Сэм заворачивает за угол, словно прогуливаясь, и оглядывает улицу. Несколько мгновений спустя он вернулся с хмурым выражением лица.