Кэндлстон - пожиратель света - Брайан Дэвис

Билли махнул рукой:

— Ну что ты. Я тебя понял.

Уолтер взял богато украшенные ножны и стал их рассматривать. Посередине была вырезана фигура ангела, а по бокам стояли рыцари — благоговейно преклонив колено.

— Вы верите в рассказы о короле Артуре, профессор?

Лицо профессора приобрело мечтательное выражение, в глазах отражались языки пламени.

— Артур — это суть всех легенд, поиски Священного Грааля, величие Камелота. Трудно выделить правду среди всех этих сказаний. — Приняв от Уолтера ножны, он снова превратился в ученого. — Похоже, что каждый новый рассказчик старался превзойти предшественника, не заботясь о том, правдива его история или нет. В конце концов, легенды не предназначены для изучения исторических фактов. Я, к примеру, сомневаюсь, что существовала Озерная Дева, но у меня нет сомнений в том, что Артур когда-то владел великим и таинственным Экскалибуром.

Он снова погладил ножны, и его пальцы задержались на изображении одного из величественных рыцарей.

— Эта копия передавалась из поколения в поколение, ее образ основан на легендах и книжных описаниях. Многие пытались изготовить точную копию Экскалибура, но никто не смог воспроизвести его силу.

— У него была сила? — Брови Бонни удивленно выгнулись.

Профессор взялся за рукоять и вынул меч на дюйм или два.

— Он обладал непостижимой силой. Сражавшийся этим мечом был непобедим, пока оставался чист сердцем. И его разрушительная мощь в руках праведника была устрашающа.

Бонни сцепила руки за спиной и спросила, поднявшись на мыски:

— А сейчас Экскалибур существует?

Профессор посмотрел сначала на Билли, затем на Уолтера и на Бонни, словно искал что-то в глазах у каждого.

— В этом нет никаких сомнений, мисс Сильвер. Я разыскивал его по всему миру, исследовал разные слухи и невразумительные истории. Если бы я нашел его, то считал бы, что жизнь моя состоялась. Можно сказать, что для меня это что-то вроде Священного Грааля.

— А как насчет того меча, который тот тип взял в кабинете Уиттиера? — напомнил Уолтер. — Там тоже были какие-то символы.

Билли закусил губу, чтобы не засмеяться. Он вспомнил рассказ Уолтера об их с профессором Гамильтоном приключениях в кабинете директора. Один из сообщников убийцы пришел, чтобы забрать из тайника меч, пока Уолтер и профессор тайно наблюдали за ним. Когда несколько дней спустя Уолтер рассказывал об этом, он разыграл все в лицах. Вместо меча у него была бейсбольная бита, а Хэмбона он уломал исполнить роль профессора.

Профессор задвинул меч обратно в ножны.

— Ваша память вам не изменяет, Уолтер. Тот меч внешне весьма походил на Экскалибур, но, разумеется, точно сказать нельзя. Мне бы хотелось продолжить изыскания в этом направлении, но в подходящее время. — Его взгляд снова остановился на Билли и Бонни. Он так долго не отводил глаз, что Билли стало не по себе. Профессор сказал:

— И я подозреваю, что среди моих знакомых есть люди, которые могли бы просветить меня относительно его местонахождения.

Билли покрутил ботинком, будто давил на ковре таракана. Как профессор мог догадаться о происходящем? Его не было, когда они с Бонни сражались с убийцей в горном лесу, и никто не говорил ему, что Бонни уронила меч, улетая с места сражения.

— Так или иначе, — продолжал профессор, — мой меч подходит для тренировок юного Уильяма. Поскольку это ценная и символичная копия, она будет способствовать его развитию. Его боевое искусство вскоре ему понадобится. И не стоит заботиться о сохранности оружия, оно практически неразрушимо.

Билли отошел от гаснущего огня. Пламя прогрело ему спину и высушило волосы.

— Когда же вы мне все объясните? Я имею в виду, для чего я тренируюсь?

— Когда настанет время, Уильям. А пока что я сам пытаюсь разобраться.

Профессор поднялся и зашагал по комнате, небрежно положив меч на плечо.

— Поскольку ожидалось, что вы надолго выйдете из строя, я отослал нашу таинственную книгу моему другу, специалисту по древностям. Он уже закончил свое исследование и вернет книгу к нашему уроку в понедельник. Полагаю, что когда мы прочитаем ее, то много узнаем.

Билли потер ноющие бицепсы. Стоило ему подумать об этой книге и о том, как она им досталась, как у него свело все печенки. Тогда, на горе, Билли стоял у дерева, связанный по рукам и ногам. Убийца драконов открыл книгу и заявил, что, прочитав из нее, вызовет дракона, которого хотел убить. Поэма звучала вроде как по-английски, но Билли не понял ни слова. Это был древний зашифрованный и бессмысленный для него текст. Клефспир, отец Билли в теле дракона, показался прежде, чем окончилась поэма, так что оставалось неясным, сказалось ли ее действие или он, почувствовав, что сын в опасности, сам прилетел на помощь.

Поскольку Билли был серьезно ранен в последовавшей затем суровой схватке, подробностей его память не сохранила, но он помнил удивительное мастерство профессора в обращении с арбалетом, которое в тот день спасло ему жизнь. Как этому морщинистому старику удавалось быть таким бесстрашным и проворным? Он умел стрелять из арбалета, долго и без устали рубиться мечом, но еще более он преуспел в интеллектуальных занятиях. Этот вежливый профессор удивлял его все больше и больше.

Профессор остановился, посмотрел в камин и, вздохнув, обернулся к своим ученикам.

— Уильям, я надеюсь, что вы и мисс Сильвер серьезно задумаетесь о том, чтобы рассказать мне, что вам известно. Я вижу, что вы сбиты с толку и напуганы, и я хорошо вас понимаю. На вашем месте я бы тоже испугался. Вы оба получили серьезные ранения, но исцелились от них в поразительно краткий срок. Это одна из тех многих тайн, которые предстоит разгадать. — Профессор выпрямился и вскинул голову. — Я надеюсь, что вы решитесь доверить мне ваши секреты. Откровенно говоря, я считаю, что заслужил ваше доверие. — На его морщинистом лице появилась улыбка, хотя в глазах затаилась грусть. — Спокойной ночи.

Он повернулся и быстро вышел из комнаты. Вскоре щелкнула, открываясь, входная дверь, а затем раздался приглушенный хлопок.

Билли уселся в кресло и шлепнул ладонями по подлокотникам. Бонни со вздохом опустилась на диван. Она хмурилась, отчего на лбу у нее образовалось три глубоких морщины. Уолтер устроился на дальнем конце дивана, положив скрещенные ноги на кофейный столик. Он поскреб ногти, перевязал шнурки на кроссовках, то и дело косясь на Билли и Бонни, и, наконец, вскочил в нетерпении.

— Пойду проверю, не замерз ли Хэмбон.

Билли приложил руку к уху.

— Бонни, это не Хэмбон там скулит?

Бонни с улыбкой покачала головой:

— Ничего подобного.

В глазах у Бонни мелькнули искорки, хотя в комнату проникал лишь сумеречный свет из окна, да в камине еще тлело несколько угольков. Билли вздохнул.