Пожиратель душ - Мишель Пейвер

Они спрятали лодку в одной из складок многочисленных снежных холмов.

— Инуктилук называл плавник «береговыми палками», — сказал Торак. — Между прочим, его тут столько, что, если использовать еще и лодку, отличное убежище можно построить.

Ренн отлично понимала, что стоило бы сделать это немедленно: день уже клонился к вечеру, и тени на снегу стали фиолетовыми. Но Торак уже принялся искать след.

И вскоре нашел его. Это был широкий круг, усыпанный золой снега.

— Тут стояли двое саней, — нахмурившись, сказал он. — Тяжело нагруженные. Их тащили по направлению к этой горе. След совсем свежий. — Он выпрямился. — Пошли!

Ренн поежилась. Ей вдруг показалось, что Пожиратели Душ совсем рядом.

— Погоди, — сказала она. — Это нужно обдумать.

— Зачем? — с явным нетерпением спросил Торак. — Что тут еще обдумывать?

Она ответила не сразу.

— Понимаешь, колдунья из племени Песца кое-что сообщила мне… — неуверенно начала она. — Я целый день хотела тебе об этом рассказать.

— Ну так говори скорей!

Ренн понизила голос до шепота:

— Торак, это Пожиратели Душ! Это они взяли в плен нашего Волка.

— Я… знаю, — смущенно признался он.

— Откуда?!

И тогда он рассказал Ренн, что видел, когда с помощью своей блуждающей души парил над землей в обличье ворона.

— Но… почему же ты мне раньше об этом не сказал?! — крикнула Ренн. — Ведь прошло уже столько дней, а ты все знал и молчал!

Торак насупился, смущенно ковыряя снег пяткой.

— Я понимал, что надо бы тебе все рассказать, но боялся рисковать, боялся, что ты возьмешь и вернешься назад, в Лес. — Он еще сильнее нахмурился. — Если бы ты ушла… если бы ты меня тогда бросила…

Ренн вдруг стало жалко его.

— Я давно уже подозревала, что ты что-то знаешь. Но я же не ушла! И теперь не уйду. И тебя не брошу.

Он посмотрел ей в глаза:

— Значит… идем дальше?

Она сглотнула комок в горле.

— Хорошо. Идем.

И они дружно посмотрели на след, оставленный Пожирателями Душ: он, извиваясь, вел вверх по склону горы.

— А что, если это ловушка? — спросила Ренн.

— Мне все равно, — буркнул Торак.

— А что, если до них дошли слухи о мальчике из племени Волка, у которого есть блуждающая душа? Ведь если они тебя поймают, если отнимут у тебя твою силу, это грозит бедой всему Лесу.

— Мне все равно, — повторил Торак. — Я должен найти Волка.

И тут Ренн пришла в голову новая идея.

— А что, если нам немного сменить обличье?

— Что?

— Понимаешь, это собьет их со следа. И, по-моему, Танугеак тоже об этом думала. Во всяком случае, она дала мне то, что нам как раз и может понадобиться.

Торак махнул рукой, сделал несколько шагов, потом снова вернулся и спросил:

— И как же мы это сделаем?

Сделать это они сумели довольно быстро. Племенные знаки у них на лицах и так были почти не видны, потому что лица их, помороженные той снежной бурей, все еще были покрыты коркой, так что тонкие линии татуировки и разглядеть было невозможно. Ренн развела порошок, подаренный Танугеак, водой, превратив его в черную кашицу, и пальцем нарисовала на переносице у Торака широкую полосу — знак племени Песца. Затем она решительно подкоротила ему волосы с помощью ножа, а на лбу сделала челку, как у Инуктилука. Торак, правда, был слишком худым и мало походил на людей Песца, но они надеялись, что им удастся как-то скрыть этот недостаток с помощью одежды.

Свои рыжие волосы Ренн с помощью того же порошка выкрасила в черный цвет, а затем втерла порошок в кожу лица, чтобы сделать ее более смуглой. Затем она попросила Торака «превратить» ее в представительницу племени Горного Зайца, и он нарисовал у нее на лбу широкий зигзаг, воспользовавшись той охрой, что хранилась у него в материнском рожке.

Покончив с этим, он недовольно воскликнул:

— Ну, теперь ты на Ренн и не похожа совсем!

— Вот и хорошо, — сказала она. — Ты тоже на прежнего Торака не очень-то похож.

Некоторое время они смотрели друг на друга, стараясь привыкнуть к своему новому обличью и не очень-то показывать друг другу, какая тревога терзает их души. А затем без лишних слов снова пустились в путь — по тому следу, который оставили Пожиратели Душ.

След от саней как бы опоясывал западную щеку горы и тянулся по скалистому выступу — как и предполагала Акуумик. Пока они поднимались все выше и выше, тени на снегу из фиолетовых успели стать черными как уголь. Теперь их окружала тьма. Приходилось часто останавливаться и прислушиваться, но вокруг не было ни шороха. Похоже, здесь вообще не было ничего живого, никогда не кружили орлы в поднебесье, не пролетали с карканьем вороны.

Становилось все холоднее. Как всегда к ночи, ветер улегся, и в полной тишине слышно было, как поскрипывают по снегу их башмаки.

Затем — с ошеломляющей неожиданностью — они наткнулись на сани, небрежно брошенные неподалеку от основного следа.

После стольких дней преследования им показалось просто невероятным, что прямо перед ними — реальное доказательство существования похитителей Волка, доказательство вполне материальное, состоящее из дерева и шкур. И сами Пожиратели Душ как бы тоже сразу обрели материальность.

Чувствуя, что конец их путешествия близок, Торак и Ренн закопали свое снаряжение и спальные мешки в снег в нескольких шагах от этих саней, и Ренн, заметив, как мучительно не хочется Тораку оставлять здесь отцовский нож, сказала:

— Нет. Нельзя. Это слишком опасно. Они же хорошо знали твоего отца, и нож его тоже могут узнать.

Они решили взять с собой только бурдюки с водой, которые дали им люди Песца, немного еды и охотничьи ножи. Ренн, правда, хотела прихватить еще лук и топор, но Торак опасался, что видение той старухи из племени Песца может стать явью, и решил не рисковать.

Они не отошли от саней и на двадцать шагов, когда, обогнув какой-то выступ, остановились как вкопанные.

Над ними вздымалась мрачная громада горы; лучи заходящего солнца окрасили ее склон в алый цвет. И на этом алом фоне, прямо перед ними виднелся вход в большую пещеру, похожий на разверстую черную пасть. И у самого входа, точно грозное предупреждение, высился серый каменный столб.

Из этой черной пасти вытекал белый туман. Вскоре его липкие щупальца добрались и до Торака с Ренн. От тумана исходил запах страха и зла. Всякая надежда разом угасла в душе Ренн. Если Пожиратели Душ затащили Волка в эту пещеру…

Оглянувшись через плечо, она впервые увидела эту гору как бы целиком. Отсюда ее вершина казалась торчащей из снегов головой какой-то гигантской твари, а ледяная река, точно длинный змеиный хвост, огибала ее отроги с востока и, извиваясь, сползала в Море.