Я не верю в монстров - Луис Сашар

Брэдли обрадовался, что они с Джеффом наконец-то в одной команде. Коллин и Джефф тоже были довольны, что так получилось. Они друг другу очень нравились, но были пока не готовы шагать в обнимку, нога к ноге. Недовольна была одна Карен. Ей очень хотелось быть в паре с Брэдли.

Пять пар выстроились в шеренгу. Это уже была не эстафета. Все должны были стартовать одновременно и пробежать мимо дерева до забора и обратно.

— Не беги слишком быстро, — предупредил его Джефф. — Самое главное — держаться вместе и не упасть.

Брэдли кивнул.

— На старт, — сказала мама Коллин. — Внимание! Марш!

Они сделали два шага и рухнули на землю.

Пытаясь встать, они то и дело тянули друг друга обратно на землю. Наконец им удалось встать одновременно, и они поспешили за остальными.

— Внешней, внутренней! — командовал Джефф вместо «левой, правой», и они дружно переставляли ноги.

Другие команды, добравшись до забора, долго разворачивались в противоположном направлении. Джефф и Брэдли у забора попросту упали, а потом одновременно встали и сразу двинулись в другую сторону. Так было быстрее.

Эми и Дина шли впереди. Но Эми попыталась обогнуть дерево слева, а Дина — справа, и они в него врезались.

— Внутренней, внешней, внутренней, внешней, — приговаривал Джефф, пока они с Брэдли их обходили.

Карен и Коллин лидировали в этой гонке и уже приближались к финишу, но споткнулись и рухнули плашмя. Джуди и Бетти, шедшие вторыми, упали на них.

Лори и Мелинде пришлось остановиться и повернуть, чтобы обогнуть эту кучу малу.

Джефф и Брэдли прошагали мимо — теперь они были первыми. Они ускорились изо всех сил. «Внутренней, внешней, внутренней, внешней», — продолжал Джефф, но в какой-то миг они, должно быть, сбились с ритма, потому что когда он говорил «внутренней», они переставляли «внешние» ноги, а когда говорил «внешней» — «внутренние».

— Брэдли, ты не туда повернул! — закричала Лори.

— Ааааа!

Эми и Дина первыми пересекли финишную прямую, лишь на миг опередив Лори и Мелинду. Джефф и Брэдли приплелись третьими. Джуди, Бетти, Карен и Коллин так и остались валяться на траве, не в силах распутаться.

После того как всех развязали, они устроились на лужайке близ террасы.

— А теперь что? — спросил Брэдли, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Теперь мама Коллин подсчитает очки, — сказала Бетти.

— А потом мы будем выбирать призы, — сказала Джуди.

— Он меня спросил! — сказала Бетти.

Мама Коллин кашлянула и взмахнула листком бумаги. Все притихли.

— Итак, победитель наших сегодняшних соревнований… — она сделала загадочную паузу, — …Брэдли!

Брэдли так и застыл в изумлении. Он почти всегда оказывался в победившей команде, кроме колеса и гонок на трёх ногах, но был слишком увлечён, чтобы это заметить.

Он встал и вышел вперёд, а все остальные хлопали. Мама Коллин вручила, ему голубую ленту с надписью: «Первое место». Про ленту его никто не предупреждал. А потом надо было выбирать приз.

Он заглянул в корзину. Там было из чего выбирать: куклы, румяна, духи, клипсы, заколки для волос. Он выбрал губную гармошку.

Второе место заняла Мелинда. Дальше шли Эми, Джуди, Дина, Карен, Лори и Бетти. Джефф был последним.

Джефф знал, что у него будет последнее место, потому что, не считая гонок на трёх ногах, он ни разу не был в одной команде с Брэдли. Единственным соревнованием, в котором он победил, было колесо. Вообще-то он разделил последнее место с Коллин, но ей приз не полагался — вместо него были все её деньрожденные подарки.

Джефф вытащил из корзинки последний оставшийся приз — кукольное платье.

— Спасибо, — вежливо сказал он.

— А теперь что будет? — спросил Брэдли.

— Теперь мороженое и торт, — сказала Мелинда.

— Вот это да! — сказал Брэдли.

Мелинда рассмеялась.

Все уселись за стол для пикника. Коллин сидела во главе стола. Брэдли сидел между Джеффом и Мелиндой. Напротив него сидели Джуди и Бетти.

— Сейчас миссис Вериголд принесёт торт, — сказала Джуди.

— Со свечками, — добавила Бетти.

— Я ему объясняю! — сказала Джуди. — Со свечками.

Миссис Вериголд принесла торт, и внезапно все запели. Этого Брэдли совсем не ожидал. Вспоминать слова было некогда, хотя он и пытался. Поэтому пел он так: