Тайны анатомии - Кэрол Доннер

– Такими, как в желудке? – поинтересовалась Молли.

– Я там никогда не бывала, но слышала, что это место не для неженок.

– Это точно! Мы там чуть не утонули в таких вот переваривающих соках. Вам очень повезло, что они у вас так хорошо закупорены внутри.

– Как ни жаль, но это не совсем так. Если я состарюсь или получу тяжелые повреждения, мои лизосомы убьют и меня. Они только и ждут случая. Потому-то мы и называем их палачами.

– Какой ужас! – ахнула Молли. – Я просто не представляю, как вы можете жить так… да еще и кормить их!

– Таков порядок в Теле. Любая клетка, не выполняющая свою работу, должна погибнуть и уступить место другой, хорошей работнице. Только нейроны живут вечно. Тело позволяет им стареть и бережет их, какими бы слабыми и глупыми они ни стали. Ну а для нас, остальных, это мечта о несбыточном – мы ведь живем ради блага Тела. А Тело защищает себя любой ценой.

– Мне вас так жалко! – сказала Молли, не понимая, откуда у верной клетки, трудолюбиво выбулькивающей адреналин, берется спокойствие, чтобы столь хладнокровно обсуждать собственную неотвратимую гибель.

– БЕРЕГИ-И-ИСЬ!

Близнецы обернулись и споткнулись о нейрон, который сверкнул молнией.

– БОЕВАЯ ТРЕВОГА! – завопил он им прямо в лицо, задрожал и весь вспыхнул. – ГОТОВНОСТЬ НОМЕР ОДИН! ВСЕ ПО МЕСТАМ!!!

– ВЫБРОСИТЬ ВЕСЬ ЗАПАС! – скомандовала адреналиновая клетка, и тотчас пузыри с адреналином облепили капилляр и вогнали в него все свое содержимое.

Близнецов с Бакстером зажало между нейроном и клеткой. Выброшенная нейроном молния ударила в них, обхватила огненными пальцами, подняла и метнула как копья сквозь мягкие податливые стенки в пощипывающее дрожащее море электрического студня. Потом молния исчезла, а они остались беспомощно висеть наискосок в плотном пространстве. Макс пошевелил рукой, и его тело медленно перекатилось вокруг своей оси.

– Мы что – убиты? – спросила Молли и тут увидела, что совсем рядом висит Бакстер – хвостом вверх, тараща глаза. Он мяукнул, пытаясь пошевелить лапами, но невидимые силы удерживали его на месте в прозрачном крутом желе.

– Бакстер! – вскрикнула Молли, протянула к нему руки – но только повернулась вокруг своей оси.

– Попробуй плыть, как под водой с ластами, – посоветовал Макс. – Ногами, ногами работай. Эта штука такая густая, что мы в ней совсем ничего не весим.

Молли осторожно пошевелила ногами и поплыла. В конце концов ей удалось добраться до Бакстера и подтащить его к себе. Он уткнул нос ей под подбородок и лишь изредка, набравшись храбрости, выглядывал из этого надежного убежища.

– Держись крепче, Бакс! – скомандовала Молли. – Будем выбираться отсюда, – и поплыла к Максу.

Он тем временем сумел принять вертикальное положение и висел в студне, как космонавт, передвигающийся в невесомости. Он смотрел вверх. Молли, проследив направление его взгляда, увидела прямо над головой огромную планету, всю в темных пятнах.

– Ядро! – сказал Макс. – Мы угодили внутрь клетки. Значит, теперь мы уже совсем крошки.

Они почувствовали, что какое-то течение тихо несет их к ядру. Кожу пощипывало электричеством, а повсюду кругом бесшумно пульсировали бледные огоньки.

– Знаешь, мне страшно! – сказала Молли.

– И мне. Но паниковать нельзя. Мы можем спастись, только если сохраним ясность мысли.

– Я понимаю.

Их окружал сложный затопленный лабиринт, состоящий из причудливо изогнутых стенок с окнами и покрытый узором из больших черных шишек.

– Эндоплазматическая сеть и рибосомы, – буркнул Макс, когда они проплывали мимо. – Слушай, течение тащит нас в ядро…

Их уже затянуло в иллюминатор, и они оказались в путанице тонких, как нити, водорослей.

– ДНК! Быстрее! Если мы сейчас же не выберемся, она нас спеленает!

Они отчаянно заработали ногами, вылезли из иллюминатора и ухватились за его край, чувствуя, как невидимые силы стараются оторвать их от этой ненадежной опоры и снова втянуть внутрь.

– Посмотри! – Макс кивнул на несколько больших шаров, плывущих в их сторону. – Может, прицепиться к ним? По-моему, они двигаются к поверхности.

– НЕТ! – взвизгнула Молли. – Ты с ума сошел! Все пузыри с адреналином выкинуло в капилляры. А это… ну, как их? Палачи. Лизосомы. Скорее назад в дыру! Туда им не пролезть.

Они соскользнули в иллюминатор ядра, притаились под его краем и, затаив дыхание, смотрели на лизосому, проплывающую совсем рядом. Нагруженная смертоносной дозой разлагающих пищеварителей, она высматривала посторонних и оплывала клетку дозором, готовая в любую секунду наброситься на добычу.

– Пронесло! – шепнул Макс, и они опять выбрались из ядра.

У них над головой заурчал колоссальный розовый дирижабль. Искры крохотных статических зарядов плясали под его корпусом, а пламя топки освещало его изнутри.

– Митохондрия. Сжигает питание для клетки. Только бы она не подумала, что и мы годимся в пищу… – начала Молли, но тут ее подхватило мощное течение, оторвало от ядра и понесло к митохондрии. – На помощь! – вскрикнула она, отчаянно болтая ногами и тщетно пытаясь за что-нибудь ухватиться.

Бакстер жалобно мяукнул и не только впился в нее всеми двадцатью когтями, но еще и захлестнул ее ногу хвостом. Макс рванулся и ухватил сестру за ступню, но тут же сам оказался во власти течения. Однако он успел заметить совсем рядом рибосому и в последний момент подсунул под нее носки обеих ног. Потом отчаянным усилием дернул Молли на себя, так что она ударилась об него и тоже уцепилась за рибосому.

– Спасибо! – еле выговорила она и проверила, тут ли Бакстер.

Кот по-прежнему висел на ней, как толстая апельсиновая пиявка.

– Скажи спасибо рибосоме! – Макс даже погладил черный купол. – Ой!..

– Что с тобой?

– Да рибосомы эти… Несколько минут назад они были величиной с баскетбольный мяч, а сейчас – смотри, уже больше меня!

Студень пронзила новая молния, и по низу митохондрии побежали дорожки искр. Макс увидел, что Молли съеживается прямо у него на глазах.

– Мы скоро до нуля уменьшимся! – крикнул он, глядя на массивный корпус митохондрии, словно аквалангист – на днище линейного корабля. Рядом разорвался глубинный заряд. Вспышка – и они съежились еще больше. Раздался треск.

– Понял! – крикнул Макс. – Это электричество!

– Ну и что? – спросила Молли. – Как будто ты раньше не знал, что тут электричество!

– Да нет, я не о том… Все из-за него! – Он дернул сестру за рукав и указал наверх. – Электростанция! Замыкание! Молния! Мы уменьшаемся, когда на нас замыкается электроток. Я сейчас своими глазами видел, как ты уменьшилась.