Малышка-крутышка - Эбби Ханлон

– Знаешь, как я всегда натыкаюсь на дверные ручки? – спросила я маму на следующее утро.

– Ага.

– Ну так вот, это снова случилось. И теперь мне нужна повязка на глаз! – заявила я, прикрывая глаз рукой.

– С твоим глазом всё в порядке, – сказала она.

– Откуда ты знаешь? Ты же даже не взглянула!

– Я всегда знаю, когда ты что-то замышляешь, – сказала мама.

– Но мне нужно ранение, чтобы я была похожа на пирата, – объяснила я.

– О, уверена, ты его где-нибудь да получишь, не успеет солнце сесть.

– Можешь дать мне в глаз и поставить фингал? – попросила я Люка.

– Конечно! – ответил он.

– ЛЮК! НЕ СМЕЙ! – взвизгнула мама.

– Да я и не собирался, – пробормотал он. – Больно надо.

Раз не разрешили фингал, я принялась искать по всему дому пиратскую куртку. И нашла в шкафу Люка.

– Это парадный костюм, – сказал Люк.

– Пиратский парадный костюм, – поправила я.

– Пираты носят длинные сюртуки с блестящими пуговицами, но мне всё равно, можешь его взять, я его терпеть не могу.

Потом я вспомнила ту бандану с косточками, которую однажды забыл у нас приходивший в гости пёс.

Когда я предстала перед мамой в пиратском наряде, она сказала:

– Я не против, чтобы ты оделась так в школу. В том смысле, что тебе идёт.

– Пожалуйста! Пожалуйста! Разреши!

– Ну, смотрится вполне себе, и чистый, для разнообразия. – Она обратилась к папе: – Дорогой, а ты что скажешь?

– Ну что ж, можешь идти так, Вруша, – заключила мама.

До завтрака у меня оставалось время поиграть. Я взяла деревянную ложку и разбудила Мэри.

Но Мэри сказала, что не в настроении устраивать дуэли.

– Ты всегда должна быть в настроении делать то, на что у меня есть настроение, – сказала я и вытащила её из-под кровати.

– Я хочу поиграть в карты, – сказала она.

– Ладно, устроим дуэль «Ловись, рыбка», – сказала я и взяла колоду. – Я сдаю.

Проблемы начались сразу. Сперва Мэри заявила, что я жульничаю. (А я таки жульничала.)

Потом Мэри сказала, что я подглядываю к ней в карты. И попыталась меня укусить. Но по ошибке укусила СВОЮ руку – подумала, что это МОЯ.

Потом Мэри разозлилась: мол, я ворую у неё карты, стоит ей отвернуться. (А я таки воровала.) На этот раз она укусила себя (да, снова) и попыталась обвинить в этом меня.

Я схватила украденные карты и побежала вниз.

К счастью, завтрак был уже на столе.

– Я помогу тебе найти украденное сокровище, и тогда Анна не станет больше на тебя сердиться, – сказала я Виолетте.

– Это не сокровище! – нахмурилась Виолетта. – Это браслет из шнурка! Впрочем, не важно. Не лезь в мои дела, ясно?

– Но это мои дела, пиратские, – объяснила я ей. – Ааааррр! Дайте мне зубную пасту! – заорала я на Люка и Виолетту.

Потом мы пошли чистить зубы.

– Пф, вообще ни капли не похоже, пираты так не разговаривают, – сказал Люк.

– И как же разговаривают пираты? Что они вообще говорят кроме «Ааааррр»?

– Что ж, ты правильно сделала, что спросила про пиратов именно у нас, – сказала Виолетта. – Правда, Люк?

– Верняк, дружбан, – проговорил Люк с набитым зубной пастой ртом.

– Прежде всего ты должна говорить грубым голосом, громко и побольше махать руками, – сказала Виолетта.

– Ладно, – говорю.

– Теперь вот что. Пираты должны как-то предупреждать друг дружку об опасности, скажем, если на них направлены вражеские орудия.

– Ага.

– Они тогда говорят вот что: «Спустить на воду сыр и крекеры!» – сказала Виолетта.

– Правда?

– Правда. А хочешь знать, что они говорят, когда радуются, например, если найдут большой клад или ещё чего-нибудь? – спросил Люк.

– Что?

– Эгей, мои большие ягодицы!

– Ещё! Ещё меня поучи! – попросила я.

– Ну, они никогда не говорят «пройти по доске». Это про них выдумали писатели. На самом деле они говорят: «Отшлёпай рыб!»

– Ты же смотрела фильмы, где пираты танцуют? – спросила Виолетта. – Смотрела же?

– Нет, – покачала я головой.

– Не волнуйся, я тебя обучу. Вот что делают пираты, чтобы казаться круче. Танец называется «макарена». Повторяй.