Странный талант Винни - Штефани Герстенбергер

Винни высыпала по горсти сухих трав на коричневую колбасу, в которую уже скатала лакричную массу, и принялась месить густое тесто. Если старшая сестра думает о том парне с кошкой, то и она будет думать о классном парне! О Люке. Глаза у него очень красивые. Тёмно-синие, с длинными ресницами.

Уже целых полгода Люк учится в школе-интернате. В старом замке, в Уэльсе. На морском побережье, но дальше к северу от дома бабушки с дедушкой. Слишком далеко. Винни вздохнула. Она полгода не сводила глаз с пустой парты, где раньше сидел Люк, но его место так никто и не занял. Несколько раз они обменялись эсэмэсками. Но это было совсем не похоже на разговоры в школе. Как она по нему скучала!

– Мммм! Супер! Потрясающий цвет! – вдруг воскликнула Сесилия.

Винни так задумалась о Люке, что даже не заметила, как изменилась её лакричная масса. В отличие от пласта Сесилии, у Винни получилась светлая нежно-розовая лепёшка. Наверное, это из-за подорожника, который не добавила Сесилия. Винни почувствовала, что сестра из-за плеча смотрит на её лакричное тесто. Интересно, она не сердится? Не завидует? А вдруг Сесилия действительно влюбится в того парня и захочет остаться в Уэльсе навсегда?

– Давай раскатаем, что мы тут намесили, дадим высохнуть, порежем на кусочки и на сегодня закончим. – Винни не хотелось огорчать сестру.

Однако её опасения были напрасны – Сеси весело засмеялась:

– Ну и пусть моя лакрица останется такой ужасно коричневой! Это не важно. Главное, что мы вместе и нам весело! – Сесилия взяла скалку и аккуратно, почти нежно раскатала свою половину лакричной массы в тонкий пласт.

Винни, напевая, последовала её примеру.

Через час перед ними лежала стопка из сотни лакричных монеток, светло-розовых, почти прозрачных и таинственно мерцающих. Рядом выстроились коричневые лакричные прямоугольники, которые по цвету ничем не отличались от обычных лакричных мишек.

– Начинаем пробовать! Ура! – Сесилия потёрла руки, театральным жестом взяла одно из своих творений и положила в рот. Глаза её тут же выпучились от отвращения. – Уоа! – нечленораздельно взвыла она и выплюнула леденец на ладонь. – Какая гадость! – разочарованно протянула она. – Где мусорный бак?!

– Неужели так плохо?

– Даже не пробуй, Винни! Чем бы запить или прополоскать рот? – Сесилия бросила лакричный леденец в ржавую бочку, подбежала к раковине и открыла кран.

– А я хочу красивый круглый леденец! – сказал Генри, поводя рукой над стопкой розоватых конфет. – Я возьму… вот этот! – Схватив кругляшок, он тут же сунул его за щёку. – Вкусно! – довольно сообщил Генри. – Пахнет как цветы!

– Правда? – Винни тоже решила попробовать.

Сесилия вернулась к столешнице и тоже взяла розовый леденец.

– Генри прав, пахнет розой, – подтвердила она. – И аромат не приторно-сладкий, а очень нежный. Мммм! Супер! – Сесилия с лёгкой завистью взглянула на сестру: – Как ты это сделала, Винни? Что ты сюда положила?..

– Подорожник, обыкновенный подорожник. А то было бы как у тебя.

Винни пожевала конфету, чтобы лучше ощутить вкус. Розовая монетка действительно источала аромат лепестков розы.

– Сесилия, я тебя так люблю! – неожиданно воскликнул Генри. Сорвавшись со стула, он обхватил старшую сестру за ноги.

– И я тебя люблю! – Сесилия чуть не плакала от охватившего её волнения. Склонившись к Генри, она взяла его на руки.

– И Винни тоже! – всхлипнув, Генри протянул руки к другой сестре.

«Вот это номер. Что это с ними?» – промелькнуло в голове у Винни.

Она обняла Генри и Сесилию, пытаясь разобраться в кружащихся в голове мыслях.

– А ещё я люблю маму и папу, они самые лучшие на свете! – воскликнул Генри.

– Я тоже их очень люблю и очень по ним скучаю! – Сесилия уткнулась Генри в плечо.

– И бабушку с дедушкой! – добавил Генри.

– Конечно, и я тоже. Они странные, но такие милые старики.

Винни удивлённо приподняла брови и попыталась высвободиться из крепких объятий брата и сестры. Милые старики? И это говорит Сесилия?!

– И Хьюго, – не унимался Генри.

– …и Нинетт, и Марису! – закончила за него Сесилия.

– И миссис Энтони!

Винни попятилась. Ну, это уж слишком! Миссис Энтони была воспитательницей в детском саду, куда ходил Генри, и младшему брату она совсем не нравилась, потому что, по его рассказам, заставляла его играть в песочнице, когда он предпочитал сидеть за столиком в углу и рисовать.

– Генри, ты же не любишь миссис Энтони! – не удержалась Винни.

– Вообще-то – да, не люблю. Но сегодня люблю.

– Вы понимаете, что происходит?

– Что? – Сесилия опустила Генри на пол.

– Вы всех любите! Именно так: не одного человека, а всех!

– Всех сразу? – Сесилия глуповато улыбнулась. – Нет. Не всех, – с той же улыбкой покачала она головой.

– А похоже, что вы обожаете весь мир!

– Ну, не знаю… Как думаешь, можно нам сегодня съездить в городок?

– Да! К той кошке! Я та-а-ак люблю кошку! – Генри подбежал к столу и потянулся за розовым кругляшком, но Винни схватила его за руку:

– Подожди! Сначала нужно выяснить, какой эффект вызывают эти конфеты!

– Ты о чём? – Сесилия смотрела на сестру со счастливой улыбкой. Вид у неё по-прежнему был глупый.

– Давайте вспомним, – продолжила Винни, – что произошло вчера: все попробовали золотисто-коричневые круглые конфеты и пришли в хорошее настроение. Даже бабушка развеселилась. Помните, как она нарисовала на сэндвичах с огурцом забавные рожицы?

Сесилия рассмеялась, а Генри довольно кивнул.

– А сегодня? Едва вы положили в рот по розовой конфете – как бросились обниматься и признаваться в любви ко всем на свете!

– Но ты… – Сесилия вдруг ткнула в Винни указательным пальцем. – Ты ничего такого не делаешь!

– Ты не любишь маму и папу? – удивлённо спросил Генри.

– Конечно, люблю, – успокоила Винни брата. – Наверное, розовые конфеты на меня не действуют, потому что их сделала я.

– О чём ты думала, когда добавляла травы и раскатывала лакричный пласт? – спросила Сесилия, подходя к Винни вплотную.

– А что?

– Мне кажется, в этом и кроется ответ! Вчера только у тебя было хорошее настроение. А что сегодня? – Сесилия выжидательно улыбнулась и преувеличенно широко распахнула глаза.

– Сегодня? О чём я думала?.. Да ни о чём!

– Так не бывает, – строго произнесла Сесилия. – Вспоминай!

– Ну, тогда… – Покраснев, Винни покачала головой. Разве может такое быть? – Я вспомнила про того парня со скейтбордом, в больших ботинках, которого мы видели в городке.