Жизнь вверх дном - Инга Пфлаумер

В моей голове тут же зазвучала Женька: «Натянула на Стаса образ сказочного принца и скачешь вокруг него, как зайчик вокруг елки. А он обычный парень…» До чего же хорошо быть умными и все понимать в жизни.

– Да, ты прав, наверное. Просто так глупо… Я еще и с лучшей подругой из-за этого поругалась.

– С Женей?

Я почти не удивилась, что он помнит про Женьку. Почти.

– Угу. Она меня предупреждала, а я не послушала.

– Позвони ей и скажи, что она была права. Ей будет приятно, и вы сразу помиритесь.

– Думаешь, все так просто? – Я шмыгнула носом.

– Между друзьями – конечно. Это же нормальный процесс: сначала ты игнорируешь предупреждения друзей, наступаешь на грабли, получаешь по лбу и бежишь к тем же друзьям за утешением.

– И часто ты так делаешь?

– Регулярно. – Он рассмеялся.

Как же легко с ним разговаривать, почему я со Стасом не смогла так поговорить. Ведь должно быть наоборот!

– Убедил. Тогда вот прямо сейчас ей позвоню и все выскажу.

– Удачи. Увидимся завтра?

Он хочет меня увидеть! А я-то как буду в глаза ему смотреть?

– Я пока не знаю, что у меня там с планами, – пробубнила я. – Ты можешь позвонить мне часов в семь? Там видно будет.

– Хорошо. Тогда до завтра?

– До завтра.

Я вслушалась в телефонную трубку, ожидая гудков. Никак не могла заставить себя нажать на отбой. Но гудков все не было. Он тоже ждет, что я положу трубку первая! Из мобильника зазвучал смех. Я не смогла удержаться от ответного смешка.

Значит так – до шести вечера завтрашнего дня мне необходимо разобраться во всей этой куче парней, чувств и отношений. И без чужой помощи мне в этом деле не обойтись.

Я немедленно набрала Женьку и тут же выпалила в трубку:

– Приходи ко мне прямо сейчас, меня нужно спасать.

– Буду через десять минут, – деловито отозвалась Точка.

Настоящие друзья – они такие. Даже если ты их незаслуженно обидел по тупости душевной.

Услышав звонок, я с виноватым видом потащилась открывать двери.

– Если вы помогли другу в беде, он наверняка вспомнит о вас, когда снова окажется в беде, – с чувством процитировала Женька, стоя на пороге. – Рыдала?

– Рыдала. Но он меня не бросил, если тебя это интересует.

Женька подозрительно посмотрела на мои все еще опухшие щеки. Я закрыла за подругой дверь.

– Пошли на кухню, я мате сделаю.

Конечно, это было откровенным подхалимством с моей стороны. Я не люблю мате, а Женька фанат этого сорта чая, или дерева, или что это вообще за растение такое.

Точка разулась, и мы прошли на кухню. Я возилась с чайником и пыталась придумать, как бы начать разговор.

– Кончай тянуть кота за хвост. Как я тебя спасать буду, если ты молчишь?

Я вздохнула:

– Сложно все. Я тебе сначала расскажу, только ты не перебивай, а то я мысль потеряю. Потом скажешь все, что ты обо мне думаешь. Помнишь тот день, когда Ласкина потащила меня на репетицию?

Женька кивнула.

– Вот. Там был один парень. Он проводил меня до дома…

Я принялась рассказывать запутанную историю моих взаимоотношений с Сережей. Рассказала, как в первую же встречу выболтала ему все свои сокровенные желания, как он, вместо того чтобы смеяться, внимательно меня слушал. Как потом меня выгнали из команды, а он поднял мне настроение. Как мы ездили в ботанический сад, и как после концерта познакомил с друзьями. И как он потрясающе целуется…

– Поздравляю тебя, Шарик, ты балбес, – прервала меня Женька. Ну, не совсем прервала, учитывая, что я, увлеченная воспоминаниями, сама замолчала.

– Это ты к чему?

– Насть, ты чего. Ты же по уши влюблена.

– В кого?

– Ваще сипец. В Сережу своего, балда. У тебя рот до ушей, на щеках румянец и в глазах лампочки.

– Да ну, ерунда какая. Мы не подходим друг другу, понимаешь?

– Какое такое «не подходим». В чем не подходите? Тебе с ним интересно, ему с тобой интересно, что еще тебе нужно? Люди не подходят друг другу, когда у них есть серьезные несовпадения во взглядах на действительно важные вещи. На роли в семье, на воспитание детей, когда их разъединяют религия или политика…

– Ты не понимаешь! Я же еще недорассказала. Проблема не в Сереже, я тебя вообще не затем позвала. Просто Сережа мне все карты попутал, не к ночи Варька будет помянута. Теперь я каждую минуту на свидании со Стасом думаю о Сереже, понимаешь? У меня голова кругом! Но влюблена-то я в Стаса.

– Угу, точно. Поэтому ты мне тут двадцать минут, задыхаясь от восторга, пела оды Сергею из музилища. Каждый заблуждается в меру своих возможностей.

Я недовольно тряхнула головой. Ну почему она просто не может послушать!

– Проблема в том, что теперь все стало неправильно. Стас наконец начал со мной встречаться. И вместо того чтобы думать о нем, я думаю о другом парне! То, что должно было привести меня в восторг, – я мысленно содрогнулась, – теперь кажется неприятным. А то, от чего я пришла бы в ужас еще месяц назад, ну там, когда парень спрашивает разрешения позвонить или что-то такое, мне кажется нормальным. Это какая-то инфекция мозга!

– Называется взрослый мир. Я не понимаю, что ты так ухватилась за этого Стаса?

– Жень, ну это же любовь! Это моя мечта, нельзя же вот так отказываться от мечты из-за одного разочарования.

– Угу, значит разочарование имеет место быть. И оно заключается в…

– Мне не понравилось, как он целуется. И как разговаривает про всякие глупости. Но может, это просто туфли виноваты, они мне так жали, и я так устала…

– Жалкие отговорки, Настька. Жал-ки-е. Ты же сама все ясно видишь, нельзя не увидеть. С одним парнем тебе комфортно, с другим нет. Один тебя привлекает – другой нет. Что тут непонятного? Или тебе так важно отомстить Красавиной?

– Да при чем тут вообще Лепра…

– Мне кажется, что все дело именно в ней. Если бы не она, ты бы давно и думать забыла про Стаса.

– Я не знаю…

Женька поставила меня в тупик. Ей это вообще хорошо удается. Хоть раз бы увидеть человека, которому удастся загнать в тупик Точку. Как говорит мама – не-ор-ди-нар-на-я, должно быть, личность.

– Завтра мы идем в кино. Или все станет на свои места, или…

– Или что?

– Или все. Только вот еще одна вещь. Женька заинтересованно уставилась на меня.