Здравствуй, человек! - Елена Соколова

– Неужели мы поедем по этой дороге? – с восхищением проговорила Ксения.

В беседку забежали трое разодетых мужчин и с ними три ярко размалеванные девицы. Все они шумели, красовались друг перед другом: мужчины – деньгами, девицы – стройностью ног. Эти люди не увидели красоты вокруг себя. Природа как будто закрылась для них, а им было почему-то весело.

Люся, Ксения, Вероника, Саша и Сережа отвернулись от шумной компании и стали пристальнее всматриваться вдаль, желая насытить сердца и души величием, которое открыл перед ними щедрый, такой простой и искренний Крым.

– Кто спрыгнет с этой высоты с парашютом, тому плачу двести гривен! – заявил во всеуслышание один из мужчин.

– За лечение? – уточнила Люся.

– Если понадобится, – сказала Ксения.

– Если нет, то на услуги в мою компанию, – добавила Вероника загадочно.

– А в какую компанию? – спросил мужчина.

– В ритуальную, – честно ответила Вероника.

Сережа стоял так, что мешал одной парочке фотографироваться, и девушка возмущенно взвизгнула:

– Чей это ребенок? Он мешает!

Ксения обняла Сережу и нежно сказала:

– Это мой ребенок! Он всегда мешает.

А в беседку впрыгнул хозяин расположенного рядом ресторанчика, некий Роджер, и принялся зазывать всех к себе. Ресторанчик его выглядел заманчиво, и все согласились. Пока девочки и Сережа ждали заказанную еду, Роджер, желая выглядеть не просто круто, а неповторимо круто, засыпал всех анекдотами. Анекдоты были несмешными и даже оскорбительными, и в основном про евреев. Когда наступила небольшая пауза, Ксения спокойно и с достоинством сказала:

– Два фирмача переговариваются друг с другом, и один у другого спрашивает: «А вы евреев на работу берете?» Тот отвечает: «Да, берем». «А где вы их берете?»

Смех грянул такой, что перекрыл все предыдущие шутки Роджера. Одесситы, подъехавшие не так давно, буквально покатились под стол, а Роджер куда-то ретировался.

Обратно с Ай-Петри, как и мечтала Ксения, возвращались по серпантинной дороге. Через двадцать минут болтания туда-сюда в окно никто смотреть не мог, а Ксения уперлась головой в сиденье и стонала на поворотах.

– Ксюша, мы по серпантинной дороге едем, ты же мечтала об этом. Не хочешь в окошко посмотреть? – съязвила злая Саша.

Через два часа все приехали в Алупку и с трудом добрались до квартиры, там рухнули на диваны и заснули.

Проснулись от шума, доносившегося с улицы.

Ксения с Сережей подскочили к двери. Ксения, в темноте нащупав дверную ручку, толкнула дверь и успела сказать:

– Сережа, сходи посмотри, что там.

Дверь оказалась запертой на замок, и Ксения сказала:

– Сережа, подожди, – но прозвучала эта фраза поздно, и Сережа ударился головой о дверь.

Ксения сказала:

– Потому что маму не слушаешься.

Сережа, потирая голову, сказал обиженно:

– Ах, вот почему! А я-то думал, потому что темно или дверь еще не открыта…

Сережа сбегал на улицу, вернулся и крикнул:

– Дискотека! День города сегодня, оказывается.

Девочки вскочили с диванов, как могли быстро нарядились и пришли на площадь.

Смотреть на танцующих и радующихся людей было очень весело. Еще веселее было смотреть на Люсю, которая, грациозно пританцовывая, проплыла в толпу. Танцы были ее стихией. Где появлялась Люся, там собирался хороший круг танцующих. В стороне от всей толпы Ксения увидела долговязого, сутулого парня, который переминался с ноги на ногу, не решаясь войти в круг. Парень явно отставал в умственном развитии. Мимо него прошли три пацана и зло над ним посмеялись. Долговязый, по-видимому, привык к издевательствам и не среагировал, только опустил голову.

Ксения подошла к этому парню и стала пританцовывать возле него. Долговязый взглянул очень тепло на Ксению и принялся топтаться на одном месте, постепенно все более вписываясь в ритм мелодии. Через несколько минут парень этот был уже вовлечен в общий круг, а Ксения направилась в сторону снятой квартиры, и Сережа за ней, но тут начался настоящий фейерверк! Сверкающие огни рассыпались над самыми головами толпы под великолепную музыку. Сережа прошептал:

– Вот это да! И телевизора не надо!

После такой прогулки легли, конечно, поздно, а рано утром Ксения поднялась, чтобы пойти на пляж и нашла на постели записку: «Ксюша, разбуди меня. Люся.»

Ксения прошла в комнату, где спала Люся и подошла к ее дивану.

Люся приоткрыла глаза и пробормотала:

– Нет, нет, Ксюнечка, иди без меня.

С Ксюшей в этот раз пошел Сережа, а когда они, накупавшиеся, вернулись, Люся спросила:

– Ксения, а почему ты меня не разбудила? Я даже записку тебе оставила.

Сережа включил фильм «Такси-3» и сказал за маму:

– Мало, значит, оставила.

– Не умничай, Сережа! – сказала Люся. – Нужно было всю квартиру обвесить?

Сережа рассмеялся:

– Представляю, встаем мы с мамой, а по всему дому: «Разбуди меня!» Приходим на пляж, а там плакат над морем: «И почему ты, Ксюша, меня не разбудила?»

Проснулась Вероника и, взглянув на экран телевизора, раздраженно сказала:

– A-а, «Такси-33»!