Мастер-класс по неприятностям - Валерий Гусев

– Минное заграждение мы протянем вот от того отдельно стоящего дерева вот до этой отдельно стоящей лопаты. Тачанку, за рулем которой будешь сидеть ты, Димон, а за пулеметом мы с Матафоном, замаскируем вон в той купе зарослевых деревьев. Кажется, все ясно?

Так точно, фельдмаршал, – и диспозиция, и дислокация. И стратегия с тактикой.

– Ладно, Малек, – сказал Матафон, – давай мины ставить.

– Сейчас. Вызывай командира, мне еще кое-что в голову пришло. Свистни два коротких.

Матафон засунул все пальцы в рот. И свистнул. Не очень эффектно. Получился слабый сип и сильный плевок. Матафон вытер пальцы и футболку и сказал:

– Свистни ты, Малек.

– Уж я-то свистну, – пообещал Мальков.

– Лучше не надо, – сказал я. – А то вы все минное поле заплюете. – И я сам свистнул. Два раза. Коротко и ясно.

– Здорово, – позавидовал Матафон. – Научишь?

– А ты, Димон, и с лопатой тоже…

– Могу и лопатой свистнуть, – пообещал я. – Черенком по… спине.

– Лопатой свистеть не надо. Давай, Димон, копай ямки для мин. От отдельно стоящего дерева. А мы будем мины устанавливать. Это дело опасное, мы берем его на себя.

Я без слов взялся за лопату. Если они так же копают, как и свистят, то мы эту минную линию до Нового года тянуть будем.

– Размер? – спросил я. – Расстояние между ямками?

– Размер примерно с ведро. Через каждые три метра.

Не успел я углубиться в работу, как прибежал Никита.

– Кто свистел? В чем дело?

– Они свистели, – я воткнул лопату в землю.

– А ты что сажать здесь собрался?

– Баобабы, – сказал Мальков. – Они быстрорастущие. Живая ограда произрастет.

– Кончай шутить! Ты не в школе. В чем дело?

– Здесь мы мины поставим. Противник, конечно, будет объезжать баррикаду по этому направлению. Но кто их знает, этих бандитов, что им в голову взбредет?

– Короче!

– Подстраховаться надо. Художники есть?

– Стрелки на объезд нарисовать? – догадался Никита. Но не совсем правильно догадался.

– Наоборот. Запрещающие знаки.

Вот это правильно. У них такая психология: нам можно то, что другим нельзя. Поставь такой знак, в чистом поле, они специально на него попрут, чтобы сбить и растоптать.

– Понял, – сказал Никита. – Сделают.

…В каждую ямку наши минеры укладывали на дно петарду и до верха присыпали ее самой сухой трухой – шелуха от семечек, ломаные кукурузные кочерыжки, полова, мякина. И из каждой засыпанной ямки торчала над землей тоненькая проволочка.

Когда мы закончили «постановку мин», Никита принес несколько заостренных с одного конца палок, к которым были прибиты картонки с запрещающими знаками. По полной программе – от обычного гаишного «кирпича» до «Запретная зона. Въезд запрещен». Мы их расставили перед минной полосой и полюбовались. Здорово. Получилось, как задумано – вроде бы наивно обезопасили ферму с этой стороны, а на самом деле указали противнику наше слабое место в обороне.

Пришли полюбоваться на наш оборонительный рубеж и старшие командиры. Атаков с улыбкой похвалил нас, но, похоже, в душе считал нашу затею детской шалостью. Потом уже мы узнали, что у него был свой, более реальный метод борьбы. Он рассчитывал выслушать условия, которые ему предъявят бандиты, и попросить несколько дней на размышление. В надежде, что за эти дни мы как-нибудь найдем способ связаться с моим папой или его местными коллегами. А может, сколотить из фермеров отряды самообороны.

Бонифаций воспринял нашу оборону всерьез. Он даже вернулся к оросительной канаве, выбрал в ней себе местечко и сказал, что это будет его снайперская точка.

Я сразу догадался, что он, конечно, знает о намерениях Атакова, а с нами поддерживает эту игру для того, чтобы мы не запаниковали, и для того, чтобы показать, как они с Атаковым нам доверяют и как они на нас надеются.

Бонифаций даже лег в свою стрелковую ячейку, поводил туда-сюда своим незаряженным ружьем, встал, отряхнулся и заметил:

– Отличный сектор обстрела.

Спросить бы его, что это такое? Да не хочется обижать.

– Пошли молоко пить, – приказал Атаков. – Ксюша пампушек напекла.

Через секунду я остался один на линии обороны. Всех как ветром сдуло. Пришлось мне одному дойти до этой купы деревьев и выбрать место для тачанки.

Я осмотрелся, прикинул свои возможные действия, в глубине души очень и очень надеясь, что в нашей тачаночной атаке не будет нужды.

И ошибся…