Корабль времени - Улисс Мур

…в старом доме, кроме жильцов, бывает ещё кто-то

Заходили туда, прямо скажем, не часто. И всё в ней было таинственным, в этой комнате, начиная от пастельного цвета поблёкших штор, старого потёртого персидского ковра, всё ещё сохраняющего свои краски, и заканчивая лёгким, едва уловимым ароматом сухих лепестков, лежащих в низкой вазе под окном.

Каждый раз, когда Мюррей видел дверь приоткрытой, он, прежде чем зайти, останавливался и заглядывал внутрь. И неожиданно замечал то, чего не было раньше.

Передвинутую кем-то вазу.

Картину, которая, кажется, висела в другом месте.

Новое пятно на обоях.

Его мама старалась вообще туда не заходить. Когда же ей приходилось делать это – например, она собиралась пропылесосить, она старалась поскорее управиться и плотно закрыть за собой дверь.

Но через некоторое время дверь снова приоткрывалась. Несмотря на то что она была плотно закрыта, наверх никто не поднимался и сквозняков никаких не было.

Почему наверх? Потому что комната располагалась в мансарде. Ниже, на втором этаже, находились комната Мюррея, мамина спальня и ванная. А на первом всё остальное.

Вообще, в комнате не было ничего особенного, кроме старинного письменного стола – его купил папа Мюррея у местного старьёвщика Фэнни, чтобы Мюррею было где делать уроки. Они с Фэнни и приволокли стол наверх, фыркая, как лошади-тяжеловозы, настолько это изделие краснодеревщика оказалось тяжёлым.

Но Мюррей никогда столом не пользовался.

Кроме стола, в комнате прижились два соломенных стула с длинными тонкими ножками, в углу приютился диван, в котором ещё на старой квартире прогрызла дырки кошка, и массивная витрина из тёмного дерева – Мюррей открыл её всего лишь раз и остался ну очень, очень разочарован. Внутри оказались какие-то серебряные побрякушки, укутанные в пожелтевшую бумагу.

Почти во всю стену тянулось большое окно, но мыли его довольно редко, и потому цветом стёкла напоминали пожелтевший пергамент. Через окно можно было увидеть холодное северное небо, а если немного вытянуться – клин моря сразу же за портом.

Как видите, в комнате не было ничего такого уж загадочного или тем более ужасного. Однако она притягивала Мюррея, заставляла его чувствовать себя непрошеным гостем, чужаком. Будто за мгновение до его появления кто-то сидел за письменным столом…

Призрак? Может быть, и призрак, но этому призраку каждый раз приходилось уходить из-за него.

В этот день Мюррей снова испытал это чувство. Странно, ведь всё было на своих местах.

Старый протёртый ковёр.

Диван с ободранными подлокотниками.

Поблёкшие шторы на окне.

И затянутый тёмно-зелёной кожей письменный стол с тонкими изогнутыми ножками. В бесчисленных ящичках стола было полно карандашей, к которым никто никогда не прикасался. Мюррей и его отец были уверены, что в этом столе есть потайной ящик^[1], но им так и не удалось его найти.

– Вот видишь, – сам себе сказал Мюррей, – ничего загадочного здесь нет. Никакой тайны.

Может быть.

Стул перед письменным столом был немного отодвинут. Словно только что за ним кто-то сидел, собираясь написать письмо. А потом исчез.

Мюррей улыбнулся.

Внизу вдруг послышался какой-то шум – похоже, кто-то пытался просунуть в почтовый ящик на двери корреспонденцию.

«Секретное письмо!» – подумал мальчик.

Он выбежал из комнаты, захлопнул за собой дверь и бросился вниз по лестнице.

– Мюррей? – раздался мамин голос из кухни. – Возьми, пожалуйста, почту!

На полу и в самом деле лежал большой жёлтый пакет.

Стремительно сбросив цепочку замка, Мюррей распахнул дверь и громко крикнул, уверенный, что никого не увидит: