Плохие девчонки - Жаклин Уилсон

— Только не сегодня. Можете расслабиться. Итак, мы будем обсуждать то, что нас всех волнует…

— А что нас волнует, мисс Мозли?

— Меня ничего не волнует! — сказала Ким, притворяясь, будто зевает.

— Каждый раз тема будет другой. Сегодня я предлагаю вам обсудить издевательства среди учеников.

В классе наступила тишина. Все смотрели на Ким. На ее щеках выступили кукольно-розовые пятна. Потом взгляды обратились к Мелани и Саре. Ко мне. Меня замутило. Мне не хотелось об этом говорить. Если мисс Мозли накажет Ким, Мелани и Сару, они решат, что я наябедничала. Я с ужасом смотрела на мисс Мозли. Сейчас она испортит все еще больше.

Но мисс Мозли улыбнулась мне и остальным. Она была спокойна и собранна. Светлые волосы золотистым нимбом окружали лицо. Она достала газету и прочитала нам о мальчике, которого побили трое одноклассников. С фотографии смотрело лицо в синяках. Мы согласились, что это ужасно. Затем мисс Мозли прочитала о девочке, которую затравили до такой степени, что она повесилась. Мы поговорили об этом. Мисс Мозли спросила, как мы думаем, что ощущали эти дети. Было тяжело и страшно.

— Не хочу думать о девочке, которая повесилась, — сказала Мелани. — Мне будут сниться кошмары.

— Конечно, тебе тяжело. Но вы уже не маленькие. Вы в шестом классе. Пора становиться взрослее и думать о серьезных, порой болезненных вещах. Итак, как вы считаете, что надо делать с теми, кто издевается над слабыми?

— Их надо самих избить до полусмерти.

— Их надо сажать в тюрьму.

— Надо перестать с ними разговаривать.

Сыпались ответы, один безжалостнее другого.

— Никто из вас не предложил самый простой и лучший выход, — сказала мисс Мозли. — Давайте подумаем, почему одни люди обижают других? Если мы поймем причину, то сможем остановить обидчика, пока не случилось беды. Итак. Отчего же одни люди начинают нападать на других?

— Потому что они сильнее и хотят показать свою силу.

— Потому что они злые.

— Потому что они хотят, чтобы их боялись.

— Все это правильно. Но попробуйте смотреть капельку глубже. Как вы считаете, такие люди счастливы? — спросила мисс Мозли.

— Они счастливы, когда другим плохо.

— Возможно. Но подумайте хорошенько. Вспомните самый счастливый момент своей жизни. Вспомните прошлый день рождения, когда вас все поздравляли, дарили подарки, когда вы были на седьмом небе от счастья. А теперь скажите — вам хотелось в тот миг причинять другим боль?

Мы задумались. И замотали головами.

— Ну конечно, нет. Наоборот, вам хотелось делиться радостью. А теперь представьте себе, что вы получили двойку, поссорились с друзьями, поругались с мамой и папой, вашей сестренке достался подарок, а вам — нагоняй… Вам захочется улыбаться людям? Или вы решите сорвать на ком-нибудь злобу?

— Решим сорвать злобу! — хором ответили мы.

— Естественно. И если сестренка начнет хвастаться перед вами своим подарком, вы можете не удержаться и толкнуть ее или сказать ей гадость, верно?

Ребята закивали, засмеялись.

— Это не издевательство, верно? Я, например, не выношу свою сестру, но я же не проломлю ей голову и не доведу до такого отчаяния, что хоть вешайся.

Ребята засмеялись громче, но мисс Мозли посерьезнела.

— Неверно. Это и есть издевательство. Его не всегда можно распознать с первого взгляда. Боль можно причинять не только кулаками. Слава богу, в нашей школе такого не происходит. И все же вы наверняка можете припомнить случаи, когда несколько учеников начинали дразнить более слабого.

На этот раз никто не засмеялся. Мои внутренности сжались в комок.

— Его начинает дразнить сильный. Это входит в привычку. Затем все набрасываются на слабого, потому что никто не хочет ссориться с сильным и становиться следующей мишенью для издевок.

— Этот слабый чаще всего сам напрашивается из-за своей тупости, — пробормотал кто-то. Возможно, это была Ким.

У мисс Мозли оказался тонкий слух.

— Никто не напрашивается на издевки, — сказала она. — Но ты права, иногда людей дразнят за то, что они глупее других, хотя обзываться «тупым» очень некрасиво. Нельзя травить человека из-за того, что у него меньше способностей, чем у тебя.

— А еще бывает, что дразнят тех, кто умнее, — внезапно произнес Артур. — Скажем, кто-то учится лучше обидчика, а ему это не нравится, потому что ему хочется быть первым в классе.

Мисс Мозли кивнула:

— Артур, ты очень проницателен.

Ребята шушукались, переговаривались. Я услышала: «Ким». А затем: «Мэнди».

— Не будем никого называть, — сказала мисс Мозли. — Помните, мы обсуждаем отвлеченную тему.

Мелани и Сара ерзали на стульях. Щеки Ким стали алыми, как маки.

— Если вы видите, что кто-то издевается над слабым, не бойтесь рассказать взрослым, — сказала мисс Мозли, обводя взглядом круг. — Расскажите родителям. Учителю. Директору, если ничего не помогает. Человеку, над которым издеваются, нужна помощь. Но и обидчику нужна помощь. Все обидчики — несчастные, обделенные люди. Они причиняют другим боль, но их самих можно только пожалеть. А боль можно причинить чем угодно — обидным прозвищем или жестом. Так ведь? — Она вновь обвела глазами наши лица. — Вы поняли, о чем я говорю? О глупых кривляньях и ужимках, как у обезьянок в зоопарке. А главный заводила — все равно что большой плосконосый и краснозадый бабуин.

Все рассмеялись, услышав от учительницы неприличное слово.

— Бабуины задирают и кусают всех маленьких обезьянок. А другие обезьянки, побольше, начинают ему подражать, повизгивая и выкусывая блох. Надеюсь, никто из моих учеников не хочет вести себя, как большой краснозадый бабуин?

Все замотали головами — даже Мелани и Сара. Ким потупилась.

С тех пор она больше меня не донимала. Не поджидала после школы. Она осталась одна-одинешенька. Мелани и Сара отказались быть ее подругами и стали дружить вдвоем.

Мелани предложила мне мир и дружбу. Я согласилась, зная, что лучшими подругами нам уже не стать. Теперь у меня был Артур. Мы остались сидеть за одной партой, вместе играли на переменах и вместе ходили к автобусной остановке. Мама по-прежнему часто забирала меня из школы, но я больше не переживала, потому что меня никто не дразнил.

И все же в глубине души я мечтала, что однажды в конце улицы появится Таня — короткие шорты, высоченные каблуки — и бросится мне навстречу. От нее пришла одна-единственная весточка. Открытка. Без обратного адреса.

Приветик Мэнди!

Я была права. Ничево мне не зделали в суде. Отпустили на паруки. Здорово, да? Кажется у меня будет новая приемная мама так что все харашо.