Ловушка для Буратино - Валерий Роньшин

Ребята пересчитали «щелчки». Опять получился Ликин номер. Они посчитали еще раз. То же самое.

— Вот чертова чертовщина. — Толстяков достал из кармана яблоко и смачно откусил. — А если позвонить по этому телефону?

— Зачем? — спросила Лика.

— Вдруг это не твой номер.

Лика с легким раздражением пожала плечами.

— Что я, свой номер не знаю?

— Звякни, Соломатина, — хрустел яблоком Леша. — Че тебе, трудно?

Лика набрала номер.

— Алло, мам, — сказала она в трубку. — Нет, ничего не случилось. Просто так звоню… Да. Скоро приду. Пока. — Лика положила трубку. — Убедился, Толстиков?

— Вот чертова чертовщина, — снова сказал Леша.

— Давайте проведем «мозговую атаку», — предложил Ромка. — Пусть каждый выскажет любое предположение, какое ему только придет в голову.

— Это мысль! — приободрился Молодцов. — Толстый, начинай!

— А почему это я первый? Орешкин придумал, пусть он и начинает.

— Пожалуйста, — согласился Ромка. — Номер переадресован на «сотовый» телефон.

В этом случае Буратино мог отвечать Скальпелю откуда угодно. Хоть из Африки. Или вот еще: аппарат запараллелен с другим аппаратом в другой квартире. А номер один. Может такое быть?..

— Нет, не может, — ответила Лика. — Папа недавно поставил в наш телефон какую-то хитрую защиту от всех этих штучек.

— Твоя версия, Катя, — повернулся Димка к Орешкиной.

— Ой, я не знаю… К примеру, Буратино пробрался в квартиру Соломатиных под видом электрика или сантехника. А Пафнутьев в это время позвонил. Хотя это, конечно, полнейшая белиберда.

— Почему белиберда? — сказал Молодцов. — Давайте обсудим эту версию. Стас говорил, что Скальпель звонил Буратино около девяти вечера. Соломатина, кто вчера вечером был у тебя дома?

— Все были. Мама, Гоша, я и тетя Лиза.

— А твой отец?

— Он сейчас в Брюсселе. На научной конференции.

— К вам никто не заходил?

— Нет, никто.

— А звонки телефонные были?

— Масса. Гоше звонили, маме, тете Лизе… Ромка удивился:

— Кто мог звонить тете Лизе, если она из Парижа приехала?

— Да она в Петропавловской крепости с какой-то старушкой познакомилась. И теперь они перезваниваются… Ходят вместе в театры, на выставки…

— А матери с Гошей кто звонил? — спросил Димка.

— Друзья, знакомые…

— А Гоша, ты говорила, друг твоего отца, да? — уточнил Молодцов.

Лика кивнула. — Да.

— Он что, с вами живет?

— Нет. Просто, когда мама получила письмо от бандитов, она попросила Гошу пожить у нас, пока папа из Брюсселя не вернется.

— Ясно. — Димка ткнул пальцем в Лешу. — Твоя версия, Толстый.

— На телефонной станции была авария, — сказал Толстиков. — И поэтому…

— Да не на телефонной станции, — перебила его Катька, — а скорее всего в аппарате что-то испортилось. И он по ошибке выдал Ликин номер. Бывают же в жизни такие совпадения?..

— В жизни все бывает, — философски заметил Молодцов и посмотрел на Лику: — Со-ломатина, теперь твоя версия.

Лика вздохнула:

— Нет у меня никакой версии. Даже в голову ничего не приходит.

Все высказались. Очередь была за Димкой. И Димка сказал:

— Я думаю, здесь все гораздо проще. Скальпель звонил именно на квартиру Соло-матиных. Потому что один из жильцов этой квартиры… — Молодцов сделал эффектную паузу. — Буратино!

В комнате повисла гробовая тишина. Даже стало слышно, как в ванной из неплотно закрытого крана капает вода. Первым пришел в себя Ромка.

— Ну ты загнул, Димыч, — сказал он. Второй пришла в себя Катька.

— Да уж, Дима, — сказала она. Третьим пришел в себя Леша.

— Ну и ну, — сказал он.

И самой последней пришла в себя Лика. Она подошла к Димке и потрогала его лоб.

— Молодцов, ты случайно не заболел?

— Спокойно, Соломатина, — невозмутимо ответил Димка. — Сейчас разберем мою версию.

— Это не версия, а чушь собачья! — резко сказала Лика.

Катька обняла ее за плечи.

— Успокойся, Лика. Конечно, чушь. Но поговорить-то мы об этом можем?

— Хорошо, — холодно согласилась Лика. — Говорите.

Димка заговорил:

— Итак, нам известно, что Скальпель звонил на квартиру Соломатиных около девяти вечера. В это время в квартире находились: Лика, ее мать, друг семьи Гоша и дальняя родственница, приехавшая из Парижа. Все правильно, Соломатина?..

— Был еще попугай Франсуа, — язвительно сказала Лика.

— О, ребята! — заорал Толстиков. — А что, если Буратино — это попугай Франсуа! И Скальпель ему звонил!

Все, кроме Лики, засмеялись.

— Будем действовать методом исключения, — продолжил Молодцов. — Соломатину можно исключить из числа подозреваемых.

— Спасибо тебе, Димочка, — иронически поблагодарила его Лика.

— Пожалуйста. Значит, кто у нас остается? Гоша, тетя Лиза и… Соломатина, как зовут твою мать?

— Оставь в покое мою маму, — передернула Лика плечами.

— И правда, Димыч, — сказал Ромка. — Мать-то тут при чем?

— Настоящий сыщик должен подозревать всех, — жестко сказал Димка, но, заметив, что Катя кинула на него неодобрительный взгляд, добавил: — Впрочем, я думаю, мать мы тоже можем исключить из числа подозреваемых. Итак, у нас остаются Гоша и тетя Лиза. Что ты можешь про них сказать, Соломатина? Начни с Гоши.

— Ничего, кроме хорошего, я про Гошу сказать не могу. Он папин друг. Они вместе воспитывались в детдоме. Вместе учились в школе. Вместе поступили в один институт. Потом папа стал профессором, а Гоша — директором яхт-клуба. У него есть яхта, которую он назвал «Лика». И мы часто — я, мама, папа и Гоша — катаемся на ней по Финскому заливу… Что тебя еще интересует, Молодцов?

— Бывал ли Гоша за границей?

— Бывал. И не раз. К примеру, месяц назад он ездил на Украину. В Киев.

— А вдруг его завербовала украинская разведка? — в шутку предположил Ромка.

— Вполне возможно, — серьезно ответил Димка. — Ладненько. Переходим к тете Лизе. Она кто такая?

— Елизавета Аркадьевна Горохова-Данилова. Всю жизнь прожила в Париже. Когда у нее не осталось во Франции ни одного родственника, она решила узнать, есть ли у нее родственники в России. И через французское посольство нашла нас…

— То есть до ее приезда в Питер ни ты, ни твои родители тетю Лизу ни разу не видели?