Кэндлстон - пожиратель света - Брайан Дэвис

Сделав один полный оборот диска, доктор Коннер стал тщательно набирать нужную комбинацию цифр. Когда он набрал последнюю цифру и повернул ручку, позади вдруг что-то щелкнуло. Резко обернувшись, он увидел Эшли, которая входила в лабораторию. Она заперла за собой дверь.

Доктор Коннер бережно вынул из сейфа ящик с кэндлстоном, отнес его на мраморное возвышение в центре комнаты и аккуратно поставил. Подошла Эшли, приоткрыла крышку, взглянула на кэндлстон и снова закрыла ящик.

— Что с Папочкой?

— Похоже, он слегка простужен. Я дал ему лекарство, и он сейчас спит.

Доктор Коннер шагнул к пульту управления, сел на вертящийся табурет и повернул тумблер. Прибор, похожий на фантастическую лазерную пушку, медленно вырос на полу возле пьедестала. Когда его ствол достиг кэндлстона, он замер.

— Бонни спит?

— Если и нет, то скоро уснет. Она очень устала. Я посоветовала ей отдохнуть. — Эшли указала на линию на экране плоского монитора. — Если вы собираетесь стрелять сейчас, то вам необходимо установить погрешность на семьдесят пять.

Смотря на монитор, доктор Коннер повернул одну из многочисленных ручек.

— А что она сказала о девочках?

Эшли поскребла голову сквозь спутанные волосы и наклонилась, чтобы лучше видеть бегущую дорожку цифр на экране.

— Так, ничего особенного. Они просто пищали от восторга. Она по-доброму к ним отнеслась, даже когда они подошли и стали трогать крылья.

Доктор Коннер повернул диск с нуля до восьмерки. Из пушки протянулся тонкий луч, нарисовав алую точку на одной из сторон свинцового ящика.

— Будет лучше не оставлять ее с ними одну. Ты понимаешь?

Эшли, вздохнув, кивнула:

— Понимаю.

Глаза доктора Коннера метались по приборной доске.

— Какая матрица сейчас в памяти?

Эшли показала на один из переключателей:

— Голос Девина. Он на канале А. Мать Бонни на канале Б.

— Он разговаривает на альфа-частоте, верно?

Эшли откинула волосы одной рукой, а другой легонько стукнула по экрану.

— Угу. Это где он должен быть. Но я недавно обратила внимание, что он не всегда там, словно скачет с частоты на частоту.

Доктор Коннер резко обернулся и свирепо взглянул на Эшли.

— Что за чушь! Ты, должно быть, ошиблась в расшифровке данных!

Эшли опустила руку, и волосы упали ей на лицо.

— Это я-то ошиблась? — Она сердито дунула, убирая волосы с глаз. — Я? Да это вы только что сами не знали, какую частоту использовать!

Доктор Коннер снова повернулся к приборам.

— Я просто перестраховываюсь. А ты должна сообщать мне, если замечаешь какие-то изменения в камне, особенно сдвиг частот. Не строй из себя слишком умную. Ты знаешь, что бывает с теми, кто задается.

Эшли сделала шаг назад и уперла руки в боки.

— Это я задаюсь? Это вы о чем?

Доктор Коннер встал, сунул руку в карман и печально вздохнул:

— Ну извини. Мне не стоило этого говорить. — Засмеявшись, он прибавил: — До тебя я совсем не разбирался в физике. Как ты там обозвала меня, когда я совсем тебя довел?

Эшли поджала губы.

— Я сказала, что вы не отличите лазерного луча от рыболовной удочки.

— Верно. Тогда я был нищий и клянчил правительственный грант для исследований. А вчера я прогнал двоих чудаков, которые буквально упрашивали меня взять деньги.

Эшли в упор взглянула на доктора Коннера.

— Кровь драконов стала вашим везением.

Он взял ее руку и пожал.

— То есть мы плодотворно сотрудничаем, и я постараюсь об этом не забывать. — Он вытащил из кармана связку ключей на цепочке и протянул ей. — А теперь, коллега, сходите, пожалуйста, к машине и принесите оттуда мой блокнот. Я оставил его на пассажирском сиденье.