Жизнь вверх дном - Инга Пфлаумер

Оноре Бальзак

– Как твое вчерашнее свидание?

Какому человеку, если он, конечно, в своем уме, придет в голову будить ребенка в субботу утром таким вопросом. В десять утра!

Я с трудом разлепила веки. Вчера Женька умотала часов в десять, а как же, у них «вечер пиццы». Пару пятниц в месяц, когда у Алексея Владимировича нет дежурств, они собираются вечером перед телевизором, включают какой-нибудь старый фильм и лопают пиццу. Иногда к ним присоединяемся мы с девчонками, но поскольку Ярик и Варька на меня обижены, я решила отсидеться дома. Точка пообещала провести воспитательные работы и подготовить почву для примирения. Так что вечером можно зарулить в «Слона», и меня торжественно простят. После Точкиного ухода я выбирала наряд на завтра, потом делала маску для лица, потом маску для волос, а потом на часах был час ночи, и я отрубилась.

– А твое? Я легла в час, а тебя не было.

При удачных обстоятельствах Ирина Анатольевна начала бы рассказывать, как плодотворно прошел ее вчерашний вечер, и я бы мирно уснула еще на пару часиков. Но сегодня мне не повезло. Одеяло опять сорвалось с места.

– Ну ма-а-ам. Сегодня же суббота!

– Подъем, дорогая. Сегодня ты поможешь мне разобрать фотографии, даже если ради этого мне придется полить тебя из чайника. Сколько можно кормить мать завтраками?

– Каждый день.

– Давай-давай, нас ждут великие дела. Ты сегодня ни к кому на свидание не идешь? А то ты становишься прямо-таки шокирующе популярной.

Мама раздвинула шторы. Через открытую дверь в комнату проникал аромат свежих круассанов.

– Иду, между прочим. Опять. Вот такая я звезда!

– Вставай, звезда. – Мама усмехнулась, сворачивая одеяло. – Завтрак остынет.

– Мам, во сколько лет девушку должен начать интересовать секс?

Я намазывала тост джемом. Тут до меня долетело сдавленное покашливание.

Прокашлявшись, мама все же ответила:

– В двадцать восемь. Нет, лучше в двадцать девять.

– Я же серьезно…

– Почему у тебя появился такой вопрос? – Во взгляде Ирины Анатольевны прямо читались подозрения.

– Ну почему бы и нет. Мне же пятнадцать. Когда еще задавать такие вопросы. Я просто вот к чему. У Варьки в голове только карты и немножко Интернета. Хочется прямо посмотреть на того фрика, который в нее влюбится и особенно – в которого влюбится она. Ярик застряла в начальных классах младшей школы. Все эти ползанья по деревьям, драки и так далее. Женька у нас спящая красавица. Или даже нет, снежная королева. Ну то есть тут вообще никак с этим. Она будет до старости играть в компьютерные игры, первыми отстреливая персонажей мужского пола. Ты не подумай, что я плохо о подружках говорю, это все чистейшая правда. И кто, если не друг, ее в лицо скажет. Но мы такие разные, и мне не с кем проконсультироваться, вот я к тебе и пришла.

– Ты тут живешь вообще-то. Так и в чем вопрос? Ты же не рассчитываешь получить ответ вроде «в шестнадцать лет и восемь месяцев»?

– Да я бы не отказалась. Просто вчера на свидании…

– Так, мне лучше сейчас сходить за успокоительным? До того, как я услышу продолжение?

Мама пыталась пошутить, но получалось у нее не очень. Я же вижу, как она вцепилась в кружку, того и гляди отломит ручку.

– Мам, ну не выдумывай. Просто я вот целовалась с мальчиком, и как-то мне не очень понравилось. А с другим нравилось. Я и думаю – оно потом станет лучше? Или уже не надеяться?

– Ты хочешь сказать, что целовалась с двумя мальчиками?

Я закатила глаза. Как вот она умудряется услышать совсем не то, что на самом деле важно?

– Мама, мне пятнадцать лет. Конечно, я целовалась с мальчиками. Разными. Ты на вопрос можешь ответить?

– Ну, существуют разные теории…

– Мам! Не изображай Женьку. Вот один раз к тебе за советом обратилась, и то ты… – Я обиженно уставилась в кружку.

– Насть, ну отношения между мужчиной и женщиной – это такая запутанная штука. Я бы на твоем месте дала парню еще один шанс. Мало ли, может, у него нос чесался. Или колено болело. Но если и со второго раза не пойдет, значит, стоит поискать вариант получше.

Я благодарно кивнула и встала из-за стола. Мне в спину полетел родительский совет:

– Только не заходи дальше поцелуев!

Стас позвонил в обед. Сказал, что взял билеты на сеанс в четыре, и предложил встретиться у кинотеатра. Я согласилась, хотя, конечно, предпочла бы, чтобы он за мной зашел, но, может быть, я просто слишком требовательна к парню?

На этот раз я подошла к выбору костюма менее формально. Похоже, классика на него действует не так, как мне бы хотелось. Воображение тут же подкинуло чудную картинку вчерашнего поцелуя. Бр-р! Джинсы с вышивкой по карманам, короткая белая водолазка, чуть обнажающая живот, который от отсутствия обеда должен стать менее выпирающим, кожаная куртка на молнии, сапоги в тон и объемная сумка. Казуально и сексуально. Я подкрасилась, побрызгалась тем же парфюмом, что и на первое свидание – пусть у него рефлекс вырабатывается на этот запах. Как у собаки Павлова, нам на биологии рассказывали.

Чем ближе был кинотеатр, тем сильнее я нервничала. Как все сегодня пройдет? Появится наконец эта чертова магия первой любви, или как там…

Стаса я заметила сразу. Он курил у кинотеатра, разглядывая толпу. Какие-то девчонки, ничего примечательного, во всю обсуждали моего принца. Ха-ха, смотрите, я вам сейчас фокус покажу. Этот парень – мой. Завидуйте, козявки.

Я поднялась по ступенькам – не очень быстро, чтобы он не подумал, что я к нему тороплюсь, но и не очень медленно, а то решит, что я в нем совсем не заинтересована.

Едва я подошла на расстояние вытянутой руки, Стас тут же буквально сгреб меня в охапку. Одна его рука тут же оказалась у меня на плечах, вторая на талии, а язык у меня во рту. Да что же это такое! Ну по крайней мере, все, что хотела, я продемонстрировала. Девицы поглядывали на меня с завистью.

Спустя секунду я как можно аккуратнее вывернулась из его объятий.

– Билеты у тебя?

– Ага. Ты смотрела первую часть? – Стас по-хозяйски положил руку мне на талию. Почему я не чувствую себя польщенной?

– Нет, – честно призналась я.

– Я тебе кратко расскажу. Там чуваку типа вкололи такую штуку, от которой он должен был помереть, но ее можно остановить, если постоянно выбрасывать адреналин.

– Куда выбрасывать?

– Что куда выбрасывать?

– Адреналин куда выбрасывать?

– В кровь, – пояснил он, глядя на меня почти с нежностью. «Ути-пути, какая дурочка». Я почувствовала себя оскорбленной. Можно подумать, это я виновата, что вместо «вбрасывать» он сказал «выбрасывать».