Дина. Дар змеи - Лене Каабербол

Был школьный день. Нико и девочки ранним утром ушли, а мы с матушкой остались одни: поить лошадей и кормить кур, и лущить бобы, и собирать топливо для очага, и вообще делать самим еще много чего, даже если Его надутое Погань-Величество торопится играть в сельского учителя.

На этот раз дел было невпроворот, и я позднее обычного вышел взглянуть на свои силки. В третьем была неосторожная водяная крыса, уже дохлая. «Нет, мы еще не так голодны», — подумал я и нагнулся, чтобы распустить петлю. Чья-то желто-зеленая голова, шипя, толкнулась о мою руку, и я так перепугался, что споткнулся и упал навзничь, а потом уселся в каком-то низком, мокром и колючем кустарнике ежевики. Уж! Злобный и быстрый, как молния, но не ядовитый! Хорошо еще, что не медянка! Но если даже клыки ужа не ядовиты, они все же остры. И уж явно примеривался к водяной крысе как к своей добыче. Я перерезал веревку и оставил крысу змее.

Но с охотой на сегодня было покончено. Я был в земле, в грязи, промок насквозь, а одна рука кровоточила. Она вся была в колючках ежевики. И, само собой, зарядил дождь. Да, денек и вправду выдался удачный.

Внезапно я увидел Дину, идущую под дождем. Лицо у нее было какое-то чудное, и непохоже было, что она идет домой.

— Дина! — воскликнул я. — Ты куда?

Она остановилась и неуверенно огляделась.

— Это ты, Давин?

— Да, — ответил я. — А кому здесь и быть?

Ни слова не вымолвив в ответ, она постояла, не спуская с меня глаз, словно желая до конца увериться, что это и в самом деле я.

— Ты куда? — повторил я.

— Домой!

— Дина, домой по той дороге, — показал я.

— Да! — с готовностью подтвердила она, словно не держала путь точнехонько в другую сторону.

— Почему ты возвращаешься домой сейчас? Неужто ученый Местер Нико уже покончил со своими школьными фокусами на сегодня?

На краткий миг она стала прежней.

— Зачем ты вечно нападаешь на Нико? Тебе ведь по вкусу хлеб, что он нам добывает.

— Да, и он ест кроликов, которых ловлю я. Только бы ему самому не видеть кровь на своих руках.

— При чем тут кролики?

— Ни при чем!

Я смахнул капли дождя с ресниц.

— Что, уроки в школе кончились?

Она вновь словно окаменела.

— Нет, — только и ответила она, снова пускаясь в путь.

— Дина, погоди! Что-то случилось?

— А что могло случиться? Мне попросту стало худо.

Неужто она плакала? Или это капли дождя на ее лице?

— Дина, что стряслось?

— Я ведь говорю — ничего. Только живот заболел…

Она пошла. «Теперь хотя бы она идет к хижине, — подумал я. — Может, у нее и впрямь живот заболел. С кем не бывает?»

Но мне все же хотелось позднее расспросить об этом Розу.

— Не знаю, — ответила Роза. — Нам было дано задание — писать буквы на тех глиняных досках, что делала для нас Ирена. Дина уронила одну из них, так что доска разбилась вдребезги. И тогда она взяла и ушла.

— Ну… может, кто-то выругал ее? Нико или кто-нибудь другой?

— He-а! Нико почти никогда не ругается.

— Разве она не радуется всей этой канители со школой?

Мне хотелось верить, что школа была чем-то важным для Дины. Она сама обычно так прилежно читала, писала, и, в отличие от меня, ей все это было по нраву.

— Да… — словно бы чуточку запнулась Роза.